Фандом: Гарри Поттер. 31-го октября 1981-го года никто из Поттеров не погиб. Джеймс благополучно избежал встречи с Волдемортом, Гарри спасла сила любви, а Лили… тоже? Вот только чьей именно любви?
Добавить в моё избранное
238 мин, 59 сек 18377
Несколько перьев воткнулось в щели в полу.
— Не-мо-гу! — вмазал кулаком по столешнице. Потом еще и еще, не обращая внимания на боль в разбитой до крови руке.
Теперь уже явно слышалось хмыканье, но не с портрета — от двери.
— Хочешь выпить? — Бродяга оглядел разгромленный кабинет, усмехнулся. Прошел в дальний угол, сдвинул картинку с летящей над бескрайним лесом повозкой (нарисованные крылатые кони протестующе заржали), открыл спрятанную дверцу.
— Не хочу. Вернее, хочу, но если начну сейчас… надерусь до танцующих розовых низзлов. А мне нельзя. У меня еще ночь со Снейпом впереди.
— Что, и не расслабиться теперь? Слушай, Сохатый, ты от себя не многого требуешь?
Джеймс скривился, махнул рукой:
— Как подумаю об этом…
— Да уж… Мне от того, что Нюниус по дому шарится, и то противно, а если бы в кровати…
— Извини… Если хочешь, мы завтра же уедем.
— Джим, ты что, вообще спятил? Шуток не понимаешь? Живи тут и даже не думай ни о чем таком! Я, может быть, всю жизнь мечтал, чтобы этот гад слизеринский оказался в пределах досягаемости! А то в школе вечно кто-нибудь влезал, стоило самому веселью начаться!
— Бродяга, — Джеймса самого передернуло от того, как жалобно звучал его голос. — Я тебя умоляю: не цепляйся к нему! Если он психанет и сбежит отсюда…
— Да куда он денется!
— После пятого курса делся. Помнишь, они с Лили как поругались тогда, так и не смотрели друг на друга до самого выпускного?
Сириус пожал плечами, как бы говоря, что ему и дела не было до того, с кем и когда поссорился Снейп.
— Я только помню, до чего ты тогда хорош был! «Хотите, я сниму с Нюниуса трусы, чтобы все убедились, что я ревнивый мудак?» Тьфу! Нет, ты скажи, рогатая твоя голова… ой, черт, извини… В общем, если бы Макгонагал тогда не появилась, ты что, в самом деле снял бы с него трусы?
— После того, как он назвал Лили этим словом поганым… я бы голову с него снял. А уж когда Лили сказала, что ей противно смотреть на меня… Конечно, вспылил! Ладно, что было, то прошло.
— Зато сейчас ты образец хладнокровия, — Сириус обвел рукой комнату.
Джеймс слабо улыбнулся:
— Это точно… Но, Бродяга, я тебя очень прошу!
— Ладно, обещаю обращаться со слизеринским ублюдком, как с любимой мамочкой… нет, так лучше не надо… Пусть будет, «как с дорогой тетей Друэллой». Кстати, меня сегодня все-таки напоили чаем с каким-то столетним печеньем. Старая сволочь Кричер «молодым хозяином» назвал… А тебе спасибо, что поинтересовался, — съехидничал было, но, взглянув на несчастное лицо Джеймса, только рукой махнул: — Проехали… Держись, Сохатый, не раскисай.
Пока наводил порядок в кабинете, почти успокоился. Ночь со Снейпом. С Лили и Снейпом, подумаешь… Нет уж, лучше не думать.
В лаборатории Снейпа встретил растерянный Эванс.
— Ну, спасибо! — сердито прошептал в ухо, указывая на сидевшую на диване Сесси. — Удружил, нечего сказать! Смена час назад закончилась, а я все тут торчу. Уговариваю ее уйти обратно в палату — ни в какую! Сказала, что ты ей велел здесь сидеть, и все тут! Может, хоть тебя послушает!
Сесси выглянула из-за каталога зелий, который Снейп так и не вернул на полку.
— Привет, Северус! Ты мне сказал сидеть тихо и не мешать мистеру Эвансу, и я сидела. Только мне было нечего делать, и я книжку взяла.
Снейпу на секунду стало не то, чтобы стыдно, а… неуютно как-то. Черт, а ведь он за всеми своими заботами даже не вспомнил о ней. После сообщения от поттеровского патронуса вбежал вместе с Сесси в лабораторию, отпросился у Эванса до конца дня… Тот, только взглянув на него, сразу разрешил, даже спрашивать ни о чем не стал. Девчонку подтолкнул к дивану и велел сидеть тихо. Вышел за дверь — и напрочь забыл о том, что она его ждет!
С другой стороны, эта Сесси тоже хороша: проторчать тут полдня!
— Послушай, — присел Снейп рядом с ней, — тебе надо уйти обратно в палату. Никому нельзя оставаться здесь ночью.
— Но там скучно!
— Ты все равно будешь спать. Не успеешь соскучиться. А утром…
— Мне можно будет сюда прийти снова? — с надеждой спросила. Снейп не знал, что ответить. Вопросительно глянул на Эванса: тот только руками развел, вроде как говоря: «Если это единственный способ ее отсюда выставить»…
— Завтра можно будет вернуться! — уверил ее Снейп.
Отвел в палату, проследил, чтобы дежурная целительница заперла дверь… И пошел в отделение срочной помощи — единственное помещение, кроме кабинета главврача, в котором работал внешний камин. Круглосуточно.
