Фандом: Средиземье Толкина. Король Орофер возвращается во дворец из долгого похода и, сам того не ведая, пробуждает в юном Трандуиле доселе неизведанные чувства.
Добавить в моё избранное
161 мин, 7 сек 12605
— Молодец, парень. Сдается мне, из тебя выйдет толк.
Трандуил, всё это время сосредоточенно следивший за движениями противника, чуть улыбнулся, польщенный похвалой знаменитого воина. Невольно ему вспомнилось, как прошлой ночью лорд Глорфиндель вот так же нахваливал и подбадривал его в постели. Трандуил представил, как уже скоро он позволит Глорфинделю одержать верх — и они опустятся на пол, целуя и лаская друг друга, торопливо освобождаясь от одежд, и предадутся наслаждению прямо здесь, среди этих древних мечей и щитов, совершенно одни под торжественно-высокими сводами; а эхо их стонов будет разноситься по всему Оружейному Залу… Захваченный этой волнующей картиной, Трандуил пропустил неожиданный выпад Глорфинделя и едва успел заслониться щитом. Меч Глорфинделя с громким звоном врезался в щит.
— Не зевай, парень! — улыбнулся Глорфиндель.
Трандуил ответил молниеносным ударом. Принц мысленно клял себя за невнимательность: пусть он и задумал в конце концов уступить Глорфинделю, но всё же вовсе не желал показать себя слабым и неумелым фехтовальщиком. Трандуилу боялся потерять уважение легендарного воителя. Прежде, фехтуя с другими отроками, он без труда одолевал их всех; только Эрниль, вечный его соперник, изредка оспаривал первенство Трандуила — да и то не умением, а силой и запрещенными приемами. Но сейчас каждый, даже самый продуманный и ловкий удар принца заканчивался неудачей — Глорфиндель отражал их легко, словно отгонял назойливую муху.
— Ты, Ороферион, не робей. Бей в полную силу — ничего со мной не станется, — говорил Глорфиндель, не догадываясь, что Трандуил уже давно бьется изо всех сил. — Постой, обожди немного — кафтан сниму, — Глорфиндель скинул с себя кафтан и рубашку заодно, оставшись обнаженным по пояс. — Запыхался я что-то. Хоббиты ваши расстарались, что ли? — натопили во дворце так, что не продохнуть. Или ваше вино всё меня горячит — не пойму… Эх, зря я вчера так на выпивку налегал — сегодня еле на ногах держусь, двигаюсь, как пристукнутый орк — смех один! — Глорфиндель и правда рассмеялся — а принц, едва-едва сумев заслониться щитом от его клинка, с ужасом подумал, что было бы, если б могучий гондолинец не выпил вчера лишнего. Наверное, Трандуил рухнул бы после первого же выпада!
Прячась за щитом, юный принц уже и не думал о нападении: все его силы уходили на то, чтобы защищаться. Глорфиндель бил легко, словно играючи, красивыми, быстрыми, но не суетливыми, движениями — и всё ворчал на крепкое эсгаротское вино: «Рука, вишь, теперь не та!» А Трандуил только и успевал, что отражать его выпады. По спине принца ползли струйки пота. Пот щипал глаза; Трандуил задыхался, сердце бешено колотилось. Теснимый Глорфинделем, он медленно отступал — между ним и притворенными дверьми оставалось всего несколько шагов.
Вокруг гудело пламя светильников, то опадая, то поднимаясь буйно и высоко. Этот неровный свет трепетал на статной фигуре Глорфинделя, делая его похожим на золотое изваяние, — и добряк-гондолинец вдруг увиделся Трандуилу частью оружейной, ожившим изображением воина со старинного доспеха, величественным и грозным. Принц уже позабыл о своем хитроумном плане — вернее, у него не оставалось времени думать о соблазнении Глорфинделя, потому что каждый миг Трандуил отбивал его сокрушительные удары.
В какой-то момент, сделав шаг назад, принц обнаружил, что дальше отступать некуда: позади были двери оружейной. Он крепче сжал рукоять меча и приготовился выдержать натиск непобедимого противника — но тут раздался звон металла. Трандуил в недоумении посмотрел на Глорфинделя. Тот отбросил меч и теперь стоял бурно дыша, глядя в лицо юному принцу каким-то другим, тяжелым и потемневшим взглядом. Подсвеченные пламенем светильников, его волосы сияли червонным золотом.
И вдруг Глорфиндель бросился на Трандуила, не обращая никакого внимания на его меч. Легко отведя его руку, Глорфиндель поцеловал принца жарко и настойчиво, вжимая его в двери. От неожиданности Трандуил выронил тяжелый щит — по всей оружейной пошел металлический лязг и грохот. Всё произошло настолько внезапно, что Трандуил не сразу осознал — они уже не сражаются. Он никак не мог отдышаться после поединка — страстные поцелуи Глорфинделя не давали ему перевести дыхание. В один миг на Трандуила навалилась невыносимая усталость — он обмяк в объятиях Глорфинделя, меч выскользнул из его ослабевшей руки. Тело Глорфинделя, прижатое к его телу, было таким горячим, сильным и возбужденным, и от него так хорошо пахло свежим потом… Повиснув на Глорфинделе, Трандуил утянул его вниз.
Он не заметил, как избавился от одежды. Кажется, Глорфиндель стащил с него штаны вместе с сапогами, а Трандуил уже сам скинул с себя остальное. Он был слишком измотан поединком, чтобы отвечать на ласки Глорфинделя, но тот, похоже, не замечал этого — словно одержимый он гладил и покрывал обжигающими поцелуями тело Трандуила, в то же время торопливо массируя его анус.
