Фандом: Время Приключений с Финном и Джейком. Марси — девушка с ограниченными способностями, которую, казалось, предали все, кто только может предать. У нее нет друзей, собственный отец в упор ее не видит, а самый лучший и единственный друг детства загадочно исчез. Заточенная в четырех стенах, девушка медленно сходит с ума… А еще этот сон, что снится ей каждую ночь. Сон, в котором у нее есть все. Сон, в котором она — вампир.
Добавить в моё избранное
7 мин, 57 сек 18194
Вместе с Марси они путешествовали много лет, да и сейчас не прочь.
Именно из-за гитары она стала такой. В свой последний день Саймон подарил ей «Рикенбекер» на пятнадцатилетие. Марси была безумно рада, ведь по сравнению с тем жалким подобием, на котором она тогда играла, эта была просто волшебной. Да и звучала также. Звук был такой… такой неземной, очаровывавший и не дававший свободно дышать.
«When my guitar gently weeps», как пел Джордж Харрисон. Действительно, гитара в ее руках плакала, кричала, то сбавляя тон, то гневно выплескиваясь. После таинственного исчезновения Саймона Марси поклялась себе, что станет знаменитой. Знаменитой рок-звездой. Она будет играть рок-н-ролл и тогда, когда разбогатеет, снарядит экспедицию и найдет его.
Девочка твердо двигалась к своей цели, продвигая себя и играя на школьных концертах. Многие в лицо уже знали «хмурую девочку с гитарой». И вот тогда-то все и случилось. Она помнит этот день, как будто это произошло вчера, ведь события этого дня продолжаются и по сей день, словно некий кошмарный сон, что никак не заканчивается.
Марси шла домой, как мобильный зазвонил. Голос в трубке представился Эрнестом «Эшем» Великолепным и солистом группы«Ash and the Ravens». Он предложил постоянное место в группе на основании того, что прослушал ее игру на концерте.
Тогда девочка была просто вне себя от восторга. «Вороны» были довольно известной группой, играть с ними — значит стать известной, а там, возможно, и…
Воодушевленная и предвкушающая изменения в жизни, Марси с «Рикенбекером» за спиной возвращалась домой в тот роковой день. Полностью погруженная в свои мысли, она не заметила проезжающей мимо машины. Очнулась Марси уже в больнице, с полностью парализованной нижней половиной тела.«Рикенбекер» лежал рядом, ехидно скалясь своими новыми царапинами. Стоит ли говорить, что больше Эш ей не звонил.
Во сне она известная рок-звезда. Раньше она играла с группой, но позже забросила и сейчас поигрывает просто так, для удовольствия. Во сне она желанный гость на всех вечеринках, ведь стоит ей только взять пару аккордов, как все сходят с ума от прекрасной музыки.
Эрнест в ее сне тоже есть. Правда, там он волшебник Эш. Раньше они играли вместе в группе, даже встречались несколько лет, но потом разошлись. Эш все еще по-своему ее любит и не теряет надежду вернуть.
Воспоминания падают на нее тяжелым грузом, словно проводя ножом по сердцу. Она уже потеряла все, что только можно потерять, что еще на очереди?!
«Рикенбекер», порядочно запылившийся за два года бездействия, но все еще рабочий, ехидно ухмыляется из угла.
— Тебе меня не запугать, — шепчет Марси засохшими, обветренными губами и вопреки сказанному покрывается холодным потом. Спине становится холодно-холодно, так холодно, как может быть лишь зимой, когда в одной футболке выбегаешь на улицу посмотреть, выпал ли первый снег. Марси страшно. Ей страшно и холодно. Страх совершенно странный и иррациональный. Она испугалась гитары.
— Это глупо, — говорит Марси и нервно смеется. Выходит неубедительно. Что происходит?
Страх перемешивается с неожиданным желанием. Желанием играть на гитаре, перебирать струны снова и снова, рождая мелодию… Марси подъезжает ближе и протягивает трясущуюся руку и, так и не взяв гитару, отдергивает ее, словно от огня. Нет. Нельзя просто так взять эту гитару. Все беды от нее.
Борьба с собой продолжается еще недолго, и вот Марси наконец хватает гитару и, стерев рукой пыль, проводит рукой по струнам — те приветственно отзываются. В голове проносятся воспоминания, отчетливые картинки из той прежней, счастливой жизни. Девочка откладывает айфон в сторону и извлекает несколько аккордов — огрубевшие пальцы плохо слушаются. Она напрягается, звучит нечто похожее на «Yellow Submarine».
— Давно бы так, — шепчет чей-то голос, так странно похожий на голос Саймона. Он настолько реален, что Марси даже оборачивается, не в силах совладать с желанием увидеть дядю. Конечно же, там никого нет — Саймон либо мертв, либо знать ее не знает. Она медленно сходит с ума, заточенная здесь, в этой душной комнате, один на один с бедой и одиночеством.
Марси закрывает глаза и принимается наигрывать спокойную мелодию. Странно, но пальцы все еще помнят аккорды. Она играет «Behind Blue Eyes». Спокойная, радостная и одновременно грустная мелодия со взрывным припевом.
Кончив играть, девушка замечает кровь на пальцах — непривычка дает о себе знать. Она не прикасалась к гитаре уже как два года. На колене остаются отпечатки, это нормально. Песня взбудораживает девушку. Она кладет гитару на пол, минуту пялится в стену, словно загружаясь, а затем… заливается смехом. Смех не тот, что бывает в кругу лучших друзей, когда любая, даже несмешная шутка будет встречена одобрительным хохотом, нет.
