Леденцы на любой вкус

Откуда-то издалека он слышал, как Люциус что-то напевает на незнакомом ему языке, грубоватым, но уверенным голосом, каждый его толчок служил как бы якорем в заклинании объединения.

Гарри периодически приходил в сознание. Левая рука Люциуса скользила по его невозможно прозрачной коже, используя сперму Гарри как чернила. Не раз ему приходилось останавливаться внутри такой желанной тесноты, оттягивая кульминационный момент. Гарри снова возбудился. Его магия бушевала вокруг них как штормовое море. С каждым разом, когда Люциус дотрагивался до той, единственно желанной точки, мир начинал кружиться у него перед глазами, и он тонул в водовороте наслаждения.

Гарри бессвязно вскрикнул, когда Люциус обхватил его возбужденный член. Он открыл глаза только для того, чтобы увидеть как Люциус со всей силой и страстью входит в него. Белоснежные волосы любовника, спадавшие тому на лицо, придавали ему образ падшего ангела. Гарри не заметил, когда его глаза снова закрылись, и сколько времени прошло с тех пор. Это могли быть секунды, а может быть часы?

Тело Гарри окружал красно-золотой туман, который по краям плавно переходил в тёмно-зелёный. Внезапно до мальчика дошло, что это физическое воплощение его магии. Люциус также был окутан туманом, только зеленовато-серебристым.

Глазами Гарри нашёл глаза Люциуса и провалился в их глубину. Он почувствовал, как его магия и магия Люциуса становятся единым целым. Внезапно ощущения Гарри изменились: именно он сейчас входил в тугое тело. Его аристократические пальцы сжимали возбужденный член любовника, окутанного красновато-золотистым дымком.

Как во сне Гарри увидел под собой тело, бесконтрольно двигающееся навстречу ему. Он увидел зеленые глаза, светящиеся желанием, любовью, невинностью и жизнью, заглядывающие ему в душу. Он поразился своим чувствам к мальчику, к Гарри. Его Гарри. Чувства собственности, желания и любви были так сильны, что он почти потерял сознание. Он сделает всё возможное, чтобы Гарри был в безопасности, чтобы он был рядом с ним навсегда. А если его власти окажется недостаточно, он найдет другие пути сохранить его. Ничто и никогда не сможет отнять у него то, что принадлежит только ему.

Руки Гарри обхватили бедра любовника. С удвоенной силой он продожил вторжение, чтобы привязать навсегда любимого к себе, даже смерть не сможет теперь забрать его. Светлая магия, Темная магия, не имеет никакого значения, пока она служит его интересам. Его губы приоткрылись и начали произносить сильное заклинание соединения на старогалльском языке. Он услышал другой голос, вторящий ему. Его Гарри. Его совсем не удивило, что Гарри знает это заклинание, которое было секретом семьи Малфоев на протяжении многих веков. Он был Люциусом, также как Люциус был Гарри.

Заклинание достигло своего апогея. Последнее воспоминание о самоконтроле улетучилось. Вокруг них вилось красно-золотистое, сплетаясь с серебристо-зеленым так, что невозможно было определить, где заканчивается один цвет и начинается другой. Магия струилась вокруг них и сквозь них. Их тела приподнялись над кроватью, окруженные потоками магии, разрушая всё что было и создавая новое.

Серебристо-зеленый боролся за превосходство молниями, ветром и дождём. Красно-золотой уничтожал всё, попадающееся ему на пути, подобно лаве. В конце концов они объединились: ураган с вулканом.

Он был Люциусом, кончающим в своего любовника, делающим его своим навсегда. В тоже время он был Гарри. Он чувствовал, как глубоко входит в него любовник. Когда первые спазмы их оргазма захватили их, он выкрикнул имя своего любимого или своё собственное имя, а может быть и оба. Он не был уверен. Магия, окружающая их, взорвалась. Они закричали, не понимая, от боли или от удовольствия. После безумия, поглотившего всё, их тела рухнули обратно на кровать. Они были без сознания.

Гарри медленно приходил в себя. Люциус смотрел на него, и удовлетворенная улыбка, озарявшая его лицо, резко контрастировала с обеспокоенным взглядом. Гарри огляделся вокруг, ожидая обнаружить полное разорение в комнате. Но она оказалась почти нетронутой, только наполненной гнетущей тишиной. У Гарри не было достаточно сил, чтобы размышлять, как долго он пробыл без сознания.

— Ты в порядке? — спросил Люциус тихим голосом. Когда Гарри кивнул в ответ, он заметно расслабился и ласково провел пальцами вдоль губ любимого, медленно ведя по шелковистой коже к щекам. Гарри счастливо придвинулся поближе.

— Ты не сердишься, — уверенно заявил Люциус, хотя глаза выдавали его удивление.

— Нет, — подтвердил Гарри надтреснутым голосом. Его горло саднило от криков. — Я, честно говоря, не ожидал магической свадьбы, но это не волнует меня. Наоборот, я… я и не предполагал, что ты захочешь такого уровня отношений. С Нарциссой ты никогда…

— Не сравнивай ее с собой, любимый. Она была просто удобна; а ты моя глубоко укоренившаяся необходимость. Я не могу жит… я никогда тебя не отпущу.