Трандуил, всё это время сосредоточенно следивший за движениями противника, чуть улыбнулся, польщенный похвалой знаменитого воина. Невольно ему вспомнилось, как прошлой ночью лорд Глорфиндель вот так же нахваливал и подбадривал его в постели. Трандуил представил, как уже скоро он позволит Глорфинделю одержать верх — и они опустятся на пол, целуя и лаская друг друга, торопливо освобождаясь от одежд, и предадутся наслаждению прямо здесь, среди этих древних мечей и щитов, совершенно одни под торжественно-высокими сводами; а эхо их стонов будет разноситься по всему Оружейному Залу… Захваченный этой волнующей картиной, Трандуил пропустил неожиданный выпад Глорфинделя и едва успел заслониться щитом. Меч Глорфинделя с громким звоном врезался в щит.
— Не зевай, парень! — улыбнулся Глорфиндель.
Трандуил ответил молниеносным ударом. Принц мысленно клял себя за невнимательность: пусть он и задумал в конце концов уступить Глорфинделю, но всё же вовсе не желал показать себя слабым и неумелым фехтовальщиком. Трандуилу боялся потерять уважение легендарного воителя. Прежде, фехтуя с другими отроками, он без труда одолевал их всех; только Эрниль, вечный его соперник, изредка оспаривал первенство Трандуила — да и то не умением, а силой и запрещенными приемами. Но сейчас каждый, даже самый продуманный и ловкий удар принца заканчивался неудачей — Глорфиндель отражал их легко, словно отгонял назойливую муху.
— Ты, Ороферион, не робей. Бей в полную силу — ничего со мной не станется, — говорил Глорфиндель, не догадываясь, что Трандуил уже давно бьется изо всех сил. — Постой, обожди немного — кафтан сниму, — Глорфиндель скинул с себя кафтан и рубашку заодно, оставшись обнаженным по пояс. — Запыхался я что-то. Хоббиты ваши расстарались, что ли? — натопили во дворце так, что не продохнуть. Или ваше вино всё меня горячит — не пойму… Эх, зря я вчера так на выпивку налегал — сегодня еле на ногах держусь, двигаюсь, как пристукнутый орк — смех один! — Глорфиндель и правда рассмеялся — а принц, едва-едва сумев заслониться щитом от его клинка, с ужасом подумал, что было бы, если б могучий гондолинец не выпил вчера лишнего. Наверное, Трандуил рухнул бы после первого же выпада!
Прячась за щитом, юный принц уже и не думал о нападении: все его силы уходили на то, чтобы защищаться. Глорфиндель бил легко, словно играючи, красивыми, быстрыми, но не суетливыми, движениями — и всё ворчал на крепкое эсгаротское вино: «Рука, вишь, теперь не та!» А Трандуил только и успевал, что отражать его выпады. По спине принца ползли струйки пота. Пот щипал глаза; Трандуил задыхался, сердце бешено колотилось. Теснимый Глорфинделем, он медленно отступал — между ним и притворенными дверьми оставалось всего несколько шагов.
Вокруг гудело пламя светильников, то опадая, то поднимаясь буйно и высоко. Этот неровный свет трепетал на статной фигуре Глорфинделя, делая его похожим на золотое изваяние, — и добряк-гондолинец вдруг увиделся Трандуилу частью оружейной, ожившим изображением воина со старинного доспеха, величественным и грозным. Принц уже позабыл о своем хитроумном плане — вернее, у него не оставалось времени думать о соблазнении Глорфинделя, потому что каждый миг Трандуил отбивал его сокрушительные удары.
В какой-то момент, сделав шаг назад, принц обнаружил, что дальше отступать некуда: позади были двери оружейной. Он крепче сжал рукоять меча и приготовился выдержать натиск непобедимого противника — но тут раздался звон металла. Трандуил в недоумении посмотрел на Глорфинделя. Тот отбросил меч и теперь стоял бурно дыша, глядя в лицо юному принцу каким-то другим, тяжелым и потемневшим взглядом. Подсвеченные пламенем светильников, его волосы сияли червонным золотом.
И вдруг Глорфиндель бросился на Трандуила, не обращая никакого внимания на его меч. Легко отведя его руку, Глорфиндель поцеловал принца жарко и настойчиво, вжимая его в двери. От неожиданности Трандуил выронил тяжелый щит — по всей оружейной пошел металлический лязг и грохот. Всё произошло настолько внезапно, что Трандуил не сразу осознал — они уже не сражаются. Он никак не мог отдышаться после поединка — страстные поцелуи Глорфинделя не давали ему перевести дыхание. В один миг на Трандуила навалилась невыносимая усталость — он обмяк в объятиях Глорфинделя, меч выскользнул из его ослабевшей руки. Тело Глорфинделя, прижатое к его телу, было таким горячим, сильным и возбужденным, и от него так хорошо пахло свежим потом… Повиснув на Глорфинделе, Трандуил утянул его вниз.
Он не заметил, как избавился от одежды. Кажется, Глорфиндель стащил с него штаны вместе с сапогами, а Трандуил уже сам скинул с себя остальное. Он был слишком измотан поединком, чтобы отвечать на ласки Глорфинделя, но тот, похоже, не замечал этого — словно одержимый он гладил и покрывал обжигающими поцелуями тело Трандуила, в то же время торопливо массируя его анус.
Страница 25 из 45
