Фандом: Гарри Поттер. 31-го октября 1981-го года никто из Поттеров не погиб. Джеймс благополучно избежал встречи с Волдемортом, Гарри спасла сила любви, а Лили… тоже? Вот только чьей именно любви?
Добавить в моё избранное
238 мин, 59 сек 18378
Тогда можно будет спокойно приткнуться где-нибудь с краю, обнять ее, не думая, как к этому отнесется Поттер…
Зря надеялся: когда вошел в спальню — все ту же, с полосатыми обоями — они еще не спали, лежали рядом и тихо переговаривались. Лили улыбнулась ему, Поттер изобразил странную гримасу, которая, кажется, должна была сойти за улыбку.
— Спокойной ночи, милая, — поцеловал ее в уголок рта. — И тебе сладких снов, — кивнул Снейпу.
Отвечать он не стал.
Лили повернулась на живот, обняла подушку:
— Спокойной ночи всем.
— Я тоже тебя люблю, — пробормотал Поттер.
Снейп с трудом удержался, чтобы не схватить с туалетного столика ночник и не опустить его с размаху на лохматую черную макушку.
— Спокойной ночи, Лили.
Лег рядом, стараясь не касаться оказавшегося вдруг слишком близко бедра, но все равно чувствовал его тепло. Положил руку ей на плечо, на чуть скользкий шелк пижамы. Только лежать так было неудобно: быстро затекла неестественно повернутая кисть. А вот если сдвинуть чуть выше… зарыться пальцами в волосы… Замирая от собственной смелости, Снейп погладил мизинцем маленькое нежное ухо… Лили лежала тихо, даже дыхания не слышно было. А ведь у спящих людей оно равномерное, хорошо различимое. Значит… Не спит? Но почему тогда не возмущается? Неужели?
Погладил по волосам еще раз, от макушки постепенно спускаясь к шее. И снова, уже уверенней, пропуская меж пальцев густые пряди…
«Твою мать!»
Ладонь вдруг натолкнулась на чужую — широкую, с грубыми, как у всех, кто часто летает на метле, подушечками пальцев. Поттер!
Тот поднял голову, уставился на Снейпа.
«Убери руку, сволочь!» — прошептал одними губами.
«Сам убери!»
«Ты… вообще обнаглел?»
«Да пошел ты!»
Поттер попытался сдвинуть его руку, но Снейп не отступал.
— Прекратите! Вы, оба! — Лили села в кровати. — Я так больше не могу, — всхлипнула она. Подскочила, пошлепала босыми ногами по полу. Кажется, зашла в комнату Гарри, сердито хлопнула дверью, не боясь даже разбудить мальчишку.
Поттер тоже свесил ноги с кровати.
— Я идиот, — пробурчал. Снейп не ответил — хотя бы потому, что был полностью согласен. Разве что мог бы дополнить, что идиотов в этой комнате два. — Снейп? — «Отозваться? Или обойдется?» — Не притворяйся, что ты сдох, это было бы слишком хорошо. Идем, ей нельзя всю ночь быть одной.
И он поплелся вслед за шаркающим тапочками Поттером, так же, как тот, присел возле широкой кровати, на которой, обняв мальчишку, спала Лили. Снова положил руку ей на плечо, прикрыл глаза.
Сидеть было неудобно, спину заломило почти сразу. По полу ощутимо тянуло. Рука, оказавшаяся куда выше остального тела, моментально онемела. Похоже, и Поттеру было не приятней: вон, все время ерзал, ворочался.
— Нет, я так не засну! Или завтра не встану, — Поттер поднялся, взял на руки Лили и пошел к выходу из комнаты. На пороге обернулся: — Снейп, тебе особое приглашение?
А в голосе — ни одной из тех интонаций, которые Снейп хорошо помнил по школьным временам. Ни злости, ни раздражения, ни открытой вражды. Только какая-то бесконечная усталость.
Да что вообще случилось с чертовым Мародером? Иногда казалось, что он за эти недели на несколько лет стал старше, а потом раз — и будто картинка в калейдоскопе менялась, и он снова превращался в того придурка с пятого курса, которого Снейп с удовольствием прикопал бы под памятным деревом на берегу. Чтобы точно запомнить место и каждый раз, проходя мимо, от души на него плевать.
«Нет, это уже переходит все границы!»
— Кто тебя сюда впустил?
— Я сама вошла.
Сама? Но как?! Ладно, допустим, из палаты она еще могла выйти: если дежурная отправилась проверить кого-то из пациентов, а потом, забыв запереть дверь, ушла с поста, раззява такая. Но как Сесси оказалась в лаборатории? Насколько Снейп успел узнать Эванса, тот не забывал о безопасности никогда и ни в каком состоянии. Он бы запер дверь и будучи смертельно уставшим, и пьяным в дым, и абсолютно невменяемым.
— Тетенька в коридоре заснула и меня не увидела. Мне здесь больше нравится.
— А как ты открыла дверь?
Сесилия взглянула удивленно:
— Она сама открылась. Я потянула за ручку, она и открылась.
Снейп задумался. Что такое выбросы магии у детей такого возраста, он знал хорошо. Но обычно они неконтролируемые, мало кто умеет их вызывать по желанию. Хотя… И у него, и у Лили это получалось.
