Фандом: Гарри Поттер. Помощник директора аврората посылает Поттера на поиски старого врага. Но чем больше Гарри погружается в расследование, тем яснее понимает, что иногда можно серьёзно налажать, выпивая две тысячи чашек кофе в день.
Добавить в моё избранное
112 мин, 38 сек 1715
Потребовался год использования бессистемных обезглавливаний и убивающих проклятий, пока они не обнаружили Машину.
Машина представляла собой настоящее произведение искусства: судья и палач в одном лице. Разработанная самыми блестящими и садистски настроенными умами планеты, Машина не только подтверждала виновность, но и приводила приговор в исполнение. Первоначально она разрабатывалась для замены всей существующей судебной системы.
Был и очевидный недостаток, ведь все машины, как известно, делают ошибки. В теории, виновный человек, сделав шаг в Машину, будет уничтожен пламенем, подобного которому нет. Это пламя так горячо, что кожа плавится, а кровь загустевает за несколько кратких мгновений. И, опять же теоретически, невиновный может спокойно вступить внутрь, ничего не опасаясь. Но в процессе тестирования пару раз всё пошло не так, как планировалось. Поэтому судебная система остались прежней, в первую очередь, чтобы не подвергать невиновного опасности быть сожраным яростным пламенем без всякого на то основания.
Во сне всё сводится к этой Машине, слово «казнь» вертится на языке, пока я пытаюсь спрятаться в объятиях моего любовника, отрицая то, что должно произойти. Стеклянные звуконепроницаемые стены наводящей ужас Машины, покрытые кровью и копотью, страх на бледном лице, и неприкрытая боль в чёрных, как оникс, глазах…
Я просыпаюсь под звуки музыки, и рыдания струпьями оседают в моём горле.
«Убийца пойман после пяти лет злодеяний!»
«Северуса Снейпа арестовал Герой!»
«Пришел конец царству террора Пожирателей Смерти!»
Формулировки настолько банальны, что нет никакой разницы, куплю я одну газету или просмотрю их все. Вместо этого просто спускаюсь в маленькую пекарню, покупаю там рулет с корицей и латте и направляюсь на работу. Когда я вхожу, коллеги аплодируют, хлопают по спине и бормочут нечто вроде: «Хорошая работа, старина!». Улыбаюсь, киваю, морщусь, стараясь побыстрее оказаться в безопасной тишине собственного кабинета.
Бумаги на столе требуют моей подписи. Начальству непременно нужно подтверждение: да, именно я поймал Северуса Снейпа. Нет, насилие сверх необходимого не применялось. Да, я убеждён, что он убил всех этих несчастных, и это весьма прискорбно. Нужно подписать стопку отчётов и описать все детали ареста, чтобы они смогли упаковать жизнь Снейпа, словно пачку бумаги, в бечёвку и провода, запихнуть его самого в Машину и нажать кнопку, санкционируя уничтожение. Им нужно мое одобрение, прежде чем дать этому резонансному делу ход.
Закопавшись по уши в бумаги, работаю весь день без перерыва на обед, забыв даже про кофе, пока новенькая, принятая на работу личным ассистентом Эбернати (читай, постельной игрушкой), не приносит мне кружку во второй половине дня. Благодарю её несколько надтреснутым голосом, девушка испуганно улыбается в ответ и пятится, прикрывая за собой дверь. Несчастная маленькая наложница.
Когда я прихожу домой, сил не хватает даже на то, чтобы принять душ, так что просто падаю в постель и вырубаюсь секунд через пять. Наверное, это от недостатка кофеина, решаю я, проваливаясь в сон.
На следующее утро, придя в офис, встречаю Эбернати, ожидающего меня с улыбкой на лице.
— Отличные новости, Гарри! Снейп приговорён, казнь назначена на завтра. Да, мальчик мой, на этот раз мы действительно победили, и всё благодаря тебе! Ты должен стать главой этого отдела! Если я не поостерегусь, к Рождеству моё кресло отойдёт тебе! — Он смеётся и хлопает меня по спине. — Я уже чую прибавку к твоему жалованию, Гарри!
Бормочу слова благодарности и засыпаю, едва присев за стол. Вчерашняя кружка, принесенная новой ассистенткой, давно перестала действовать, а сегодня утром я опять забыл про кофе. Около десяти утра Эбернати стучит в дверь, заставляя проснуться. Вздрагиваю, вовремя возвращаясь в реальный мир и приглашаю его в кабинет.
Эбернати выглядит уже значительно менее бодрым, падая в кресло напротив и проводя рукой по волосам, словно признавая собственное поражение:
— Грёбанная проклятая хрень, — серьёзно произносит он. — Чёрт возьми, я уже заждался этой казни. А Снейп настаивает на встрече с тобой прямо сегодня. Наедине! Настаивает! Поверить не могу!
— Чего он хочет? — спрашиваю я. — И с чего бы нам идти на поводу?
— В том-то и дело — он не говорит. Возможно, смертельно проклясть тебя. Мы не обязаны удовлетворять подобные просьбы, но, если мы не сделаем это, дело совсем стухнет. Я пойму, если ты захочешь отказаться, просто сошлюсь на твоё плохое самочувствие. Ты действительно паршиво выглядишь. Как будто вообще не спишь.
