Фандом: Средиземье Толкина. Король Орофер возвращается во дворец из долгого похода и, сам того не ведая, пробуждает в юном Трандуиле доселе неизведанные чувства.
Добавить в моё избранное
161 мин, 7 сек 12594
Сбросив с себя плащ и кафтан, Трандуил осторожно прилег, стараясь не растревожить свою боль, и стал наблюдать за пажом сквозь полуопущенные ресницы. Еще совсем недавно они вместе с другими знатными отроками носились по лесу, стреляли пауков из маленьких самодельных луков, устраивали дерзкие проказы, выводившие из себя обычно таких благодушных хоббитов-слуг, учились фехтованию у лорда Аронмира и по вечерам в большой общей спальне забавлялись друг с другом, прислушиваясь, не идет ли их строгий воспитатель… Какими далекими казались теперь Трандуилу те дни! С тех пор, как отец оказал ему высочайшую честь — сделал его своим возлюбленным — юный принц начал взирать на своих бывших товарищей свысока. Ему было разрешено носить длинный плащ вместо короткого пажеского; Трандуил больше не был первым среди юношей — он был возлюбленным короля, удостоенным делить с ним ложе и трапезу; и не было равных ему среди приближенных Орофера. Удивительным и странным казалось теперь Трандуилу, что когда-то, поссорившись во время игры, он дрался с Эрнилем и другими мальчишками, прятался с ними от лорда-воспитателя и кувыркался с Эрнилем в одной постели… Приподнявшись на ложе, Трандуил окликнул пажа.
— Отец велел тебе остаться, чтобы прислуживать мне? Подойди, — проговорил он, копируя властные интонации короля Орофера. Когда Эрниль приблизился, Трандуил велел ему опуститься на колени и поставил ногу ему на плечо. — Помоги мне снять сапоги, — надменно заявил он — и рассмеялся, но только в мыслях: прежде за подобное он получил бы от бойкого Эрниля в нос. «Хоть ты и принц, — сказал бы тогда Эрниль, — а всё равно нечего зазнаваться!» Но сейчас юный паж послушно взялся за мокрый от снега сапог Трандуила и стянул его с ноги.
Эрниль, похоже, и сам робел перед своим прежним товарищем. Он не разговаривал с Трандуилом с тех пор, как они выехали на Большую королевскую охоту, — и теперь тот казался Эрнилю совсем чужим, каким-то прекрасным и высокомерным незнакомцем, а не Зазнайкой Трандуилом, вместе с которым они натворили немало шалостей. Эрниль чувствовал на себе его взгляд и трепетал, испытывая почти такое же смущение, как перед самим королем.
Трандуил поднял голову пажа, взяв его за подбородок. Сын королевского псаря, темноволосый и темноглазый, как и сам лорд Туралдар, с широкими бровями и резкими чертами лица, самый крупный из всех мальчишек, Эрниль никогда не казался Трандуилу особенно красивым. Но прежде он был заводилой, постоянно спорившим с принцем за лидерство, и его нынешняя неуверенность и покорность доставляли Трандуилу невыразимое удовольствие. Он с легкостью удержал пажа, когда тот хотел было подняться с колен, и принялся медленно, наслаждаясь смятением, отразившимся в лице Эрниля, расстегивать свой пояс.
Эрниль сглотнул, глядя остановившимся взглядом на пальцы наследника, унизанные перстнями королевского дома. Он не знал, как теперь держать себя с Трандуилом — и что тот намеревается с ним сделать. На ум Эрнилю мгновенно пришли все обиды, что он нанес принцу в детстве: все тычки, все подножки, все драки и даже нечестно выигранный в кости охотничий нож… Что, если из-за тех давних ссор Эрниль впадет в немилость? Его отец, хитрый и дальновидный лорд Туралдар, неоднократно убеждал сына добиваться дружбы королевского наследника, но своенравный Эрниль, гордый тем, что был самым большим и сильным из мальчишек, никогда не прислушивался к отцовским советам. Как горько пожалел он об этом сейчас!
Расшнуровав штаны, Трандуил бесцеремонно схватил пажа за волосы и подтянул к своему паху. Эрниль потерял равновесие. Ему пришлось ухватиться за колени Трандуила, чтобы не упасть, — но почти сразу же, испугавшись гнева принца, он отдернул руки. Перед его лицом оказался член Трандуила, еще не совсем поднявшийся, — вновь дернув Эрниля за волосы, Трандуил заставил его взять член в рот, и Эрниль покорно задвигался на нем, страшась не угодить любимцу короля.