— Так… — решил проверить он. — Сейчас я закрою дверь, а ты откроешь. Согласна?
Зря надеялся: когда вошел в спальню — все ту же, с полосатыми обоями — они еще не спали, лежали рядом и тихо переговаривались. Лили улыбнулась ему, Поттер изобразил странную гримасу, которая, кажется, должна была сойти за улыбку.
— Спокойной ночи, милая, — поцеловал ее в уголок рта. — И тебе сладких снов, — кивнул Снейпу.
Отвечать он не стал.
Лили повернулась на живот, обняла подушку:
— Спокойной ночи всем.
— Я тоже тебя люблю, — пробормотал Поттер.
Снейп с трудом удержался, чтобы не схватить с туалетного столика ночник и не опустить его с размаху на лохматую черную макушку.
— Спокойной ночи, Лили.
Лег рядом, стараясь не касаться оказавшегося вдруг слишком близко бедра, но все равно чувствовал его тепло. Положил руку ей на плечо, на чуть скользкий шелк пижамы. Только лежать так было неудобно: быстро затекла неестественно повернутая кисть. А вот если сдвинуть чуть выше… зарыться пальцами в волосы… Замирая от собственной смелости, Снейп погладил мизинцем маленькое нежное ухо… Лили лежала тихо, даже дыхания не слышно было. А ведь у спящих людей оно равномерное, хорошо различимое. Значит… Не спит? Но почему тогда не возмущается? Неужели?
Погладил по волосам еще раз, от макушки постепенно спускаясь к шее. И снова, уже уверенней, пропуская меж пальцев густые пряди…
«Твою мать!»
Ладонь вдруг натолкнулась на чужую — широкую, с грубыми, как у всех, кто часто летает на метле, подушечками пальцев. Поттер!
Тот поднял голову, уставился на Снейпа.
«Убери руку, сволочь!» — прошептал одними губами.
«Сам убери!»
«Ты… вообще обнаглел?»
«Да пошел ты!»
Поттер попытался сдвинуть его руку, но Снейп не отступал.
— Прекратите! Вы, оба! — Лили села в кровати. — Я так больше не могу, — всхлипнула она. Подскочила, пошлепала босыми ногами по полу. Кажется, зашла в комнату Гарри, сердито хлопнула дверью, не боясь даже разбудить мальчишку.
Поттер тоже свесил ноги с кровати.
— Я идиот, — пробурчал. Снейп не ответил — хотя бы потому, что был полностью согласен. Разве что мог бы дополнить, что идиотов в этой комнате два. — Снейп? — «Отозваться? Или обойдется?» — Не притворяйся, что ты сдох, это было бы слишком хорошо. Идем, ей нельзя всю ночь быть одной.
И он поплелся вслед за шаркающим тапочками Поттером, так же, как тот, присел возле широкой кровати, на которой, обняв мальчишку, спала Лили. Снова положил руку ей на плечо, прикрыл глаза.
Сидеть было неудобно, спину заломило почти сразу. По полу ощутимо тянуло. Рука, оказавшаяся куда выше остального тела, моментально онемела. Похоже, и Поттеру было не приятней: вон, все время ерзал, ворочался.
— Нет, я так не засну! Или завтра не встану, — Поттер поднялся, взял на руки Лили и пошел к выходу из комнаты. На пороге обернулся: — Снейп, тебе особое приглашение?
А в голосе — ни одной из тех интонаций, которые Снейп хорошо помнил по школьным временам. Ни злости, ни раздражения, ни открытой вражды. Только какая-то бесконечная усталость.
Да что вообще случилось с чертовым Мародером? Иногда казалось, что он за эти недели на несколько лет стал старше, а потом раз — и будто картинка в калейдоскопе менялась, и он снова превращался в того придурка с пятого курса, которого Снейп с удовольствием прикопал бы под памятным деревом на берегу. Чтобы точно запомнить место и каждый раз, проходя мимо, от души на него плевать.
Глава 11
Утром, явившись в лабораторию раньше Эванса (сбежал сразу после «семейного завтрака»), Снейп обнаружил, что дверь не заперта, а на диване, том самом, на котором он провел столько ночей, свернулась клубочком Сесилия Адамс.«Нет, это уже переходит все границы!»
— Кто тебя сюда впустил?
— Я сама вошла.
Сама? Но как?! Ладно, допустим, из палаты она еще могла выйти: если дежурная отправилась проверить кого-то из пациентов, а потом, забыв запереть дверь, ушла с поста, раззява такая. Но как Сесси оказалась в лаборатории? Насколько Снейп успел узнать Эванса, тот не забывал о безопасности никогда и ни в каком состоянии. Он бы запер дверь и будучи смертельно уставшим, и пьяным в дым, и абсолютно невменяемым.
— Тетенька в коридоре заснула и меня не увидела. Мне здесь больше нравится.
— А как ты открыла дверь?
Сесилия взглянула удивленно:
— Она сама открылась. Я потянула за ручку, она и открылась.
Снейп задумался. Что такое выбросы магии у детей такого возраста, он знал хорошо. Но обычно они неконтролируемые, мало кто умеет их вызывать по желанию. Хотя… И у него, и у Лили это получалось.
— Так… — решил проверить он. — Сейчас я закрою дверь, а ты откроешь. Согласна?
Страница 37 из 68
