Фандом: Ориджиналы. Чтобы попасть в мир людей, юному демону предстоит пройти долгий путь. Трудное и нудное обучение в Школе, затем служение в Тёмной Канцелярии, начинающееся с самых низов. Затем долгие препирательства с бюрократами, подача заявки на предмет внешнеинтеграции Совету Девяти, прохождение отбора… Целые сотни лет проходят в этом долгом карьерном пути, который к тому же может и вовсе не увенчаться успехом…
Добавить в моё избранное
586 мин, 27 сек 22273
Я вырвалась из чьего-то захвата и грудью бросилась в серебряный круг.
Содрав ладони, я упала на серую каменную плиту. Меня тут же подхватили под руки и рывком поставили на ноги. В глаза ударил слепящий свет. Рёв сражающихся учеников превратился в отдалённый рёв толпы. Мне в лицо совали какую-то кружку с водой, что-то говорили, а я, задыхаясь, кричала, обращаясь неизвестно к кому:
— Ну, кто? Кто? Кто?!
Во дворе было заметно оживление. Взрослые демоны то выбегали из башни с какими-то свёртками, то снова скрывались внутри. Хлопали дверцы карет. Хорсаны ржали и нетерпеливо стучали копытами о брусчатку. Промокшие ученики, столпившиеся вокруг всего этого безобразия, недовольно ёжились от холода и кутались в плащи, но в башню не уходили: всем было интересно посмотреть на сборы победителей.
Победителей…
— Ну, кто? Кто? Кто?!
— Тише, девочка, тише, — говорила пожилая демонесса в сером плаще врачевателя, — На вот, выпей пока. Сейчас ты сама всё узнаешь…
Я прильнула к кружке с водой, которая показалась мне едва ли не живительным эликсиром. До этого я даже не осознавала, насколько сильно хочу пить. Когда вода закончилась, я подняла голову. Глаза уже привыкли к слепящему свету, и я увидела, что стою перед огромным полукруглым стадионом, откуда шёл непрерывный гул, свист и крики. Всё вокруг было залито красным и белым светом. Над стадионом висел такой же огромный двусторонний экран, с которого на меня смотрело моё собственное лицо, потемневшее от пыли, с распухшими красными глазами.
Пока я пялилась сама на себя, меня грубо схватили за локоть и поволокли в сторону каменной лестницы, ведущей на какое-то возвышение.
— Эй! — я попыталась обернуться, но меня дёрнули за руку и послышался мрачный голос:
— Не вертись.
— Лариус! — неизвестно чему обрадовалась я. — Как я? Какой по счёту я пришла? Ой, я хотела сказать: господин комендант…
— А… — вздохнул комендант, — теперь уже без разницы…
Пока я пыталась привести свои мысли в порядок и понять, что именно Лариус имел в виду под этими словами, мы вышли на то самое каменное возвышение, носившее гордое название площади Победителей.
Едва ступив на возвышение, я замерла как вкопанная и не двигалась с места, пока Лариус не толкнул меня в спину. Я увидела тех, кто стоял на площади — тех, кто пришёл раньше меня. Точно во сне, я медленно приближалась к Корнелу Тёмному Лучнику.
— Рад, что с тобой всё в порядке, — бесцветным голосом сказал он, глядя куда-то сквозь меня, — Жаль, что ты не сможешь по-настоящему к нам присоединиться.
Рядом с Корнелом стоял незнакомый мне темнобашник с длинными волосами, собранными в хвост и с короткими ножнами на кожаном поясе. Куртки на парне не было, и никакая броня не прикрывала его мускулистые руки, испачканные в крови и грязи.
В центре площади их стояло всего двое. А это значило, что я пришла третьей…
— Редкостное невезение… — пробормотала я, впившись ногтями в свои ладони. — Опоздать на миг… придти третьей… третьей…
«Послушай, Феста»… — Корнел осторожно коснулся моего сознания. В его голосе не было ожидаемой насмешки, он был, казалось, чем-то встревожен и взволнован.
Я не ответила ему, и Корнел повернулся к шумевшей толпе, не делая больше попыток установить со мной мысленную связь.
Когда погружаешься под воду, сильно закладывает уши. Ты по-прежнему слышишь звуки, но слышишь их приглушёнными, далёкими, давящими. Прозрачная пелена воды словно отрезает тебя от остального мира. Такой пеленой для меня сейчас стала мысль о том, что мне предстоит вернуться в Триаду проигравшей. Честно признаюсь, я не была к этому готова. В худшем из вариантов, которые мне представлялись, я была тяжело ранена подлым ударом в спину от рук какого-нибудь соперника, и меня, раненую, уносили из лабиринта. Я была готова к тяжёлым испытаниям, к предательствам и гнусным ухищрениям соперников, но всё же верила, что стану победителем и буду стоять в центре площади — а не за чертой, где мне приходилось стоять сейчас…
«Может, это и к лучшему», — сама себе не веря, твердила я. — Я вернусь домой, в свою родную башню. Там тепло, безопасно и уютно. Там меня ждёт мягкая постель, на которой я смогу отдохнуть. Там старый ворчливый Тэфи, который для меня стащит что-нибудь поесть с кухни. Там старые часы с гирями в виде языков пламени — они так звонко отбивают каждый час! И плевать, что им уже много лет и что они отстают с каждым днём всё больше и больше. Я починю.