— Сплю, и даже больше, чем обычно. Когда Снейп хочет встретиться со мной?
— Сегодня вечером, в восемь. И настаивает, чтобы ты был один.
— Хорошо.
Машина представляла собой настоящее произведение искусства: судья и палач в одном лице. Разработанная самыми блестящими и садистски настроенными умами планеты, Машина не только подтверждала виновность, но и приводила приговор в исполнение. Первоначально она разрабатывалась для замены всей существующей судебной системы.
Был и очевидный недостаток, ведь все машины, как известно, делают ошибки. В теории, виновный человек, сделав шаг в Машину, будет уничтожен пламенем, подобного которому нет. Это пламя так горячо, что кожа плавится, а кровь загустевает за несколько кратких мгновений. И, опять же теоретически, невиновный может спокойно вступить внутрь, ничего не опасаясь. Но в процессе тестирования пару раз всё пошло не так, как планировалось. Поэтому судебная система остались прежней, в первую очередь, чтобы не подвергать невиновного опасности быть сожраным яростным пламенем без всякого на то основания.
Во сне всё сводится к этой Машине, слово «казнь» вертится на языке, пока я пытаюсь спрятаться в объятиях моего любовника, отрицая то, что должно произойти. Стеклянные звуконепроницаемые стены наводящей ужас Машины, покрытые кровью и копотью, страх на бледном лице, и неприкрытая боль в чёрных, как оникс, глазах…
Я просыпаюсь под звуки музыки, и рыдания струпьями оседают в моём горле.
Благослови меня милосердием своим 3
Газетные заголовки создают историю.«Убийца пойман после пяти лет злодеяний!»
«Северуса Снейпа арестовал Герой!»
«Пришел конец царству террора Пожирателей Смерти!»
Формулировки настолько банальны, что нет никакой разницы, куплю я одну газету или просмотрю их все. Вместо этого просто спускаюсь в маленькую пекарню, покупаю там рулет с корицей и латте и направляюсь на работу. Когда я вхожу, коллеги аплодируют, хлопают по спине и бормочут нечто вроде: «Хорошая работа, старина!». Улыбаюсь, киваю, морщусь, стараясь побыстрее оказаться в безопасной тишине собственного кабинета.
Бумаги на столе требуют моей подписи. Начальству непременно нужно подтверждение: да, именно я поймал Северуса Снейпа. Нет, насилие сверх необходимого не применялось. Да, я убеждён, что он убил всех этих несчастных, и это весьма прискорбно. Нужно подписать стопку отчётов и описать все детали ареста, чтобы они смогли упаковать жизнь Снейпа, словно пачку бумаги, в бечёвку и провода, запихнуть его самого в Машину и нажать кнопку, санкционируя уничтожение. Им нужно мое одобрение, прежде чем дать этому резонансному делу ход.
Закопавшись по уши в бумаги, работаю весь день без перерыва на обед, забыв даже про кофе, пока новенькая, принятая на работу личным ассистентом Эбернати (читай, постельной игрушкой), не приносит мне кружку во второй половине дня. Благодарю её несколько надтреснутым голосом, девушка испуганно улыбается в ответ и пятится, прикрывая за собой дверь. Несчастная маленькая наложница.
Когда я прихожу домой, сил не хватает даже на то, чтобы принять душ, так что просто падаю в постель и вырубаюсь секунд через пять. Наверное, это от недостатка кофеина, решаю я, проваливаясь в сон.
На следующее утро, придя в офис, встречаю Эбернати, ожидающего меня с улыбкой на лице.
— Отличные новости, Гарри! Снейп приговорён, казнь назначена на завтра. Да, мальчик мой, на этот раз мы действительно победили, и всё благодаря тебе! Ты должен стать главой этого отдела! Если я не поостерегусь, к Рождеству моё кресло отойдёт тебе! — Он смеётся и хлопает меня по спине. — Я уже чую прибавку к твоему жалованию, Гарри!
Бормочу слова благодарности и засыпаю, едва присев за стол. Вчерашняя кружка, принесенная новой ассистенткой, давно перестала действовать, а сегодня утром я опять забыл про кофе. Около десяти утра Эбернати стучит в дверь, заставляя проснуться. Вздрагиваю, вовремя возвращаясь в реальный мир и приглашаю его в кабинет.
Эбернати выглядит уже значительно менее бодрым, падая в кресло напротив и проводя рукой по волосам, словно признавая собственное поражение:
— Грёбанная проклятая хрень, — серьёзно произносит он. — Чёрт возьми, я уже заждался этой казни. А Снейп настаивает на встрече с тобой прямо сегодня. Наедине! Настаивает! Поверить не могу!
— Чего он хочет? — спрашиваю я. — И с чего бы нам идти на поводу?
— В том-то и дело — он не говорит. Возможно, смертельно проклясть тебя. Мы не обязаны удовлетворять подобные просьбы, но, если мы не сделаем это, дело совсем стухнет. Я пойму, если ты захочешь отказаться, просто сошлюсь на твоё плохое самочувствие. Ты действительно паршиво выглядишь. Как будто вообще не спишь.
— Сплю, и даже больше, чем обычно. Когда Снейп хочет встретиться со мной?
— Сегодня вечером, в восемь. И настаивает, чтобы ты был один.
— Хорошо.
Страница 26 из 32