Этот смех другой. Клокочущий, прерывистый, он словно вырывается из самой глубины груди, разрывая ее на части.
Именно из-за гитары она стала такой. В свой последний день Саймон подарил ей «Рикенбекер» на пятнадцатилетие. Марси была безумно рада, ведь по сравнению с тем жалким подобием, на котором она тогда играла, эта была просто волшебной. Да и звучала также. Звук был такой… такой неземной, очаровывавший и не дававший свободно дышать.
«When my guitar gently weeps», как пел Джордж Харрисон. Действительно, гитара в ее руках плакала, кричала, то сбавляя тон, то гневно выплескиваясь. После таинственного исчезновения Саймона Марси поклялась себе, что станет знаменитой. Знаменитой рок-звездой. Она будет играть рок-н-ролл и тогда, когда разбогатеет, снарядит экспедицию и найдет его.
Девочка твердо двигалась к своей цели, продвигая себя и играя на школьных концертах. Многие в лицо уже знали «хмурую девочку с гитарой». И вот тогда-то все и случилось. Она помнит этот день, как будто это произошло вчера, ведь события этого дня продолжаются и по сей день, словно некий кошмарный сон, что никак не заканчивается.
Марси шла домой, как мобильный зазвонил. Голос в трубке представился Эрнестом «Эшем» Великолепным и солистом группы«Ash and the Ravens». Он предложил постоянное место в группе на основании того, что прослушал ее игру на концерте.
Тогда девочка была просто вне себя от восторга. «Вороны» были довольно известной группой, играть с ними — значит стать известной, а там, возможно, и…
Воодушевленная и предвкушающая изменения в жизни, Марси с «Рикенбекером» за спиной возвращалась домой в тот роковой день. Полностью погруженная в свои мысли, она не заметила проезжающей мимо машины. Очнулась Марси уже в больнице, с полностью парализованной нижней половиной тела.«Рикенбекер» лежал рядом, ехидно скалясь своими новыми царапинами. Стоит ли говорить, что больше Эш ей не звонил.
Во сне она известная рок-звезда. Раньше она играла с группой, но позже забросила и сейчас поигрывает просто так, для удовольствия. Во сне она желанный гость на всех вечеринках, ведь стоит ей только взять пару аккордов, как все сходят с ума от прекрасной музыки.
Эрнест в ее сне тоже есть. Правда, там он волшебник Эш. Раньше они играли вместе в группе, даже встречались несколько лет, но потом разошлись. Эш все еще по-своему ее любит и не теряет надежду вернуть.
Воспоминания падают на нее тяжелым грузом, словно проводя ножом по сердцу. Она уже потеряла все, что только можно потерять, что еще на очереди?!
«Рикенбекер», порядочно запылившийся за два года бездействия, но все еще рабочий, ехидно ухмыляется из угла.
— Тебе меня не запугать, — шепчет Марси засохшими, обветренными губами и вопреки сказанному покрывается холодным потом. Спине становится холодно-холодно, так холодно, как может быть лишь зимой, когда в одной футболке выбегаешь на улицу посмотреть, выпал ли первый снег. Марси страшно. Ей страшно и холодно. Страх совершенно странный и иррациональный. Она испугалась гитары.
— Это глупо, — говорит Марси и нервно смеется. Выходит неубедительно. Что происходит?
Страх перемешивается с неожиданным желанием. Желанием играть на гитаре, перебирать струны снова и снова, рождая мелодию… Марси подъезжает ближе и протягивает трясущуюся руку и, так и не взяв гитару, отдергивает ее, словно от огня. Нет. Нельзя просто так взять эту гитару. Все беды от нее.
Борьба с собой продолжается еще недолго, и вот Марси наконец хватает гитару и, стерев рукой пыль, проводит рукой по струнам — те приветственно отзываются. В голове проносятся воспоминания, отчетливые картинки из той прежней, счастливой жизни. Девочка откладывает айфон в сторону и извлекает несколько аккордов — огрубевшие пальцы плохо слушаются. Она напрягается, звучит нечто похожее на «Yellow Submarine».
— Давно бы так, — шепчет чей-то голос, так странно похожий на голос Саймона. Он настолько реален, что Марси даже оборачивается, не в силах совладать с желанием увидеть дядю. Конечно же, там никого нет — Саймон либо мертв, либо знать ее не знает. Она медленно сходит с ума, заточенная здесь, в этой душной комнате, один на один с бедой и одиночеством.
Марси закрывает глаза и принимается наигрывать спокойную мелодию. Странно, но пальцы все еще помнят аккорды. Она играет «Behind Blue Eyes». Спокойная, радостная и одновременно грустная мелодия со взрывным припевом.
Кончив играть, девушка замечает кровь на пальцах — непривычка дает о себе знать. Она не прикасалась к гитаре уже как два года. На колене остаются отпечатки, это нормально. Песня взбудораживает девушку. Она кладет гитару на пол, минуту пялится в стену, словно загружаясь, а затем… заливается смехом. Смех не тот, что бывает в кругу лучших друзей, когда любая, даже несмешная шутка будет встречена одобрительным хохотом, нет.
Этот смех другой. Клокочущий, прерывистый, он словно вырывается из самой глубины груди, разрывая ее на части.
Страница 2 из 3
