Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. История приключений верного регенту коммандера СБ Саймона Иллиана в мятежной столице во время фордариановского переворота.
Добавить в моё избранное
231 мин, 34 сек 2575
Говори, говори… чем больше ты скажешь, тем больше мне выдашь.
— … Вы же понимаете, коммандер, что власть в Империи уже сменилась.
Не сходится. Чересчур тот спокоен. Если мятежники уже одержали убедительную победу — у мужика должна быть чистая эйфория, адреналиновый всплеск. Если все только решается — наоборот, была бы естественная для человека нервозность. Похоже, этот тип изо всех сил старается убедить Иллиана, насколько у фордариановцев все прекрасно, подконтрольно и организованно. А, значит, реальное положение дел от подобной идиллии далеко.
— Службистам вроде нас приходится держаться как можно дальше от политики. Но когда политика приходит к нам на дом, грозя беспорядками…
Иллиан едва слышно фыркнул, не разжимая губ. Точно. На дом, с парализатором в руках.
— Давайте откровенно. Форкосиган показал себя скверным правителем для Империи. Барраяр — не полигон для опасных реформ, для чуждых идей, которых наш регент поднабрался у своей инопланетной жены. Но титул вскружил ему голову, и он не видит, к какой катастрофе нас толкает…
Каков пафос! Но вряд ли капитан искренне видит себя героическим спасителем Отечества, вроде тех, кто вместе с Эзаром четыре десятка лет назад взбунтовались против императора. Он еще тот циник. Скорее, пафоса требует сценарий, лекция, которую тот читает, как по бумажке. Бумажку же он явно получил из рук своих пропагандистов и зазубрил наизусть, сам-то Уайтлинг — оперативник. Хорош в арестной команде, но не на митинге.
— Что дальше? Форкосиган станет закручивать гайки все сильней — нашими, СБ, руками. Рубить по-живому, если ему станут сопротивляться. Стараться быть большим роялистом, чем король — знаете такую пословицу? Доказывать всем, какой он великий правитель. Но до императора Эзара солдафону и Комаррскому Мяснику далеко, и мы получим большую войну как есть. И раскол Империи, разумеется. Та же Комарра только и ждет случая, чтобы поднять восстание.
— Насколько я помню, — усмехнулся Иллиан, — именно адмирал Форкосиган взял и удержал Комарру для Империи.
— Военный стратег из него неплохой, — снисходительно согласился капитан, — но как он правит страной — увольте. Его никто не поддержит. Посмотрите на графа Форхаласа — вот вам пример, насколько «дипломатично» Форкосиган обходится со своими сторонниками. Про тех, кого он сочтет врагами, можете догадаться сами. В Совете графов он потерял последних союзников, и дальше, чтобы удержаться у власти, ему остается только забрать правление в кулак. Единолично. Было с самого начало ясно, что поставить родню Форбарр охранять власть младенца-Грегора — все равно что дать коту сторожить погреб со сметаной. А сегодня он подтвердил это делом, когда пытался похитить императора и арестовать оппозицию…
«Пытался»? Слишком много неизвестных переменных. То, что «арест оппозиции», сиречь спланированное Негри взятие Фордариана тепленьким, не произошло, понятно. А вот жив ли Эйрел? А Грегор? И где он?
— … и граф Фордариан был вынужден к активным действиям. Власть перешла в другие руки быстро и радикально, а теперь только от нас зависит, как сделать этот процесс как можно менее болезненным. И от вас, коммандер, если вы собираетесь и дальше носить Глаза Гора.
— Уж это не вам решать, — поморщился Иллиан. Что, посулы кончились, пошли угрозы?
— Вам, конечно, — улыбнулся капитан добродушно. — Я лишь хочу помочь вам принять правильное решение. Чтобы вы решали не из сиюминутной обиды за ваш арест — согласитесь, в критической ситуации такого опасного человека, как вы, лучше лишить возможности действовать. Хотите, лично принесу вам извинения? Если вам требуется эта, гм, формальность. А потом мы поговорим всерьез.
— Сейчас мы шутим? — огрызнулся Иллиан, раздраженно дернув головой. Вот пакость: наручники, должно быть, сковывают не только руки, но и язык — иначе какого черта он всю беседу ограничивается риторическими вопросами?
— Сейчас я ввожу вас в курс дела. Милорд Фордариан желает переговорить с вами лично, и вас сегодня же доставят во дворец, как только он разберется с сиюминутными тактическими задачами. Не сомневаюсь, что вашим способностям найдется достойное применение в руководстве СБ, если вы разумно решите поддержать нового регента. Может быть, на самом верху.
И добавил в ответ на вопросительную гримасу Иллиана:
— Капитан Негри убит при попытке выкрасть юного императора; выкрасть по наущению лорда Форкосигана, в этом нет сомнений. Пост шефа Имперской СБ вакантен. Докажите вашу преданность — и вы получите в руки силу при разумном правителе, который станет к вам прислушиваться. А не пост начальника охраны при амбициозном отставном вояке, который игнорировал даже ваши практические рекомендации, насколько я знаю, — усмехнулся Уайтлинг.
