Кадрить боевого офицера без его согласия не рекомендуется

Глава 1

— Вот этот, — Мэлтон ткнул друга в бок. — Давай, двигай булками! Вот он же!

— Да он же старый и страшный, — Бэйс уперся и пробуксовал, — ты что, братишка, совсем того?

— Ты-ничего-не-понимаешь! — друг сдвинул его с места и потащил следом.

Они промышляли подобным нечасто. Поймать незнакомую мордашку, на которую сработал гей-радар, утискать, слегка принудить, заболтать, поиметь, и пару дней развлекаться в приятной компании, пока отпуск не кончится. Но вот этого крепкого типа?

Рожа у него была самая уголовная — от линии волос через глаз, щеку и даже губы шел рваный шрам. Невысокий, он был весьма плечист, мышцы так и бугрились под однотонной черной майкой безо всякого принта.

— Не старый и страшный, а подтянутый, чистенький, явно турист, и посмотри на его задницу только, — Мэл облизнулся мечтательно. — Я хочу ему засадить. Вот просто нагнуть и засадить, и похуй, какая у него там морда. Ее не видно ни сзади, ни при минете, так что не изображай мне тут, что ты педофил, или что любишь только моделек с тугими буферами. И посмотри, как идет… стопудово тебе говорю, он умеет танцевать. Вот увидишь. А я всегда говорил, что тот, кто умеет танцевать, тот в постели не бревно, — он тащил Бэйса, как на буксире, и явно свое мнение составил. — Пошли… пошли-пошли-пошли!

Нет, задница и впрямь была отпад, тугая и плотная, как у серфингиста. Бэйс вдруг представил, как он за нее ухватится, и вздрогнул. Как-то они нагнули настоящего культуриста, но даже у того не было настолько совершенного тела — не анатомический атлас, высушенный до воблы, а плотное, тугое, живое, явно использующееся, а не декоративное…

— Слышь, а он нас не прибьет? — уточнил Бэйс осторожно.

— Не должен, — пожал плечами Мэл. — Ну и опять же, не дуриком нагибать надо, а с подходом… Видишь, один рассекает, и явно без особой цели… Значит, наверняка будет не против компании, — они привычно обошли цель с двух сторон, и Мел хлопнул объект по спине. — Барри, старина, а что это ты тут! Упс, чувак, извини, обознался, но ты со спины чертовски похож на нашего дружбана. Тебя как звать?

— Я не знакомлюсь, — тип улыбался очень даже обаятельно, и шрам его портил, но не так что бы слишком — это открытое, простое лицо мало чем испортишь. — Так что гуляйте.

— Так мы и гуляем, — вернул ему милую улыбку Мэл. — А что так, ждешь кого, или просто мы двое не нравимся? Если первое — так нас двое, и мы круче по любой статье, а если второе — так у нас полно скрытых достоинств, клянусь чем хочешь! Хоть поверь, хоть проверь, лучше нас тут не найти, хоть обыщись!

— Да я искать не собирался, — тип обернулся к Бэйсу, который пристроил руку у него на талии. — Ребят, шли бы в…

Как раз начался переулок, и Мэл без промедления влепил ему засос, зарывшись пальцами в полуседую гриву.

А вот Бэйс внезапно ощутил острую боль в солнечном сплетении и одновременно — странное чувство полета… только недолгое, потому что спина и плечи тоже взорвались болью, и только потом он понял, что медленно оседает по стеночке. Чем его приложили, он даже не понял, да и не волновало его это сейчас, тут бы дыхалку поймать. У Мэла дело обстояло чуть получше, но именно чуть: его поймали на болевой прием, и весь мир сузился в одну горячую пульсирующую болью точку на запястье.

— Ну вот что за… — тип вздохнул с искренним огорчением. — Прикопать вас что ли здесь?

У Бэйса на миг отключился мозг, а миг спустя он уже пытался врезать этому древнему мудиле, и почему-то все время промахивался и бессвязно рычал «отпусти, отпусти!», пытаясь отодвинуть Мэла.

— Я не понял, — спокойный, тихий голос этого чертова шрамированного словно бы остужал накал страстей. — Вы меня ограбить собрались, или насиловать, или что? — он в какой-то момент просто пнул Бэйса в колено и прихватил за загривок так, что хрен разогнешься. — Сейчас мы медленно, без паники и резких движений, зайдем вон туда. И вы мне все подробно объясните, а попутно будете долго и прочувствованно извиняться. Если я поверю в ваше раскаяние, то никаких неприятных последствий не будет, кроме уже имеющихся.

По пути он кивнул совсем замшелой старушенции при входе, пинком захлопнул дверь — и вот где-то тут Бэйс начал очень всерьез бояться. Они оба не были нежными фиалками, они бы с кем угодно справились, а тут какой-то тип держит обоих, как игрушки.

На болевом захвате, если более точно. Хуже всего было другое. Да, больно. Нет, эрекция все равно никуда не девалась, а только сильнее оттопыривала ткань узких брюк. И очень страшно было за болтуна Мэла, который сейчас просто молчал и дышал как-то… нездорово. Тип наконец уронил их на постель вповалку и встал над ними, скрестив руки. Тряпки у него были довольно свободными, но Бэйс вдруг осознал, что видит вполне нехилое под тонкой летней тканью.

— Ну? — рявкнул тип. — Хватит пялиться.

— Ащщас, — невнятно ответил он.