Фандом: Гримм. Портленд наводнили охотники за монетами, жнецы, спецслужбы и Феррат, а утро Ника и капитана Ренарда началось в одной постели и с провалом в памяти. Всему виной необдуманные поступки, череда недоразумений и пробудившееся заклятие, способное навсегда изменить жизни Гримма и принца, но как — решать только им.
Добавить в моё избранное
241 мин, 45 сек 10543
Тем более если капитан, к тому же он сам просил Ника сидеть в управлении. Может быть, понадеялся, что тот и сейчас не послушается? А если Ведьма хочет убить Кортеса, то не жалко Ведьму. Но капитан может расстроиться…
Ник посмотрел номер в сотовом и снова поднял трубку. «Телефон абонента выключен или находится»… Он положил трубку и набрал с сотового. Вызов не прошёл.
— Твою мать. Ну твою ж мать. — Ник сдёрнул телефон с зарядки, подхватил куртку и вылетел из отдела.
Большая часть пробок успела разойтись, и вернуться к церкви удалось едва ли ни в два раза быстрее. Знать бы только, что он хочет в ней найти. Доказательства того, что никакого Палуга здесь нет и не было, а принц нагло обманул, чтобы загнать в управление и без помех искать ключ? Или что капитан не дошёл до дверей, встретив Кортеса? Тогда почему Кортес до сих пор не позвонил с предложением меняться? Они ведь не могли договориться действовать заодно. Нет, не могли, никто не хотел делиться даже тремя монетами, а сейчас речь идёт об абсолютной власти.
Ник взбежал по ступеням и удивлённо замер перед закрытыми дверями. Странное дело — католическая церковь не может быть закрыта поздним утром. Он на всякий случай подёргал ручку и постучал, но ответа не последовало: похоже, святой отец ушёл на охоту. Но где же тогда капитан? Ник попытался дозвониться снова — и снова без толку.
Искать нужно последовательно, начиная с того места, где капитан появлялся в последний раз, а это здесь, в церкви. Очень жаль, что она закрыта.
Ник вытащил складной нож, воровато огляделся и присел у замка. Отлично, вламываться в храм божий посреди дня ему ещё не доводилось. Вот святой отец удивится, если он внутри, понятия не имеет ни о каких везенах, а дверь закрылась случайно. Придётся извиняться и обещать всё починить. И капитан будет счастлив отмазывать его от обвинения в вандализме… Но если существует хоть малейшая вероятность, что капитан там, и ему нужна помощь, как тогда, с Кимурой, Ник должен войти.
Некоторое время он безуспешно ковырял личинку шилом, ощущая затылком заинтересованные взгляды. Правда, оглядываясь, никаких прохожих не замечал: дождь не многих располагал к прогулкам. Отчаявшись, Ник оглядел петли, но выносить дверь с ноги не решился — створки открывались наружу. Осмотрел крепления замка — откручивать пришлось бы слишком долго, и ладно бы ещё ночью. И наконец заметил, что дверь закрыта лишь на защёлку.
Ник сунул лезвие между створок, вдавил язычок, и дверь открылась.
Церковь была пуста. Тусклый свет лился через высокие окна на длинные ряды скамеек, колонны, распятия и алтарь. В царящем вокруг безмолвии мягкие крадущиеся шаги Ника, казалось, разносились эхом под самый свод. Если это эхо. Ник обернулся и выхватил пистолет.
— О, простите, детектив, не хотел вам помешать, — усмехнулся Кортес, разводя руками. — Вы так долго не могли войти, что я поспешил к вам на выручку, но тут вы и сами справились. Давайте помолимся вместе?
— Почему бы мне не пристрелить вас прямо сейчас? — хрипло поинтересовался Ник и нацелил пистолет ему в голову.
— Потому что мы в Доме Божием? — предположил Кортес. — Впрочем, вы не слишком религиозны. Ладно, Ник, оставим церемонии и решим дело быстро, чисто, бесшумно, как профессионалы. Отдай мне ключ, и я уйду. Клянусь здесь — перед ликом Господа — что больше не побеспокою ни тебя, ни твою сеньориту, ни… даже его высочество младшего принца Ренарда.
— Щедрое предложение, — Ник стиснул пальцы. Нужно стрелять прямо сейчас, как Йен Хармон в ферратовскую Ищейку. Жизнь Джульетты ведь стоит любой грязи на руках и совести… Но как же трудно выстрелить в безоружного. — Щедрое, только не уникальное.
— О да, — поддержала Кэтрин, проскальзывая в церковь гибкой тенью с крохотным дамским пистолетом в одной руке и тесаком в другой, — предлагаю всё то же самое, но не за ключ, а за то, чтобы ты сдох, милый. Ты как, Никки, принимаешь такие условия?
— Следила?
— Зачем? Ты достаточно предсказуем: я знала, куда поехал Шон, и знала, что ты помчишься его искать. Ты отличная приманка, Гримм.
— Кэти! — Кортес всплеснул руками. — Конечно, это ты. Как я мог тебя не узнать? Мне следовало догадаться, что ты уехала за Ренардом, а не сгнила в горах.
— Похоже, у нас у всех тут личные счёты, — подытожил Ник, плавно смещаясь влево, чтобы случайно не подстрелить Ведьму.
— У меня только деловые, — возразил Кортес. — Отдай ключ, и эту престарелую шлюху я тоже не трону. Или убить? Ты чего больше хочешь?
