Граница между демоном и…

— Габриэль попробовал встрять, но вокруг все вдруг резко зашевелились, Дин начал обсуждать с Бобби подробности дела, Кастиэль пробурчал что-то про Ханну и нехватку времени, подхватил обоих охотников за шкирки и пропал вместе с ними. Гейб удивленно перевел взгляд с теперь кажущейся пустой комнаты на Сэма, все также сидевшего в кресле. Мельком пролетела тоскливая мысль о полностью закаченном на планшет аниме «Сейлор Мун» в количестве пяти сезонов и всех полнометражек.

— Попробуешь встать со мной? — слабо улыбнулся он. В ответном кивке было еще меньше уверенности.

Глава 10

Следующие дни они только и делали, что пробовали. Получалось плохо. Габриэль впервые не просто ощутил недостаток своего роста, но и расстроился из-за него. Пусть Габриэля и нельзя было напугать большим весом, но Сэму было просто-напросто неудобно опираться на него, и неважно, на руку или на плечо. А магию Гейб использовать не мог, потому что Сэм, как и Дин ранее, начал ее бояться. В итоге с Дином Сэм падал намного реже и чувствовал себя намного уверенней, чем с ним. Но Дин не мог уделять брату много времени — охота поглощала его всё больше, Дин не хотел и не мог прекращать её надолго. Кастиэль, тенью следовавший за Дином, говорил, что тот так расплачивается за свои грехи. Дин, хоть и высмеивал слова Кастиэля, другой причины не озвучивал.

А ведь Сэм все еще оставался человеком, и ему надо было мыться, ходить в туалет, бриться, есть, пить… Габриэль изнывал от того, сколько времени он тратит на какую-то ерунду. Нет, он понимал, что Сэму это важно, но эти его упорные попытки пробовать ходить снова и снова граничили с одержимостью. Он с каждым днем становился мрачнее и мрачнее, кажется, накручивая себя, больших успехов не достигал, но обсуждать это ни с кем не хотел. Впрочем, и способ донести до окружающих свои проблемы у него был только один — язык жестов. Прочесть его мысли нельзя было из-за защитных знаков, которые Гейб не собирался убирать, а писать Сэм разучился так же незаметно, как и говорить.

Гейб понимал — Сэм просто хочет свою прежнюю жизнь, независимость, свободу, поэтому так настойчив. Но чем больше он пытался, тем хуже у него получалось. Габриэль уставал от постоянной нервозности Сэма. Когда тот поздним вечером наконец засыпал, Габриэль чувствовал предательскую радость, выскальзывая из общей постели и урывая себе несколько свободных от напряженной обстановки часов.

Гейб не видел, как нервно сжимаются кулаки на подушке после того, когда Сэм просыпается ночью один. Не знал он и то, как тяжело Сэму потом снова заснуть.

А Дин, кажется, замечал больше, чем казалось. Один раз, навестив Сэма, он позвал Габриэля выйти и поговорить, а на лестнице с силой припечатал его к стене. Гейб удивился, но не препятствовал ему.

— Даже не вздумай, — выдохнул Дин.

— Ты о чем вообще? — Габриэлю даже стало весело. Пыхтящий Дин всегда выглядел забавно.

— Я вижу, как ты смотришь на него. Не вздумай бросить его, Габриэль.

— Ты святой воды перепил, что ли? Я вроде и не собирался.

— Ну да, тебе просто… скучно и надоело. Ну давай, скажи это. Тебе надоел мой брат. Ты устал от его недееспособности…

Слова Дина… задевали. Гейб перебил его:

— Я тысячи лет ждал, как личинка эволюционирует в человека, уж подождать, пока мой муж начнет ходить, я в состоянии!

— Дальше будет еще хуже. Ты не чувствуешь? Ритуал еще даст о себе знать. Поэтому забудь, блядь, о развлечениях хотя бы на время, в конце концов! — резко повысил вдруг голос Дин. — Раскрой глаза. Того демона, с которым ты веселился, больше нет. Остался только Сэм. Ты не хотел ребенка, но ты его получил. И этому ребенку сейчас нужен друг, а не заскучавший любовник. А если ты не в состоянии ему это дать, скажи прямо, и я заберу его к Бобби. В нем я уверен больше, чем в тебе.

— Мне нелегко, но это не значит, что я его брошу, — нахмурился Габриэль. — Не надо думать обо мне хуже, чем есть.

— Тогда делай рожу попроще. Сэм, вообще-то, не слепой.

— Отпусти, — попросил Гейб. Дин отступил назад. Гейб думал, что ответить на его слова, но кошки на сердце подсказывали, что он соврет. — Привет Бобби, — с этими словами он отправил возмущенного охотника домой.

Ну а что ему надо было ответить? «Да, мне никогда не хотелось нянчиться с Сэмом, как с ребенком»? «Я просто надеялся, что само рассосется, но оно все не рассасывается»? Дин был отвратительно прав.

— Как же он бесит. Слишком похож на меня, — сделал глубокомысленный вывод Гейб.

Когда он зашел в квартиру, его встретил Сэм, опирающийся на стену дрожащей — почему она дрожит? — рукой, с тоскливыми глазами, в глубине которых — чертов Дин, — и вправду притаился страх. Страх, что он уйдет? Страх, что ничего не выйдет? Ну почему все шло наперекосяк?

— Сэмми, — Габриэль подошел и обнял его, как можно более мягко, стараясь показать свои чувства, — я здесь, с тобой.