Содрав ладони, я упала на серую каменную плиту. Меня тут же подхватили под руки и рывком поставили на ноги. В глаза ударил слепящий свет. Рёв сражающихся учеников превратился в отдалённый рёв толпы. Мне в лицо совали какую-то кружку с водой, что-то говорили, а я, задыхаясь, кричала, обращаясь неизвестно к кому:
— Ну, кто? Кто? Кто?!
Глава 8. Долг и его цена
С самого утра погода была ненастной и холодной. Откуда-то с моря ветер принёс тучи, и теперь они висели над Триадой серой хмарью. Вдобавок ко всему шёл мелкий дождь. Холодное стекло, к которому я прислонилась лбом, запотело от моего дыхания, и я пальцем выводила на нём тонкие причудливые узоры.Во дворе было заметно оживление. Взрослые демоны то выбегали из башни с какими-то свёртками, то снова скрывались внутри. Хлопали дверцы карет. Хорсаны ржали и нетерпеливо стучали копытами о брусчатку. Промокшие ученики, столпившиеся вокруг всего этого безобразия, недовольно ёжились от холода и кутались в плащи, но в башню не уходили: всем было интересно посмотреть на сборы победителей.
Победителей…
— Ну, кто? Кто? Кто?!
— Тише, девочка, тише, — говорила пожилая демонесса в сером плаще врачевателя, — На вот, выпей пока. Сейчас ты сама всё узнаешь…
Я прильнула к кружке с водой, которая показалась мне едва ли не живительным эликсиром. До этого я даже не осознавала, насколько сильно хочу пить. Когда вода закончилась, я подняла голову. Глаза уже привыкли к слепящему свету, и я увидела, что стою перед огромным полукруглым стадионом, откуда шёл непрерывный гул, свист и крики. Всё вокруг было залито красным и белым светом. Над стадионом висел такой же огромный двусторонний экран, с которого на меня смотрело моё собственное лицо, потемневшее от пыли, с распухшими красными глазами.
Пока я пялилась сама на себя, меня грубо схватили за локоть и поволокли в сторону каменной лестницы, ведущей на какое-то возвышение.
— Эй! — я попыталась обернуться, но меня дёрнули за руку и послышался мрачный голос:
— Не вертись.
— Лариус! — неизвестно чему обрадовалась я. — Как я? Какой по счёту я пришла? Ой, я хотела сказать: господин комендант…
— А… — вздохнул комендант, — теперь уже без разницы…
Пока я пыталась привести свои мысли в порядок и понять, что именно Лариус имел в виду под этими словами, мы вышли на то самое каменное возвышение, носившее гордое название площади Победителей.
Едва ступив на возвышение, я замерла как вкопанная и не двигалась с места, пока Лариус не толкнул меня в спину. Я увидела тех, кто стоял на площади — тех, кто пришёл раньше меня. Точно во сне, я медленно приближалась к Корнелу Тёмному Лучнику.
— Рад, что с тобой всё в порядке, — бесцветным голосом сказал он, глядя куда-то сквозь меня, — Жаль, что ты не сможешь по-настоящему к нам присоединиться.
Рядом с Корнелом стоял незнакомый мне темнобашник с длинными волосами, собранными в хвост и с короткими ножнами на кожаном поясе. Куртки на парне не было, и никакая броня не прикрывала его мускулистые руки, испачканные в крови и грязи.
В центре площади их стояло всего двое. А это значило, что я пришла третьей…
— Редкостное невезение… — пробормотала я, впившись ногтями в свои ладони. — Опоздать на миг… придти третьей… третьей…
«Послушай, Феста»… — Корнел осторожно коснулся моего сознания. В его голосе не было ожидаемой насмешки, он был, казалось, чем-то встревожен и взволнован.
Я не ответила ему, и Корнел повернулся к шумевшей толпе, не делая больше попыток установить со мной мысленную связь.
Когда погружаешься под воду, сильно закладывает уши. Ты по-прежнему слышишь звуки, но слышишь их приглушёнными, далёкими, давящими. Прозрачная пелена воды словно отрезает тебя от остального мира. Такой пеленой для меня сейчас стала мысль о том, что мне предстоит вернуться в Триаду проигравшей. Честно признаюсь, я не была к этому готова. В худшем из вариантов, которые мне представлялись, я была тяжело ранена подлым ударом в спину от рук какого-нибудь соперника, и меня, раненую, уносили из лабиринта. Я была готова к тяжёлым испытаниям, к предательствам и гнусным ухищрениям соперников, но всё же верила, что стану победителем и буду стоять в центре площади — а не за чертой, где мне приходилось стоять сейчас…
«Может, это и к лучшему», — сама себе не веря, твердила я. — Я вернусь домой, в свою родную башню. Там тепло, безопасно и уютно. Там меня ждёт мягкая постель, на которой я смогу отдохнуть. Там старый ворчливый Тэфи, который для меня стащит что-нибудь поесть с кухни. Там старые часы с гирями в виде языков пламени — они так звонко отбивают каждый час! И плевать, что им уже много лет и что они отстают с каждым днём всё больше и больше. Я починю.
Страница 41 из 164
