Граница между демоном и…

Смотри, в чем суть, — Гейб оперся на его бок для удобства. Он уже понял, что Сэм готов согласиться. Но все еще мог пойти на попятную, и нужно было убедить его окончательно. — Существует довольно простой сценарий. Я дом, ты саб. Я говорю — ты слушаешься. Я жесткий господин, ты жалкий раб. Все типично. Единственное но. Я даю тебе список, — он достал откуда-то листок и помахал им перед носом озадаченного Сэма. — Ты выполняешь. В любом порядке. За выполнение получаешь очки. Ограничений на время нет. Наберешь нужное количество — все закончится и, если тебе не станет лучше, я выполню свое обещание.

— Если я и так должен буду выполнять твои хотелки, почему существует отдельный список требований? — не понял Сэм.

— Это то, что ты должен сделать сам. Я не буду тебя заставлять.

Сэм сделал движение, чтобы схватить листик, но Гейб быстро одернул его в сторону, покачав головой с улыбкой.

— Нет-нет-нет, Сэмми, так не интересно. Сначала твое согласие на эти условия.

Сэм хмурился, уже чувствуя подвох.

— А если я не буду выполнять твои желания как саб? Что мне за это будет?

— Сэм, я тебя жалеть не буду. Я не просто так это затеял, так что поверь, я просто заставлю тебя сделать то, что мне нужно, и не посмотрю, в каком ты состоянии.

— А если я скажу стоп?

— Тогда ты проиграл. Я попрошу Кастиэля сделать все за меня. Я так понял, тебе лишь важно, чтобы это был кто-то свыше, представитель небес, так сказать. Так что это подействует, я думаю. Но я этим заниматься не буду. В конце концов, какая разница, кто тебя будет избивать, верно?

Вообще-то, большая разница. Сэм никогда бы в жизни не обратился с таким к проклятому ангелу, но своя логика в этих словах была. Габриэль твердо смотрел на Сэма, чтобы тот осознал серьезность его слов. Но тому стало плевать, в общем. Требования, список, бла-бла-бла. Ему все равно не оставили выбора.

— Хорошо. Я согласен.

Глава 13

— Что… — у Сэма не хватало его словарного запаса, чтобы внятно высказать свое мнение насчет того, что он прочел в списке.

— Тебя что-то не устраивает? — Габриэль, прочно засевший в мобильнике, даже не отвлекся на него.

Сэм в ответ многозначительно хмыкнул и, нарочито театрально встряхнув листок, громко прочел:

— Пункт первый. Завтрак, обед и ужин в один день — один балл. Если вырвет — минус балл. Пункт второй. Сходить в душ без моей помощи — два балла. Будут травмы — минус два балла.

Он снова поднял взгляд на Габриэля.

— Ну и что это, блядь, такое?!

— Прекрати ругаться и кричать на меня. Ты же и так всё внимательно прочел. И кстати, за ругань на меня ты уже в минусе.

— Я не… — у Сэма начиналась головная боль. — Ты правда видишь в этом смысл?

Габриэль поднял взгляд.

— О да. Когда я зашел в комнату, ты был уже на грани. Но последние полчаса ты пыхтишь над этой бумажкой, кидаешь в меня потоки злобки и абсолютно не собираешься помирать. А значит, я кое-что понял правильно.

Он вытянул руку и ткнул указательным пальцем Сэму в грудь.

— Зря я с тобой столько цацкался. Тебе вместо этого нужна твердая рука, которая сделает из тебя человека. Так что извини, больше заниматься твоим эмоциональным обслуживанием я не буду.

Сэм постарался это переварить трезво, но в итоге его просто захлестнула обида. Он надоел Габриэлю, и тот решил почесать свои кинки за счет его слабости, прикрываясь благой целью, подлый, гадкий мудак. Решил поиздеваться над ним, поиграть в доминантного папочку.

— Ну и пошел ты нахуй, — он встал и вышел из комнаты. Вслед ему донеслось:

— Я всё записываю!

Сэм думал, что Габриэль его остановит, но после таких слов ожидать было нечего. Что ж, ну и пожалуйста. Правда, Сэм на волне эмоций снова переоценил свои силы. Он дошел ровно до середины коридора и осел на пол.

— Черт, — когда такое происходило, Гейб просто помогал ему. Ненавязчиво или, наоборот, шутя и улыбаясь, но он всегда старался смягчить этот позорный факт зависимости от себя. Сэм так привык к этому, что и вправду прекратил считать свою слабость чем-то фатальным.

Но сейчас перед ним встала дилемма — звать Габриэля или остаться тут сидеть. Впрочем, вскоре она отошла на второй план из-за того, что ему стало плохо. Настолько плохо, что Сэм просто забыл про свое умение разговаривать. Он даже не смог понять, что вызвало последующий обморок — просто голова закружилась, перед глазами поплыло, и его накрыла тьма. Не спасительная и теплая, увы, а темнота, наполненная огнями Ада.

Приходил в себя он медленно. Ковер, стена, ноги. Вечно голые ноги, как в книге про хоббита, про которую Гейб когда-то рассказывал. Габриэль. Как только Сэм смог поднять голову, то услышал:

— За обморок отнимаю три балла. За лежание на полу два. Ты уже у меня в долговой яме, дружок.