Фандом: Сверхъестественное. «Дин сказал, что я — монстр, а ты — идиот, привыкший к монстру и возомнивший это любовью. Еще я врун, потому что скрыл от него подробности той ночи, а Бобби слабак, потому что нас всех терпит. Короче, только Кастиэля не приплел, но все мы знаем, что он его ненавидит.»
Добавить в моё избранное
241 мин, 35 сек 14291
Небеса бы не упустили случая устрашить дезертиров.
— Почему ты мне не сказал? — спросил Дин. Габриэль уловил напряжение в его голосе. Гнев уложился в нем, пустив на свое место холодную решительность. Очевидно, сожительство с Бобби пошло ему на пользу.
Но, ох, зря же он это спросил.
— Потому что когда я в первый раз назвал при тебе его имя, ты испортил мою яичницу о мой же шкаф и распсиховался, как малолетняя девчонка, ты, мужик с памятью золотой рыбки!
Дин поморщился, признавая очевидную правоту наставника.
— Ну, то когда было…
— Отлично, я очень рад, что теперь ты демонстрируешь чудеса сдержанности, но может вместо этого наконец ответишь на вопрос Габриэля?
Бобби подождал пару секунд и, не услышав слов протеста, откинулся в своем кресле.
— Замечательно, мы внимательно слушаем.
Дин помялся, избегая напряженных взглядов собеседников. Наконец, сгорбившись и прижав основания ладони к глазам, пробормотал:
— Я старался не вспоминать обо всем этом. И я, правда, сомневаюсь, что смогу помочь этим Сэму.
— Сможешь, если расскажешь, как проходил ритуал, — твердо заверил его Бобби, махнув рукой в сторону открывшего рот Габриэля. Тот послушно проглотил свою реплику.
Дин начал.
— Я плохо помню себя после того, как понял, что задумал Кастиэль. Он заковал меня в железо, оно чертовски жгло. Я был в ярости. Выл и проклинал его. Помню вкус его крови, хотя, возможно, мне показалось. Еще я четко помню момент, когда он уколол мне первую дозу.
Дин замолчал. Его не торопили.
— Я, правда, не могу вспомнить, сколько времени проходило между уколами. Но я помню каждый из них. Эта чужая кровь вымораживала грудь и мозг, мир как будто выворачивался наизнанку. Я снова был в Аду, только Сэма рядом не было, чтобы спасти меня оттуда. Снова меня запихивали в клетку из этих… чувств. Снова я становился их заложником, их рабом. И так каждый чертов раз. А потом я стал человеком. Как в бездну провалился.
Габриэль не мог спокойно это слушать. Вина разъедала его.
— Сколько было уколов? — тихо спросил он, стараясь сохранить голос сочувственно-спокойным. Бобби тяжело зыркнул на него, но Дин ничего не заметил, погруженный в воспоминания.
— Восемь. Их было восемь. А потом я открыл глаза… Увидел его… Всего на секунду… А потом снова все как в тумане… И пришли вы.
Дин поднял голову. Он никогда не интересовался ритуалом исцеления, несмотря на то, что Кастиэль прожужжал ему про него все уши. А может, скорей, именно поэтому его этот ритуал так и пугал. И не зря, как оказалось в итоге… Но сейчас, наблюдая за выражением лиц Габриэля и Бобби, он жалел, что не мог понять, чем же его описание так их огорчило.
— Что именно пошло с Сэмом не так?
— Пошли, — невпопад сказал Габриэль, протягивая ему руку. — У него заканчивается время. Бобби?
Сингер мигом из расползающегося по креслу старикашки трансформировался в охотника, выхватил из-под стола какую-то мешковатую сумку и резво подбежал к Габриэлю.
— Бобби, а как же — не доверять никому, кроме себя и святой воды… Сэм! — Дин, мигов забыв про желание читать нотации, подбежал к брату. Бобби только крякнул, покачав головой, наблюдая, как Гейб с Дином дружно тормошат Сэма, пытаясь привести его в чувство, потом дружно взрываются руганью друг на друга, потом, выдыхаясь, садятся прямо на пол около стула Сэма и зависают, тоскливо пялясь в пространство. Бобби подошел к Сэму под удивленные глаза этих придурков, без хитростей, по-человечески прослушал у того пульс и сердце, проверил зрачки. Неторопливо покопавшись в рюкзаке и достав странного вида приборчик, приложил несколько присосок к голове Сэма и уставился на экран.
— Ты что делаешь? — первым вышел из ступора Габриэль.
— Смотрю, какая мозговая активность у нашего неудавшегося опыта. Впрочем, я уже вижу. Никакая.
— Но он же не умер?
— Мозг, считай, почти умер, Гейб. По сути, бороться больше не за что. Этот ритуал должен был исцелять, а не убивать, но почему-то у вас все пошло наперекосяк. Ты четко следовал инструкции?
— Четче некуда. И что… Что теперь делать-то? — растерянно спросил Габриэль.
Бобби вздохнул.
— Что всегда и делают в таких ситуациях, Габриэль. Ты должен прекратить его задерживать и дать ему спокойно умереть.
— Нет, стой, — вмешался Дин, вставая вслед за Габриэлем. — Я правильно понял, что вам просто не хватило доз? Сэм — не обычный демон, не такой как я, он сильный, он преемник Азазеля. Наверняка ему просто надо больше.
— Ну-ка, отсюда подробнее. Какой еще преемник? — не понял Габриэль.