Что говорить, Эйрел был прекрасным командиром — и ужасным подопечным, с самого начала. Но если кому-то придет в голову сравнить с ним Фордариана…
— … Вы же понимаете, коммандер, что власть в Империи уже сменилась.
Не сходится. Чересчур тот спокоен. Если мятежники уже одержали убедительную победу — у мужика должна быть чистая эйфория, адреналиновый всплеск. Если все только решается — наоборот, была бы естественная для человека нервозность. Похоже, этот тип изо всех сил старается убедить Иллиана, насколько у фордариановцев все прекрасно, подконтрольно и организованно. А, значит, реальное положение дел от подобной идиллии далеко.
— Службистам вроде нас приходится держаться как можно дальше от политики. Но когда политика приходит к нам на дом, грозя беспорядками…
Иллиан едва слышно фыркнул, не разжимая губ. Точно. На дом, с парализатором в руках.
— Давайте откровенно. Форкосиган показал себя скверным правителем для Империи. Барраяр — не полигон для опасных реформ, для чуждых идей, которых наш регент поднабрался у своей инопланетной жены. Но титул вскружил ему голову, и он не видит, к какой катастрофе нас толкает…
Каков пафос! Но вряд ли капитан искренне видит себя героическим спасителем Отечества, вроде тех, кто вместе с Эзаром четыре десятка лет назад взбунтовались против императора. Он еще тот циник. Скорее, пафоса требует сценарий, лекция, которую тот читает, как по бумажке. Бумажку же он явно получил из рук своих пропагандистов и зазубрил наизусть, сам-то Уайтлинг — оперативник. Хорош в арестной команде, но не на митинге.
— Что дальше? Форкосиган станет закручивать гайки все сильней — нашими, СБ, руками. Рубить по-живому, если ему станут сопротивляться. Стараться быть большим роялистом, чем король — знаете такую пословицу? Доказывать всем, какой он великий правитель. Но до императора Эзара солдафону и Комаррскому Мяснику далеко, и мы получим большую войну как есть. И раскол Империи, разумеется. Та же Комарра только и ждет случая, чтобы поднять восстание.
— Насколько я помню, — усмехнулся Иллиан, — именно адмирал Форкосиган взял и удержал Комарру для Империи.
— Военный стратег из него неплохой, — снисходительно согласился капитан, — но как он правит страной — увольте. Его никто не поддержит. Посмотрите на графа Форхаласа — вот вам пример, насколько «дипломатично» Форкосиган обходится со своими сторонниками. Про тех, кого он сочтет врагами, можете догадаться сами. В Совете графов он потерял последних союзников, и дальше, чтобы удержаться у власти, ему остается только забрать правление в кулак. Единолично. Было с самого начало ясно, что поставить родню Форбарр охранять власть младенца-Грегора — все равно что дать коту сторожить погреб со сметаной. А сегодня он подтвердил это делом, когда пытался похитить императора и арестовать оппозицию…
«Пытался»? Слишком много неизвестных переменных. То, что «арест оппозиции», сиречь спланированное Негри взятие Фордариана тепленьким, не произошло, понятно. А вот жив ли Эйрел? А Грегор? И где он?
— … и граф Фордариан был вынужден к активным действиям. Власть перешла в другие руки быстро и радикально, а теперь только от нас зависит, как сделать этот процесс как можно менее болезненным. И от вас, коммандер, если вы собираетесь и дальше носить Глаза Гора.
— Уж это не вам решать, — поморщился Иллиан. Что, посулы кончились, пошли угрозы?
— Вам, конечно, — улыбнулся капитан добродушно. — Я лишь хочу помочь вам принять правильное решение. Чтобы вы решали не из сиюминутной обиды за ваш арест — согласитесь, в критической ситуации такого опасного человека, как вы, лучше лишить возможности действовать. Хотите, лично принесу вам извинения? Если вам требуется эта, гм, формальность. А потом мы поговорим всерьез.
— Сейчас мы шутим? — огрызнулся Иллиан, раздраженно дернув головой. Вот пакость: наручники, должно быть, сковывают не только руки, но и язык — иначе какого черта он всю беседу ограничивается риторическими вопросами?
— Сейчас я ввожу вас в курс дела. Милорд Фордариан желает переговорить с вами лично, и вас сегодня же доставят во дворец, как только он разберется с сиюминутными тактическими задачами. Не сомневаюсь, что вашим способностям найдется достойное применение в руководстве СБ, если вы разумно решите поддержать нового регента. Может быть, на самом верху.
И добавил в ответ на вопросительную гримасу Иллиана:
— Капитан Негри убит при попытке выкрасть юного императора; выкрасть по наущению лорда Форкосигана, в этом нет сомнений. Пост шефа Имперской СБ вакантен. Докажите вашу преданность — и вы получите в руки силу при разумном правителе, который станет к вам прислушиваться. А не пост начальника охраны при амбициозном отставном вояке, который игнорировал даже ваши практические рекомендации, насколько я знаю, — усмехнулся Уайтлинг.
Что говорить, Эйрел был прекрасным командиром — и ужасным подопечным, с самого начала. Но если кому-то придет в голову сравнить с ним Фордариана…
Страница 3 из 67
