Фандом: Гарри Поттер. Все началось с бала-маскарада в поместье Малфоев…
Добавить в моё избранное
216 мин, 22 сек 17701
В тишине кабинета отчетливо слышалось тиканье каминных часов. Люциус, гениально изображая недоумение, уселся в кресло напротив Снейпа и потер виски:
— Что делать будем?
Снейп молчал, очевидно, соображая, затем решительно поднялся и ринулся к окну. Драккл красноглазый! Про окна они с Добби не договаривались!
— Снейп, там второй этаж и высоко…
— Я слезу… у вас кладка манерная.
Какую кладку он имел в виду, Люциус не понял, но на всякий случай обиделся:
— Кто бы говорил…
Снейп тихо хмыкнул и продолжил колдовать, к облегчению Люциуса — безуспешно.
— Снейп, а может?
— И как это будет?
— Технически? — оживился Люциус, припоминая слово из специального журнала.
Снейп тяжело опустился в кресло и обхватил голову руками, опершись острыми локтями в колени и согнувшись почти пополам. Неужели он совсем не хочет? Все-таки, когда это мероприятие затевалось, предполагалось, что Снейп будет поактивнее. Тот вдруг резко выпрямился:
— Домовики!
— Что «домовики»? — осторожно поинтересовался Люциус. Со Снейпа ведь станется опознать их специфическую магию.
— Можно вызвать домовиков, и они помогут.
— Ну, это вряд ли…
Люциус демонстративно щелкнул пальцами, призывая эльфов и недоумевая, почему Снейп вспомнил про домовиков в последнюю очередь. Эльфы явиться не посмели. Люциус незаметно оглядел себя в зеркало и поправил французский воротник. Безупречен! Андрэ бы уже исходил слюной и томно облизывал губы, а этот… Люциус прищурился и положил ногу на ногу, изображая расслабленность, и медленно оглядел Снейпа. С головы до пят… ничего не упуская. По идее, тот должен был смутиться и подготовиться к капитуляции, но Снейп, наоборот, выпрямил спину и ответил дерзким взглядом. У Люциуса сбилось дыханье. Хорош! Игра начинала доставлять изысканное удовольствие.
— По бокалу Courvoisier?
— Не откажусь…
Куда подевался тот заморыш, которого Люциус помнил по школе? Когда он успел так вырасти? Снейп отсалютовал бокалом, и Люциус, не дыша, смог насладиться, наблюдая за движениями острого кадыка. Как тогда… Рот непроизвольно наполнился слюной, и Люциус поспешил отпить из бокала. Эту длинную шею хотелось вылизывать. Медленно и тщательно, оставляя на белой коже свои метки.
А Снейп, казалось, не замечал впечатления, производимого на Люциуса. Он задумчиво разглядывал огонь камина через янтарную жидкость, и в тот момент, когда Люциус был уже готов наброситься на него, тихо сказал:
— Тогда зови меня по имени.
Что? Это все, о чем он просит? Люциус справился с охватившим его волнением и так же тихо ответил:
— Хорошо, Северус. А ты — меня.
Снейп решительно поставил бокал на столик и встал, по-прежнему глядя на пламя, затем перевел взгляд на визави:
— Что же ты… Люциус?
Медлишь? Стесняешься? Такая недоговоренность лишала грядущий секс легкости, но и заводила неимоверно. Словно происходит что-то такое особенное, доступное только им двоим…
Люциус встал и подошел к Снейпу… или теперь уже Северусу? Тот не предпринимал никаких попыток к сближению, но и не возражал, когда ладонь Люциуса опустилась ему на предплечье. Такой немного отстраненный… холодный… но интуиция просто вопила о жарком пламени, скрывающемся под ледяным панцирем. Что же есть такое в этом Снейпе, чего не было в Андрэ? Только ли потрясающая задница? Люциус не знал, но это не мешало ему расстегивать старомодный сюртук, а следом и белоснежную рубашку с нелепым жабо, затаив дыхание, чтобы не спугнуть. Когда он заметил, что Снейп наблюдает за его действиями из-под опущенных ресниц, то не сумел сдержать изумленного вздоха. Происходящее слишком сильно отличалось от привычного сценария, когда Люциус лениво позволял себя соблазнить и доставить удовольствие. Может быть, в этом все дело? Да какая разница, когда под губами трепещет нежная шея и от едва слышного стона начинает шуметь в ушах!
Люциус наслаждался каждой минутой, а когда Северус впервые его коснулся, совсем потерял голову. Они, как слепые, изучали друг друга руками, распаляя, дразня, подводя к самому краю. Одежда уже давно валялась на полу, перепутавшись, а они все медлили. Когда Люциус закончил вылизывать такую притягательную шею, он бездумно принялся целовать челюсть, подбородок и, наконец, добрался до губ. От первого поцелуя Северус вздрогнул, а потом перехватил инициативу, с едва слышным рычанием прикусывая губу и с силой начиная ласкать ее языком. Идеально!
Терпеть дальше было просто невозможно, и Люциус легонько подтолкнул Северуса к столу, рассчитывая, что тот поймет. Северус понял. Быстрым движением он смел со стола все бумаги и уселся на полированную столешницу, опираясь на руки и слегка откидываясь назад. Завлекает? Провоцирует? Не иначе! Люциус не сдержался и укусил острую ключицу, пресекая протестующий стон поцелуем.