В ванной — надо сказать, куда более глубокой и удобной, чем та, в больничном морге — Снейп проторчал, пока не надоело подогревать воду. Неспешно оделся, потом долго вытирал волосы. Надеялся, что Лили и этот не дождутся его, заснут.
— Не-мо-гу! — вмазал кулаком по столешнице. Потом еще и еще, не обращая внимания на боль в разбитой до крови руке.
Теперь уже явно слышалось хмыканье, но не с портрета — от двери.
— Хочешь выпить? — Бродяга оглядел разгромленный кабинет, усмехнулся. Прошел в дальний угол, сдвинул картинку с летящей над бескрайним лесом повозкой (нарисованные крылатые кони протестующе заржали), открыл спрятанную дверцу.
— Не хочу. Вернее, хочу, но если начну сейчас… надерусь до танцующих розовых низзлов. А мне нельзя. У меня еще ночь со Снейпом впереди.
— Что, и не расслабиться теперь? Слушай, Сохатый, ты от себя не многого требуешь?
Джеймс скривился, махнул рукой:
— Как подумаю об этом…
— Да уж… Мне от того, что Нюниус по дому шарится, и то противно, а если бы в кровати…
— Извини… Если хочешь, мы завтра же уедем.
— Джим, ты что, вообще спятил? Шуток не понимаешь? Живи тут и даже не думай ни о чем таком! Я, может быть, всю жизнь мечтал, чтобы этот гад слизеринский оказался в пределах досягаемости! А то в школе вечно кто-нибудь влезал, стоило самому веселью начаться!
— Бродяга, — Джеймса самого передернуло от того, как жалобно звучал его голос. — Я тебя умоляю: не цепляйся к нему! Если он психанет и сбежит отсюда…
— Да куда он денется!
— После пятого курса делся. Помнишь, они с Лили как поругались тогда, так и не смотрели друг на друга до самого выпускного?
Сириус пожал плечами, как бы говоря, что ему и дела не было до того, с кем и когда поссорился Снейп.
— Я только помню, до чего ты тогда хорош был! «Хотите, я сниму с Нюниуса трусы, чтобы все убедились, что я ревнивый мудак?» Тьфу! Нет, ты скажи, рогатая твоя голова… ой, черт, извини… В общем, если бы Макгонагал тогда не появилась, ты что, в самом деле снял бы с него трусы?
— После того, как он назвал Лили этим словом поганым… я бы голову с него снял. А уж когда Лили сказала, что ей противно смотреть на меня… Конечно, вспылил! Ладно, что было, то прошло.
— Зато сейчас ты образец хладнокровия, — Сириус обвел рукой комнату.
Джеймс слабо улыбнулся:
— Это точно… Но, Бродяга, я тебя очень прошу!
— Ладно, обещаю обращаться со слизеринским ублюдком, как с любимой мамочкой… нет, так лучше не надо… Пусть будет, «как с дорогой тетей Друэллой». Кстати, меня сегодня все-таки напоили чаем с каким-то столетним печеньем. Старая сволочь Кричер «молодым хозяином» назвал… А тебе спасибо, что поинтересовался, — съехидничал было, но, взглянув на несчастное лицо Джеймса, только рукой махнул: — Проехали… Держись, Сохатый, не раскисай.
Пока наводил порядок в кабинете, почти успокоился. Ночь со Снейпом. С Лили и Снейпом, подумаешь… Нет уж, лучше не думать.
В лаборатории Снейпа встретил растерянный Эванс.
— Ну, спасибо! — сердито прошептал в ухо, указывая на сидевшую на диване Сесси. — Удружил, нечего сказать! Смена час назад закончилась, а я все тут торчу. Уговариваю ее уйти обратно в палату — ни в какую! Сказала, что ты ей велел здесь сидеть, и все тут! Может, хоть тебя послушает!
Сесси выглянула из-за каталога зелий, который Снейп так и не вернул на полку.
— Привет, Северус! Ты мне сказал сидеть тихо и не мешать мистеру Эвансу, и я сидела. Только мне было нечего делать, и я книжку взяла.
Снейпу на секунду стало не то, чтобы стыдно, а… неуютно как-то. Черт, а ведь он за всеми своими заботами даже не вспомнил о ней. После сообщения от поттеровского патронуса вбежал вместе с Сесси в лабораторию, отпросился у Эванса до конца дня… Тот, только взглянув на него, сразу разрешил, даже спрашивать ни о чем не стал. Девчонку подтолкнул к дивану и велел сидеть тихо. Вышел за дверь — и напрочь забыл о том, что она его ждет!
С другой стороны, эта Сесси тоже хороша: проторчать тут полдня!
— Послушай, — присел Снейп рядом с ней, — тебе надо уйти обратно в палату. Никому нельзя оставаться здесь ночью.
— Но там скучно!
— Ты все равно будешь спать. Не успеешь соскучиться. А утром…
— Мне можно будет сюда прийти снова? — с надеждой спросила. Снейп не знал, что ответить. Вопросительно глянул на Эванса: тот только руками развел, вроде как говоря: «Если это единственный способ ее отсюда выставить»…
— Завтра можно будет вернуться! — уверил ее Снейп.
Отвел в палату, проследил, чтобы дежурная целительница заперла дверь… И пошел в отделение срочной помощи — единственное помещение, кроме кабинета главврача, в котором работал внешний камин. Круглосуточно.
В ванной — надо сказать, куда более глубокой и удобной, чем та, в больничном морге — Снейп проторчал, пока не надоело подогревать воду. Неспешно оделся, потом долго вытирал волосы. Надеялся, что Лили и этот не дождутся его, заснут.
Страница 36 из 68
