Издержки особой магии

Значит, у меня ничего не вышло?

Фрэнк ободряюще похлопал его по плечу:

— Главное, у нас с Джимом вышло. Все, ребята, расходимся. Тут мы уже ничем помочь не можем, все, что от нас зависело — сделали. Теперь — только ждать. И желательно дома, а то мне Льиса голову оторвет!

— А как же умение обращаться с фуриями? — усмехнулся Джеймс.

Фрэнк не смутился:

— А я не говорил, что главная его часть — «не нарываться»?

— А ты почему здесь? — удивился утром Эванс. От него опять чувствовался запах перегара, правда, куда слабее, чем вчера.

— Из дома выгнали, — почти не соврал Снейп.

— Бывает, — он бросил на стол зеленую папку. — Это план на сегодня. — Достал с полки толстый каталог: — Посмотри в свободное время. Названия зелий согласно принятой в Мунго классификации. Недавно, лет двадцать назад, приняли. Да, помню я, как это было, как ругались все. Мартышка так вообще хотела в Международную Ассоциацию Зельеваров написать.

— Мартышка?

— Помнишь, та, что вчера записку ругательную прислала? Марта Хоугтон, заведующая детским корпусом. Это который второй, ты мимо проходишь, помнишь? Мы с ней когда-то вместе сюда пришли… Ладно, не смотри так, слышал бы ты, как она меня называет.

Свободного времени за день нашлось немного, но в каталог Снейп заглянул. Успел прочитать примерно треть первой части, «Настойки».

В обед сунулся было на пятый этаж, но вспомнил, что там сейчас Поттер.

К вечеру с непривычки ломило спину — во время работы в Хогвартсе он и не представлял, что такое полноценный рабочий день зельевара. Восемь часов и не меньше пяти одновременно кипящих котлов. Эванс ходил между ними неторопливо, вразвалочку, точно зная, где и в какой момент может потребоваться его присутствие. А сам Северус постоянно нервничал, дергался, боялся не успеть, ошибиться.

— Сегодня тоже остаешься? — спросил Эванс, прощаясь. Снейп кивнул. — Ну-ну. Слушай, а может, домой пойдешь? С кем ты там поцапался? С родителями? С девушкой? Ну ладно, ладно, не хочешь — не говори, — добавил, заметив, что Снейп скривился. — Устал, малыш?

— Я не малыш!

— Ну, извини… привык. Ладно, пойду я — вижу, что устал.

А он и правда вымотался за день. Сейчас навестит Лили, а потом… Хотелось только одного — принять ванну и потом долго-долго спать. Интересно, здесь, в Мунго, можно найти ванну? Об этом и спросил.

— Так в морге же! Четвертый корпус, первый этаж, как прачечную пройдешь, там увидишь, — ответил Эванс. — Ты попозже иди, там пусто должно быть, это только в это время народ толпится.

Снейп вздрогнул.

— Вы что, там и моетесь? Там же, где?

— А что такого? Вода, она и есть вода.

В сороковой палате Снейп столкнулся с Перкинсом. Тот, видимо, только что скопировал все сделанные днем записи, как раз уходить собирался.

— Хотите посмотреть? — спросил. Еще бы он не хотел!

Перкинс, явно специально для него, взмахнул палочкой, и в воздухе над кроватью засветились цифры.

— Давление… пульс… сила магического следа, — указал на зеленоватое пятно над головой Лили. Пятно прямо на глазах темнело, за пару минут от блеклого, как «летняя» скатерть у них дома (мать называла этот цвет«фисташковым») став довольно ярким. Наверное, такой была та «фисташковая» скатерть, когда ее только купили. — Обычно мы его не высвечиваем, только в критических ситуациях, но вам покажу. Впрочем, вы все равно не представляете, каким он должен быть.

— А какой у нее обычно?

— В том-то и дело, что постоянно меняется! Вчера в обед все показатели вообще приблизились к нормальным, потом снова упали. Я сейчас и пытаюсь выявить закономерность. Интереснейший случай, надо сказать! Ладно, не буду мешать! — и вышел.

Ванна в четвертом корпусе нашлась именно там, где указал Эванс: в морге. Северус с наслаждением вытянулся в теплой воде. Действительно: и чего он нервничал? Обычная вода… Обычная работа, обычная жизнь. Которая, кажется, начинала налаживаться.

Осталось только понять, что с Лили.

Лунатик поднялся с кровати еще до рассвета, а потом долго копался в гардеробной и бурчал. Вышел в зеленой рубашке и желтом галстуке:

— Ну, как?

— Так себе, — вздохнул Джеймс. Перекрасил галстук в темно-зеленый, подумав, добавил тонкую полоску. — Так лучше. А еще лучше — вообще без него. Не старайся показаться большим занудой, чем ты есть.

Лунатик взглянул несчастным взглядом, разве что не заскулил. Разлохматил волосы, потом снова пригладил их, став похожим на одно из пугал с огорода Хагрида. Ушел часов в восемь, хоть встреча с журналисткой и была назначена на десять. И всего минут на пять разминулся с появившимся посреди гостиной Сириусом.

— Бродяга!

— Слушай, Джим… Давай потом, ладно? — выглядел Сириус еще хуже, чем ночью, когда его провели мимо них с Фрэнком в кабинет Крауча.