Трандуил откинул голову и закрыл глаза, положив руку пажу на затылок. В прежние дни они нередко баловались с другими мальчишками, устраивая веселую возню в постели одного из них, — но никогда еще Эрниль, забияка Эрниль, гроза кладовых и кухонь, не отсасывал Трандуилу с таким старанием. Он шумно втягивал воздух через нос, насаживаясь на член принца так, что головка упиралась ему в горло, и, судя по покрасневшему от напряжения лицу, даже и не думал как раньше возмущаться, что Трандуил «вконец обнаглел и сует слишком глубоко, и вообще сейчас моя очередь». Это была окончательная победа. Возможно, юный принц уже не помнил все свои детские обиды — но охотничий нож был просто замечательный, и Эрнилю придется потрудиться как следует, чтобы Трандуил простил ему тот нечестный выигрыш.
Усмехнувшись, Трандуил оттолкнул пажа — тот испуганно посмотрел на принца снизу вверх, решив, что возлюбленному короля не угодили его безыскусные ласки. Трандуил откинулся на подушки, мастерски изобразив на своем красивом лице скуку.
— Отец велел тебе остаться, чтобы прислуживать мне? Подойди, — проговорил он, копируя властные интонации короля Орофера. Когда Эрниль приблизился, Трандуил велел ему опуститься на колени и поставил ногу ему на плечо. — Помоги мне снять сапоги, — надменно заявил он — и рассмеялся, но только в мыслях: прежде за подобное он получил бы от бойкого Эрниля в нос. «Хоть ты и принц, — сказал бы тогда Эрниль, — а всё равно нечего зазнаваться!» Но сейчас юный паж послушно взялся за мокрый от снега сапог Трандуила и стянул его с ноги.
Эрниль, похоже, и сам робел перед своим прежним товарищем. Он не разговаривал с Трандуилом с тех пор, как они выехали на Большую королевскую охоту, — и теперь тот казался Эрнилю совсем чужим, каким-то прекрасным и высокомерным незнакомцем, а не Зазнайкой Трандуилом, вместе с которым они натворили немало шалостей. Эрниль чувствовал на себе его взгляд и трепетал, испытывая почти такое же смущение, как перед самим королем.
Трандуил поднял голову пажа, взяв его за подбородок. Сын королевского псаря, темноволосый и темноглазый, как и сам лорд Туралдар, с широкими бровями и резкими чертами лица, самый крупный из всех мальчишек, Эрниль никогда не казался Трандуилу особенно красивым. Но прежде он был заводилой, постоянно спорившим с принцем за лидерство, и его нынешняя неуверенность и покорность доставляли Трандуилу невыразимое удовольствие. Он с легкостью удержал пажа, когда тот хотел было подняться с колен, и принялся медленно, наслаждаясь смятением, отразившимся в лице Эрниля, расстегивать свой пояс.
Эрниль сглотнул, глядя остановившимся взглядом на пальцы наследника, унизанные перстнями королевского дома. Он не знал, как теперь держать себя с Трандуилом — и что тот намеревается с ним сделать. На ум Эрнилю мгновенно пришли все обиды, что он нанес принцу в детстве: все тычки, все подножки, все драки и даже нечестно выигранный в кости охотничий нож… Что, если из-за тех давних ссор Эрниль впадет в немилость? Его отец, хитрый и дальновидный лорд Туралдар, неоднократно убеждал сына добиваться дружбы королевского наследника, но своенравный Эрниль, гордый тем, что был самым большим и сильным из мальчишек, никогда не прислушивался к отцовским советам. Как горько пожалел он об этом сейчас!
Расшнуровав штаны, Трандуил бесцеремонно схватил пажа за волосы и подтянул к своему паху. Эрниль потерял равновесие. Ему пришлось ухватиться за колени Трандуила, чтобы не упасть, — но почти сразу же, испугавшись гнева принца, он отдернул руки. Перед его лицом оказался член Трандуила, еще не совсем поднявшийся, — вновь дернув Эрниля за волосы, Трандуил заставил его взять член в рот, и Эрниль покорно задвигался на нем, страшась не угодить любимцу короля.
Трандуил откинул голову и закрыл глаза, положив руку пажу на затылок. В прежние дни они нередко баловались с другими мальчишками, устраивая веселую возню в постели одного из них, — но никогда еще Эрниль, забияка Эрниль, гроза кладовых и кухонь, не отсасывал Трандуилу с таким старанием. Он шумно втягивал воздух через нос, насаживаясь на член принца так, что головка упиралась ему в горло, и, судя по покрасневшему от напряжения лицу, даже и не думал как раньше возмущаться, что Трандуил «вконец обнаглел и сует слишком глубоко, и вообще сейчас моя очередь». Это была окончательная победа. Возможно, юный принц уже не помнил все свои детские обиды — но охотничий нож был просто замечательный, и Эрнилю придется потрудиться как следует, чтобы Трандуил простил ему тот нечестный выигрыш.
Усмехнувшись, Трандуил оттолкнул пажа — тот испуганно посмотрел на принца снизу вверх, решив, что возлюбленному короля не угодили его безыскусные ласки. Трандуил откинулся на подушки, мастерски изобразив на своем красивом лице скуку.
Страница 15 из 45
