Лордик Малфой

— К завтрашнему слушанию, — Гермиона вырвалась из его объятий и достала из сумочки костюм, который, после применения заклятия увеличения, стал как раз таким, как нужно было Драко.

Он примерил пиджак и брюки — костюм сидел вполне прилично. К костюму прилагалась черная водолазка, и Малфой ухмыльнулся, хитро посмотрев на Грейнджер, а она покраснела:

— Не хочу, чтобы все пялились…

Драко кивнул.

— Ничего не бойся, — сказала вдруг Гермиона. — Я проработала столько вариантов, сколько смогла. Если ничего не случится…

— А может случиться? — перебил Малфой, встревожившись. Вообще, когда говорят, что бояться не надо, — это верный признак того, что пора поднимать панику.

— Всякое может случиться, — серьезно сказала Грейнджер. — Но я всегда буду рядом. Мы справимся.

И она подошла к нему близко-близко и поцеловала, притянув к себе. Драко поверил ей. Ее простым словам, таким нужным в этот момент. «Всегда», «мы». И только так. Малфой вздохнул и обнял Гермиону. Они стояли так долго-долго, пока охранник из-за двери не возвестил о том, что их время истекло.

— До завтра, — шепнула она, неохотно отпуская Драко от себя.

— До завтра, — Малфой улыбнулся на прощание так беззаботно, как только мог.

Но, несмотря на все заверения Гермионы, ночью ему не спалось. В те редкие моменты, когда Драко удавалось задремать, ему снились дементоры или псы, которые преследуют его, загоняют до полусмерти. А когда он вскакивал в холодном поту, его начинали обуревать мысли о суровом приговоре, о вновь открывшихся обстоятельствах, не известных Гермионе, о мерзком судье, о глупом обвинителе…

Ред тоже не спал. Он ходил по камере из угла в угол и бормотал что-то: его дело также должны были рассматривать завтра.

Лордик

Сирена, перекличка, завтрак. Как в тумане. Драко облачился в водолазку, скрывшую ошейник от посторонних глаз, и новый костюм. Волосы забрал в хвост и подумал, что так делал когда-то его отец. Малфой всегда завидовал тому, какие у него длинные, красивые волосы. Теперь отца больше нет. А жизнь сына зависит от маленькой, хрупкой гриффиндорки, не так давно окончившей школу. Драко прикрыл глаза, вспомнив о Гермионе. Скоро он увидит ее. Она будет на его стороне, но не подойдет, не коснется руки. Его защитница выступит перед судом, такая далекая и неприступная… Драко тряхнул головой.

— Малфой, — услышал он голос Реда и поднял глаза. — Что, неравишки шалят?

— Как и у тебя, — кивнул Драко рассеянно.

— Слышал, у тебя отличный адвокат.

— Твой адвокат не хуже, — Малфою не хотелось обсуждать это сейчас.

— Вы с ним учились вместе, — Азурус прищурился. — Ты прекрасно знаешь, что он не так уж хорош…

Драко промолчал. Ему было наплевать на то, что Ред думает о Забини. Нет, ему просто было наплевать на то, что Ред думает. Вообще.

— Драко Люциус Малфой, на выход! — услышал он и привычно сложил руки за спиной, готовясь, возможно, к самому важному событию в своей жизни.

В зале суда было душно, как и в прошлый раз. Малфоя проводили в кресло обвиняемого, он нервно сглотнул. Гермиона сидела в первом ряду, слева от судьи. Увидев Драко, она тепло улыбнулась ему и кивнула, подбадривая. Красивая, как всегда. Справа от судьи сидел обвинитель из министерских, тот же самый, что и на первом заседании. Жирный, потный, но с невероятно благородным выражением на лице. Чуть подальше, в третьем ряду, Драко увидел Поттера, а рядом с ним — Забини. Блез что-то говорил Золотому Мальчику, и тот кивал напряженно, поглядывая на Малфоя. А еще в зале была Астория. Она скромно устроилась сбоку, в уголке — это место любил занимать когда-то его отец: он часто присутствовал на разных разбирательствах и всегда говорил, что именно с этого места легче всего повернуть ход дела в нужное русло. Драко насторожился: почему-то ему показалось, что Астория тоже знает эту маленькую тайну.

Начался процесс. Обвинитель, истекая потом, повторил все то же, что говорил две недели назад. Его плохо слушали: все были осведомлены о содержании статей, по которым проходил Малфой. Затем выступали свидетели. Гермиона, мило улыбаясь каждому из них, била вопросами наповал, заставляя краснеть, напрягаться, нервничать. Преподаватели сдались быстро, почти сразу меняя тон показаний с деловито-чопорного на старчески-мягкий. Флитвик даже ударился в воспоминания о том, каким способным студентом был Драко в детстве. Свидетели из министерских держали осаду дольше, не желая сдавать позиций. Имеет метку, служил Волдеморту, может быть охарактеризован как личность скользкая, ненадежная, склонная к интригам и обману, покушался на Дамблдора и Поттера. Последнее обвинение звучало, как и в прошлый раз, устрашающе, и Малфой пожалел, что на нем нет галстука, который можно было бы ослабить, — водолазка душила нещадно.

Вдруг Драко увидел, как Гарри поднимается с места и тянет руку, требуя слово.