— Ты не в курсе? Еще муж называется. Господи, Сэму нужно было послать тебя в задницу сразу же, как он трахнул тебя в первый раз. И тогда бы его не обманул тот, кому он доверял, — снова окрысился на него Дин.
— Почему ты мне не сказал? — спросил Дин. Габриэль уловил напряжение в его голосе. Гнев уложился в нем, пустив на свое место холодную решительность. Очевидно, сожительство с Бобби пошло ему на пользу.
Но, ох, зря же он это спросил.
— Потому что когда я в первый раз назвал при тебе его имя, ты испортил мою яичницу о мой же шкаф и распсиховался, как малолетняя девчонка, ты, мужик с памятью золотой рыбки!
Дин поморщился, признавая очевидную правоту наставника.
— Ну, то когда было…
— Отлично, я очень рад, что теперь ты демонстрируешь чудеса сдержанности, но может вместо этого наконец ответишь на вопрос Габриэля?
Бобби подождал пару секунд и, не услышав слов протеста, откинулся в своем кресле.
— Замечательно, мы внимательно слушаем.
Дин помялся, избегая напряженных взглядов собеседников. Наконец, сгорбившись и прижав основания ладони к глазам, пробормотал:
— Я старался не вспоминать обо всем этом. И я, правда, сомневаюсь, что смогу помочь этим Сэму.
— Сможешь, если расскажешь, как проходил ритуал, — твердо заверил его Бобби, махнув рукой в сторону открывшего рот Габриэля. Тот послушно проглотил свою реплику.
Дин начал.
— Я плохо помню себя после того, как понял, что задумал Кастиэль. Он заковал меня в железо, оно чертовски жгло. Я был в ярости. Выл и проклинал его. Помню вкус его крови, хотя, возможно, мне показалось. Еще я четко помню момент, когда он уколол мне первую дозу.
Дин замолчал. Его не торопили.
— Я, правда, не могу вспомнить, сколько времени проходило между уколами. Но я помню каждый из них. Эта чужая кровь вымораживала грудь и мозг, мир как будто выворачивался наизнанку. Я снова был в Аду, только Сэма рядом не было, чтобы спасти меня оттуда. Снова меня запихивали в клетку из этих… чувств. Снова я становился их заложником, их рабом. И так каждый чертов раз. А потом я стал человеком. Как в бездну провалился.
Габриэль не мог спокойно это слушать. Вина разъедала его.
— Сколько было уколов? — тихо спросил он, стараясь сохранить голос сочувственно-спокойным. Бобби тяжело зыркнул на него, но Дин ничего не заметил, погруженный в воспоминания.
— Восемь. Их было восемь. А потом я открыл глаза… Увидел его… Всего на секунду… А потом снова все как в тумане… И пришли вы.
Дин поднял голову. Он никогда не интересовался ритуалом исцеления, несмотря на то, что Кастиэль прожужжал ему про него все уши. А может, скорей, именно поэтому его этот ритуал так и пугал. И не зря, как оказалось в итоге… Но сейчас, наблюдая за выражением лиц Габриэля и Бобби, он жалел, что не мог понять, чем же его описание так их огорчило.
— Что именно пошло с Сэмом не так?
— Пошли, — невпопад сказал Габриэль, протягивая ему руку. — У него заканчивается время. Бобби?
Сингер мигом из расползающегося по креслу старикашки трансформировался в охотника, выхватил из-под стола какую-то мешковатую сумку и резво подбежал к Габриэлю.
— Бобби, а как же — не доверять никому, кроме себя и святой воды… Сэм! — Дин, мигов забыв про желание читать нотации, подбежал к брату. Бобби только крякнул, покачав головой, наблюдая, как Гейб с Дином дружно тормошат Сэма, пытаясь привести его в чувство, потом дружно взрываются руганью друг на друга, потом, выдыхаясь, садятся прямо на пол около стула Сэма и зависают, тоскливо пялясь в пространство. Бобби подошел к Сэму под удивленные глаза этих придурков, без хитростей, по-человечески прослушал у того пульс и сердце, проверил зрачки. Неторопливо покопавшись в рюкзаке и достав странного вида приборчик, приложил несколько присосок к голове Сэма и уставился на экран.
— Ты что делаешь? — первым вышел из ступора Габриэль.
— Смотрю, какая мозговая активность у нашего неудавшегося опыта. Впрочем, я уже вижу. Никакая.
— Но он же не умер?
— Мозг, считай, почти умер, Гейб. По сути, бороться больше не за что. Этот ритуал должен был исцелять, а не убивать, но почему-то у вас все пошло наперекосяк. Ты четко следовал инструкции?
— Четче некуда. И что… Что теперь делать-то? — растерянно спросил Габриэль.
Бобби вздохнул.
— Что всегда и делают в таких ситуациях, Габриэль. Ты должен прекратить его задерживать и дать ему спокойно умереть.
— Нет, стой, — вмешался Дин, вставая вслед за Габриэлем. — Я правильно понял, что вам просто не хватило доз? Сэм — не обычный демон, не такой как я, он сильный, он преемник Азазеля. Наверняка ему просто надо больше.
— Ну-ка, отсюда подробнее. Какой еще преемник? — не понял Габриэль.
— Ты не в курсе? Еще муж называется. Господи, Сэму нужно было послать тебя в задницу сразу же, как он трахнул тебя в первый раз. И тогда бы его не обманул тот, кому он доверял, — снова окрысился на него Дин.
Страница 28 из 64