— Что делать будем?
Снейп молчал, очевидно, соображая, затем решительно поднялся и ринулся к окну. Драккл красноглазый! Про окна они с Добби не договаривались!
— Снейп, там второй этаж и высоко…
— Я слезу… у вас кладка манерная.
Какую кладку он имел в виду, Люциус не понял, но на всякий случай обиделся:
— Кто бы говорил…
Снейп тихо хмыкнул и продолжил колдовать, к облегчению Люциуса — безуспешно.
— Снейп, а может?
— И как это будет?
— Технически? — оживился Люциус, припоминая слово из специального журнала.
Снейп тяжело опустился в кресло и обхватил голову руками, опершись острыми локтями в колени и согнувшись почти пополам. Неужели он совсем не хочет? Все-таки, когда это мероприятие затевалось, предполагалось, что Снейп будет поактивнее. Тот вдруг резко выпрямился:
— Домовики!
— Что «домовики»? — осторожно поинтересовался Люциус. Со Снейпа ведь станется опознать их специфическую магию.
— Можно вызвать домовиков, и они помогут.
— Ну, это вряд ли…
Люциус демонстративно щелкнул пальцами, призывая эльфов и недоумевая, почему Снейп вспомнил про домовиков в последнюю очередь. Эльфы явиться не посмели. Люциус незаметно оглядел себя в зеркало и поправил французский воротник. Безупречен! Андрэ бы уже исходил слюной и томно облизывал губы, а этот… Люциус прищурился и положил ногу на ногу, изображая расслабленность, и медленно оглядел Снейпа. С головы до пят… ничего не упуская. По идее, тот должен был смутиться и подготовиться к капитуляции, но Снейп, наоборот, выпрямил спину и ответил дерзким взглядом. У Люциуса сбилось дыханье. Хорош! Игра начинала доставлять изысканное удовольствие.
— По бокалу Courvoisier?
— Не откажусь…
Куда подевался тот заморыш, которого Люциус помнил по школе? Когда он успел так вырасти? Снейп отсалютовал бокалом, и Люциус, не дыша, смог насладиться, наблюдая за движениями острого кадыка. Как тогда… Рот непроизвольно наполнился слюной, и Люциус поспешил отпить из бокала. Эту длинную шею хотелось вылизывать. Медленно и тщательно, оставляя на белой коже свои метки.
А Снейп, казалось, не замечал впечатления, производимого на Люциуса. Он задумчиво разглядывал огонь камина через янтарную жидкость, и в тот момент, когда Люциус был уже готов наброситься на него, тихо сказал:
— Тогда зови меня по имени.
Что? Это все, о чем он просит? Люциус справился с охватившим его волнением и так же тихо ответил:
— Хорошо, Северус. А ты — меня.
Снейп решительно поставил бокал на столик и встал, по-прежнему глядя на пламя, затем перевел взгляд на визави:
— Что же ты… Люциус?
Медлишь? Стесняешься? Такая недоговоренность лишала грядущий секс легкости, но и заводила неимоверно. Словно происходит что-то такое особенное, доступное только им двоим…
Люциус встал и подошел к Снейпу… или теперь уже Северусу? Тот не предпринимал никаких попыток к сближению, но и не возражал, когда ладонь Люциуса опустилась ему на предплечье. Такой немного отстраненный… холодный… но интуиция просто вопила о жарком пламени, скрывающемся под ледяным панцирем. Что же есть такое в этом Снейпе, чего не было в Андрэ? Только ли потрясающая задница? Люциус не знал, но это не мешало ему расстегивать старомодный сюртук, а следом и белоснежную рубашку с нелепым жабо, затаив дыхание, чтобы не спугнуть. Когда он заметил, что Снейп наблюдает за его действиями из-под опущенных ресниц, то не сумел сдержать изумленного вздоха. Происходящее слишком сильно отличалось от привычного сценария, когда Люциус лениво позволял себя соблазнить и доставить удовольствие. Может быть, в этом все дело? Да какая разница, когда под губами трепещет нежная шея и от едва слышного стона начинает шуметь в ушах!
Люциус наслаждался каждой минутой, а когда Северус впервые его коснулся, совсем потерял голову. Они, как слепые, изучали друг друга руками, распаляя, дразня, подводя к самому краю. Одежда уже давно валялась на полу, перепутавшись, а они все медлили. Когда Люциус закончил вылизывать такую притягательную шею, он бездумно принялся целовать челюсть, подбородок и, наконец, добрался до губ. От первого поцелуя Северус вздрогнул, а потом перехватил инициативу, с едва слышным рычанием прикусывая губу и с силой начиная ласкать ее языком. Идеально!
Терпеть дальше было просто невозможно, и Люциус легонько подтолкнул Северуса к столу, рассчитывая, что тот поймет. Северус понял. Быстрым движением он смел со стола все бумаги и уселся на полированную столешницу, опираясь на руки и слегка откидываясь назад. Завлекает? Провоцирует? Не иначе! Люциус не сдержался и укусил острую ключицу, пресекая протестующий стон поцелуем.
Страница 7 из 63
