Леденцы на любой вкус

Рот переместился на правое бедро — и Люциус перестал бороться. Крики еще перемежались стонами, и это было единственным, что слышалось в тихой комнате.

Губы пропали, оставив после себя ощущение опустошенности. Кровать скрипнула, и тут Люциус почувствовал, как язык прочерчивает влажную линию за правым ухом.

Горячее дыхание обожгло кожу:

— Драко, умоляй. Проси меня взять тебя. Скажи мне, как сильно ты этого хочешь. Моли! — мягко произнесенные слова были приказом.

Люциус уже открыл рот, чтобы прекратить эту сладкую пытку, но Малфой в нем выбрал именно этот момент, чтобы снова напомнить ему, кто он такой:

— Нет… я… ах… не умоляю… ни сейчас… ни… никогда… я… Л… ах… Малфой, — выдавил он между тяжелыми вздохами, собирая остатки собственной гордости.

— Должно быть, я плохо поработал над тобой. Обычно, к этому моменту ты уже перестаешь беспокоиться о фамилиях, — и тут же мочку его уха прихватили мягкие губы, а затем последовал более ощутимый укус.

Челн Люциуса вздрогнул. Раздался хриплый смешок, и сумасшедший рот снова начал убийственно медленное путешествие вниз. Услышав мягкий шепот, Люциус застонал, хоть и не разобрал слов. Его член снова вздрогнул.

Заклинание.

Безо всякого перехода Люциус словно попал в жидкий огонь. Пронзительно вскрикнув, он бесконтрольно дернул бедра вверх, но сильные руки заставили его опуститься на место. Лишившись возможности двигаться и слышать, Люциус мог только чувствовать. Сейчас весь его мир сузился почти до точки.

Он был потрясен. Раньше он никогда не отдавал себя полностью удовольствию — всегда было что-то еще. Секс рассматривался как еще один путь к власти или как удовлетворение потребностей. Тренировка самоконтроля… Да и его партнеры не видели это по-другому — кому как не слизеринцам знать последствия демонстрации собственных слабостей.

Предыдущий опыт никак не мог помочь ему в столкновении с настоящей страстью. Он терял контроль. Еще один поцелуй, или, может, ощущение этого талантливого рта на себе — и все. Ему нужно было кончить. Даже больше, чем дышать. Неважно, как близко он сейчас к самому пику, что бы ни сделал этот рот, кончить он не сможет. Вот что означало произнесенное заклятие.

Горячий рот отступил и Люциус застонал от ощущения потери. Прохладный воздух вокруг члена вместо влажного тепла, желание, все возрастающее с момента потери. Ему пришлось прикусить губу до крови, чтобы остановить мольбу, рвущуюся наружу. Контроль над телом был полностью утрачен, но каким бы сильным ни было желание, кричать о нем он не мог. Лучше смерть.

Невнятный возглас вырвался у него, когда Рот начал посасывать яички. Не осознавая, что он делает, Люциус раздвинул бедра шире, и внезапно невидимые руки дернули его ноги вверх, открывая полный доступ. Люциус попытался припомнить это заклинание, но из-за мешанины в голове, так и не смог.

Грубоватый палец проник к нему в рот. Люциус застонал от удовольствия раньше, чем смог понять к чему все движется. Кто-то действительно собирается взять его, полностью подчинить собственным желаниям. Его тело напряглось.

— Драко? Почему ты так напряжен? Что с тобой? — голос прозвучал озабоченно, хоть и слегка грубовато.

Драко. Он должен вести себя в точности как Драко — если вообще хочет хоть чего-нибудь добиться. У его сына нет проблем с тем, чтобы оказаться оттраханным этим мальчиком, поэтому он тоже не должен бояться — судя по всему у них уже устоявшиеся отношения.

Нет, конечно, это не страх. Малфои не боятся. А вот с демонстрацией слабости у него действительно проблемы. Он — Люциус Малфой, и всегда контролирует то, что происходит в постели. Вот только в этой конкретной постели Люциусом Малфоем он не был. И тело — тоже не его, не Люциуса.

На самом деле выбора у него все равно нет — если, конечно, он не хочет, чтобы его раскрыли. Люциус осознанно игнорировал тихий голос в голове, замечавший, что выбор есть всегда. Хорошо, он позволит этому мальчику — кем бы тот ни оказался — трахнуть Драко. Что там происходит с телом его сына — по сути, не его забота. В любом случае, сам Люциус Малфой в конечном итоге останется нетронутым.

— Все в порядке. Я просто немного перестарался с воздержанием. Все дело в этом. И мне очень хотелось посмотреть, как ты будешь за мной бегать, вот и не приходил на встречи, — объяснение получилось на редкость правдоподобным, похоже, мозги снова включились в работу. Все будет просто как «Люмос».

— Ты уверен? Мы можем остановиться, если хочешь.

Черт возьми, что за слизеринца откопал Драко? Да он же больше на гриффиндорца смахивает! Кому в доме Змеи может вообще прийти в голову остановить игру за доминирование, когда партнер уже связан и готов к траху?! Может, он где-то ошибся? Логических объяснений происходящему у Люциуса не было.

— Все хорошо. Правда. Продолжай, — Люциус поверить не мог, что он еще и убеждает мальчишку.