Испытание

Земля задрожала снова, и Урфин понадеялся, что гномы, которые следили за всем, что происходило в лагере, успели спрятаться. Если бы кто-то попросил его о помощи, он бы подхватил его и посадил в карман, но среди серых камней не мелькало яркой одёжки.

Он на ходу присматривался к тому, что творится у него под ногами, и получилось, что со двора он вышел совершенно спокойным на вид. Менвиты, которые были обучены действиям в чрезвычайной ситуации, столпились на холме возле «Диавоны». В безопасном месте, куда не долетели бы камни от падающих башен. Урфин остановился перед всеми и стал наблюдать. Первоначальный страх прошёл, и он следил за тем, как раскачиваются, но не падают башни замка. Что же это с ним происходит? Неужели замок действительно обиделся?

Во дворе вверх взлетел фонтан земли. Со звоном рассыпалось одно из окон, но замок пока не спешил проваливаться под землю. Что-то словно вытолкнуло его изнутри, и он стал ещё выше, чем был.

— Падает, — шёпотом сказал кто-то позади Урфина.

— Проваливается! — возразил другой. — Сейчас обрушится вниз, и всё.

— Ноги выросли! — ахнул третий.

Урфин протёр глаза. Замок стоял на четырёх столбах и едва заметно покачивался из стороны в сторону. Вылетело ещё одно окно, посыпалось цветное стекло.

— Раздавит нас? — предположил Лан-Тор. Его-то Урфин узнал по голосу.

Один из столбов поднялся, согнувшись посередине, и опустился на новое место. Согнулся другой.

— Уходит, — веско сказал Урфин, убедившись, что замок начал медленное шествие к горам. Земля тряслась при каждом его шаге.

Теперь Урфин уже совладал с собой. Что бы это ни было — колдовство фей или магия самого Гуррикапа, — но только что он спасся от разоблачения. Он решительно обернулся к своим подчинённым.

— А я предупреждал… — произнёс Урфин. Менвиты в большинстве своём были белыми от страха. Конечно, не каждый день такое увидишь.

Вперёд вытолкнули Нур-Кая.

— Я предупреждал… — веско повторил Урфин. Гул земли затихал вдали, башни замка уже не виднелись над лесом.

— Простите… — пробормотал Нур-Кай, пряча глаза. — Я готов понести наказание, мой полковник.

— Наказание… — повторил Урфин. — Да что с вас взять! Дуболомы и есть дуболомы! Проверить захотелось! Ну, проверили?

Не дожидаясь ответа, Урфин стал спускаться с холма.

Место, где раньше стоял замок, зияло огромной дырой. Урфин подошёл и заглянул в неё. Где-то в глубине пробивался родник.

— Да… — вздохнул Урфин. Подошедший Лан-Тор тронул его за плечо:

— Мой полковник, что же теперь делать?

— А я знаю? — сердито спросил Урфин. — Я сам перепугался! Дом от меня уходил, это да, но чтобы целый замок обижался — впервые вижу! Как же вы ему насолили, и представить нельзя!

Лан-Тор обернулся на холм, где стояла «Диавона», вокруг которой понуро бродили менвиты.

— Мой полковник, вы не можете предположить, что бы не понравилось звездолёту? — спросил он.

В его голосе был ужас.

— Простите, что? — спросил Мон-Со. Он ещё держался, но всё и так было понятно.

— Вы слепнете, — повторил Ильсор. — Вы не видите, куда воткнулся нож. Вы промазали. Цветок я показывал синий, а не красный. В кустах вы заблудились не просто так — идти пришлось только на голоса. И леса вы вдалеке не видели, вот и сказали одно «угу». И споткнулись на тропинке тоже не случайно. Вы хоть меня сейчас видите?

— Вас — пока что вижу, — кивнул Мон-Со. Штурман подошёл к нему и попытался обнять, но Мон-Со вырвался с брезгливой гримасой.

— Не прикасайтесь ко мне! — прошипел он.

— Тихо! — прикрикнул Ильсор. — Мы разобраться хотим, а вы… как всегда! Что значит «пока что вижу»? Слепота прогрессирует?

— Да, — признался Мон-Со. Крылья его носа подрагивали. — Давайте закончим это поскорее. Просто оставьте меня и идите дальше, чтобы я не был вам помехой. Ваше отношение ко мне очевидно.

— Какое ещё отношение? — Ильсор схватился за голову. — Нормальное отношение! Лон-Гор, конечно, ни о чём не подозревает?

— Его диагностика ничего не показала, кроме бессонницы, возможно, на нервной почве, — ответил Мон-Со. Он держался как на допросе.

— Но голова у тебя болит, — заметил Кау-Рук. — Ты иногда трогаешь виски и морщишься, может, сам не замечаешь. Головная боль и слепота связаны?

— Наверняка, — согласился Мон-Со. — К чему это всё? Просто идите дальше, у вас есть цель, а я сделал всё, что мог.

— Зачем вы согласились пойти со мной? — воскликнул Ильсор.

— Потому что вы попросили. И потому что вас надо охранять.

— Умереть он хотел, — вмешался Несмелый Лев. — Меня тоже этому учили: если становишься немощным, но хочешь уйти с честью, пожертвуй собой ради чего-то важного.

— Вы шли за нами в заросли, приготовившись к смерти?! — ахнул Ильсор.