Ник окинул помещение быстрым взглядом. Больше всего он хотел понять причины самоуверенности испанца: наивно было бы предполагать за ним только блеф. Прибыв в Портленд, он ни разу не решился лично напасть на Гримма, пока не получил в свои руки ценного заложника.
— Кэтрин, он здесь не один, — выпалил Ник прежде, чем понял, что собственно не так, и перевёл глок на ряды скамеек справа.
Ник посмотрел номер в сотовом и снова поднял трубку. «Телефон абонента выключен или находится»… Он положил трубку и набрал с сотового. Вызов не прошёл.
— Твою мать. Ну твою ж мать. — Ник сдёрнул телефон с зарядки, подхватил куртку и вылетел из отдела.
Большая часть пробок успела разойтись, и вернуться к церкви удалось едва ли ни в два раза быстрее. Знать бы только, что он хочет в ней найти. Доказательства того, что никакого Палуга здесь нет и не было, а принц нагло обманул, чтобы загнать в управление и без помех искать ключ? Или что капитан не дошёл до дверей, встретив Кортеса? Тогда почему Кортес до сих пор не позвонил с предложением меняться? Они ведь не могли договориться действовать заодно. Нет, не могли, никто не хотел делиться даже тремя монетами, а сейчас речь идёт об абсолютной власти.
Ник взбежал по ступеням и удивлённо замер перед закрытыми дверями. Странное дело — католическая церковь не может быть закрыта поздним утром. Он на всякий случай подёргал ручку и постучал, но ответа не последовало: похоже, святой отец ушёл на охоту. Но где же тогда капитан? Ник попытался дозвониться снова — и снова без толку.
Искать нужно последовательно, начиная с того места, где капитан появлялся в последний раз, а это здесь, в церкви. Очень жаль, что она закрыта.
Ник вытащил складной нож, воровато огляделся и присел у замка. Отлично, вламываться в храм божий посреди дня ему ещё не доводилось. Вот святой отец удивится, если он внутри, понятия не имеет ни о каких везенах, а дверь закрылась случайно. Придётся извиняться и обещать всё починить. И капитан будет счастлив отмазывать его от обвинения в вандализме… Но если существует хоть малейшая вероятность, что капитан там, и ему нужна помощь, как тогда, с Кимурой, Ник должен войти.
Некоторое время он безуспешно ковырял личинку шилом, ощущая затылком заинтересованные взгляды. Правда, оглядываясь, никаких прохожих не замечал: дождь не многих располагал к прогулкам. Отчаявшись, Ник оглядел петли, но выносить дверь с ноги не решился — створки открывались наружу. Осмотрел крепления замка — откручивать пришлось бы слишком долго, и ладно бы ещё ночью. И наконец заметил, что дверь закрыта лишь на защёлку.
Ник сунул лезвие между створок, вдавил язычок, и дверь открылась.
Церковь была пуста. Тусклый свет лился через высокие окна на длинные ряды скамеек, колонны, распятия и алтарь. В царящем вокруг безмолвии мягкие крадущиеся шаги Ника, казалось, разносились эхом под самый свод. Если это эхо. Ник обернулся и выхватил пистолет.
— О, простите, детектив, не хотел вам помешать, — усмехнулся Кортес, разводя руками. — Вы так долго не могли войти, что я поспешил к вам на выручку, но тут вы и сами справились. Давайте помолимся вместе?
— Почему бы мне не пристрелить вас прямо сейчас? — хрипло поинтересовался Ник и нацелил пистолет ему в голову.
— Потому что мы в Доме Божием? — предположил Кортес. — Впрочем, вы не слишком религиозны. Ладно, Ник, оставим церемонии и решим дело быстро, чисто, бесшумно, как профессионалы. Отдай мне ключ, и я уйду. Клянусь здесь — перед ликом Господа — что больше не побеспокою ни тебя, ни твою сеньориту, ни… даже его высочество младшего принца Ренарда.
— Щедрое предложение, — Ник стиснул пальцы. Нужно стрелять прямо сейчас, как Йен Хармон в ферратовскую Ищейку. Жизнь Джульетты ведь стоит любой грязи на руках и совести… Но как же трудно выстрелить в безоружного. — Щедрое, только не уникальное.
— О да, — поддержала Кэтрин, проскальзывая в церковь гибкой тенью с крохотным дамским пистолетом в одной руке и тесаком в другой, — предлагаю всё то же самое, но не за ключ, а за то, чтобы ты сдох, милый. Ты как, Никки, принимаешь такие условия?
— Следила?
— Зачем? Ты достаточно предсказуем: я знала, куда поехал Шон, и знала, что ты помчишься его искать. Ты отличная приманка, Гримм.
— Кэти! — Кортес всплеснул руками. — Конечно, это ты. Как я мог тебя не узнать? Мне следовало догадаться, что ты уехала за Ренардом, а не сгнила в горах.
— Похоже, у нас у всех тут личные счёты, — подытожил Ник, плавно смещаясь влево, чтобы случайно не подстрелить Ведьму.
— У меня только деловые, — возразил Кортес. — Отдай ключ, и эту престарелую шлюху я тоже не трону. Или убить? Ты чего больше хочешь?
Ник окинул помещение быстрым взглядом. Больше всего он хотел понять причины самоуверенности испанца: наивно было бы предполагать за ним только блеф. Прибыв в Портленд, он ни разу не решился лично напасть на Гримма, пока не получил в свои руки ценного заложника.
— Кэтрин, он здесь не один, — выпалил Ник прежде, чем понял, что собственно не так, и перевёл глок на ряды скамеек справа.
Страница 57 из 69
