Корни Гедониста

У костров грелись эльфы из свиты Келеборна, уставшие с дороги, — гостеприимные охотники угощали их пряным вином, прогревающим до самых костей. Соблазнительно пахло мясом, жареным с душистыми травами и приправленным острыми специями. У Трандуила засосало под ложечкой. Сегодня вместо ужина юный принц предавался любовным утехам с отцом — и только сейчас почувствовал, насколько проголодался. Он подозревал, что отец и его гости, радуясь встрече, уже успели позабыть о его дерзких словах — и, должно быть, вскоре никто и не вспомнит о его постыдном падении в снег. Но сам Трандуил никак не мог забыть о своей пустяковой оплошности.

Завидев хозяина, конь принца вскинул голову и сделал к нему несколько шагов. Трандуил обнял его за шею. Жеребец короля, узнав Трандуила, тоже поднял голову и благожелательно фыркнул, тряхнув густой длинной гривой. Прижавшись щекой к щеке своего коня, Трандуил прикрыл глаза. Здесь было тепло, терпко пахло лошадьми, сеном, овсом — принца успокаивал этот запах. Иноходец толкался мягкими влажными губами хозяину в ладонь, выпрашивая угощение. Трандуила клонило в сон: он почти не спал этой ночью — и не давал уснуть отцу. Задремывая, он думал о том, будут ли они с королем Орофером так же близки, когда вернутся во дворец — или страсть, вспыхнувшая между ними, лишь наваждение охоты…

На небосклоне зажглись звезды, когда один из пажей отыскал принца и передал ему приказ Орофера: немедленно явиться в королевский шатер. Трандуил потер глаза. Похоже, он ухитрился уснуть стоя, привалившись к горячему боку своего коня. Иноходец тоже дремал, опустив голову. Взволнованный, Трандуил поспешил к отцовскому шатру, гадая, что его ждет — прощение или суровая отповедь. Прежде, когда принц был еще ребенком, Орофера забавляло его непослушание, его милые детские шалости, — но теперь принц стал юношей, он стал возлюбленным короля, и Орофер едва ли простит ему сегодняшний проступок… Возможно, отец позволит ему заслужить прощение в постели? Трандуил украдкой улыбнулся своим мыслям.

Едва дыша от волнения, Трандуил заглянул в шатер. К его разочарованию, отец был не один: рядом с ним у низкого столика, уставленного кубками, возлежал Глорфиндель. Разгоряченный вином, он скинул верхнюю одежду и лежал в одних штанах из оленьей кожи, обнаженный по пояс. Юный принц невольно засмотрелся на его широкоплечий могучий торс. Трапезничая, Глорфиндель распустил на штанах шнуровку, и Трандуил, сам того не желая, увидел золотистые курчавые волоски внизу его мускулистого живота.

Заметив его взгляд, Глорфиндель от души расхохотался.

— Каков малец, а? Весь в тебя, Орофер! — воскликнул он, хлопнув короля по колену. — Может, ну его, это наказание? Пускай остаётся с нами. Келеборн, наверное, уморился с дороги, раз так быстро ушел. Вот пусть твой парнишка за него и отдувается. Втроем всё ж-таки веселее! — Глорфиндель белозубо усмехнулся Трандуилу — и тот почувствовал, что вопреки собственной воле не может не улыбнуться в ответ.

— Нет, — веско возразил король. — Мой сын повел себя неподобающе. Он оскорбил гостя и должен загладить свою вину. Трандуил, — обратился он к принцу. — Ступай к лорду Келеборну и сделай всё, чтобы заслужить его прощение. Всё — ты понимаешь, сын?

Сердце Трандуила забилось чаще.

— Да, отец, — сказал он, стараясь говорить как можно равнодушнее — но жаркий румянец выдавал его с головой.

Чувствуя, как горят щеки, Трандуил поспешил выйти. Он прикрыл за собой вход в шатер — и нечаянно услышал, как отец сказал Глорфинделю:

— Вот увидишь, мой друг, Келеборн не устоит перед моим сыном. Этот дерзкий юноша способен заполучить всё, чего пожелает — и всех, кого пожелает. Я сам не так давно убедился в этом… причем не единожды. И, скажу я тебе, готов убеждаться еще и еще!

Орофер и Глорфиндель рассмеялись — а Трандуил не смог сдержать самодовольную улыбку. Не спеша он направился к шатру Келеборна, по-прежнему улыбаясь: юный принц предвкушал чудесную ночь.

6. Первая любовь

Когда Трандуил заглянул в шатер лорда Келеборна, тот отдыхал на изящной оттоманке, покрытой меховыми и бархатными покрывалами. Его распущенные волосы серебристой волной ниспадали на ворсистый ковер, а тонкие белые и светло-серые одежды, на которые Келеборн сменил свой дорожный костюм, не столько скрывали, сколько делали еще более соблазнительными очертания его стройного тела. Из-за полога, приоткрытого Трандуилом, дохнуло ночным холодом, и пушистые светлые ресницы Келеборна затрепетали. Он открыл глаза и приподнялся на локте, вглядываясь в лицо нежданного гостя.

— Принц Трандуил, — узнал Келеборн. — Полагаю, вы пришли ко мне по воле короля Орофера? Не стоило, мой принц. Я ничуть не сержусь на вас, — слабая улыбка тронула полные, красиво очерченные губы лорда. Трандуил живо представил себе, как уже через несколько мгновений будет целовать эти губы, вырывая у Келеборна нежные и умоляющие стоны…