Испытание

— С этой минуты я ухожу в отставку.

— Только этого ещё не хватало! — воскликнул Ар-Лой. — И кого нам слушаться?

— Кого хотите, — отрезал Баан-Ну, поднимаясь. Ноги держали его, но плохо. — А пока давайте выбираться отсюда.

— Не получится, — сказал Бу-Сан, указывая за окно, за которым мелькал лес. — Замок, кажется, рванул бегом.

— Странно, внутри совсем не трясёт, — сказал Баан-Ну, глядя на полосу заката над горами. — Как вы думаете, здесь есть безопасное место, чтобы можно было поспать?

— Я в нём не сомневался! — воскликнул Ильсор, который последние полчаса так и сжимал кулаки, не отрывая взгляд от волшебного экрана.

— Вы что, за него переживали? — спросил Тим.

— Ещё как! — признался Ильсор. — Подумать только, генерал решил пожертвовать собой, чтобы спасти остальных.

— Нафантазировал и сам поверил, — фыркнул Тим.

— Нет, — возразил Фред, — для него-то всё было по-настоящему.

Ильсор вспомнил слова хранителя о том, что он пытался в кого-то вселиться, и глубоко вздохнул. Подумать только, как всё вышло. Но для него-то его тёмный тоже был настоящим, а не вселившимся хранителем.

— Мне кажется, что с этим человеком, которым стал генерал, уже можно разговаривать ци-ви-ли-зо-ван-но, — сказал Страшила. — Да он же в отставку ушёл! С кем же теперь разговаривать?

— Поздравляю с новой должностью, — обрадовался Ильсор, обращаясь к штурману. — Мой полковник, командир экспедиции теперь вы.

— Не было печали! — вздохнул Кау-Рук, но, видимо, особенно не переживал.

Ильсору так много нужно было передумать, что он тут же решил уйти из тронного зала и побыть в одиночестве.

— Пойду Мон-Со скажу, вот он упадёт!

И Ильсор выскочил за дверь, пока его не успели остановить.

Но, раз обещал, действительно нужно было навестить Мон-Со.

— Мой полковник! — запыхавшись, сказал он и осёкся. Мон-Со стоял у окна и обернулся на голос, безошибочно найдя его взглядом. — Мой полковник?

— Не делайте такое удивлённое лицо, — скривился тот.

— Вы меня видите! — заорал Ильсор, подскочил к нему и обхватил.

— Придушите! — сказал Мон-Со, которому он сжал рёбра. — Что за глупые порывы?

— Вы меня видите? Но как это случилось? — Ильсор не разжимал хватку, зная, что ничего он Мон-Со не сделает, даже при большом желании.

— Не знаю, — ответил Мон-Со, пытаясь отодрать его от себя. — Просто стал видеть чуть лучше, потом ещё лучше…

— Слёзы! — догадался Ильсор, не поддаваясь его попыткам. — Может, поэтому? Или потому, что вы приняли эту страну? И вышло так же, как с языком. Мой полковник, давайте проверим! Загипнотизируйте меня!

И Ильсор без страха взглянул Мон-Со в глаза, совершенно точно зная, что сейчас он в безопасности.

— Не буду, — отказался тот.

— То есть вы разучились?

— Понятия не имею. И давайте так это и оставим, — сказал Мон-Со. — Да отпустите вы меня наконец!

— Последний вопрос! — взмолился Ильсор. — Баан-Ну знал про вас?

— Знал, — неохотно ответил Мон-Со. — Потому-то я ему всем обязан. Он помогал мне, несмотря на моё происхождение.

— Как будто быть арзаком, пусть даже на четверть — это что-то плохое!

— Отпустите меня! — вместо ответа потребовал Мон-Со, стискивая его сам. — Или это я вас не отпущу!

— Вот! — обрадовался Ильсор. — Наследственность просыпается в вас, вам уже хочется болтать без умолку, улыбаться и обнимать всех без разбору…

Ужас на лице Мон-Со рассмешил его до упаду.

Замок вернулся ночью.

— Замок идет, — сказал в микрофон Лан-Тор. — Связь прерываю до более благополучного момента.

Прошло примерно полчаса, прежде чем показавшийся над лесом замок встал на прежнее место и замер. Разломы каменных плит двора срослись, вывернутая земля легла на место, только выбитые окна напоминали о путешествии замка по окрестностям.

— Ищите генерала! — приказал Урфин, вне себя от тревоги.

Баан-Ну и его спутников не надо было искать. Они спали беспробудным сном в холле возле двери.

— Да… — протянул Урфин, рассматривая то, что осталось от роскошной генеральской бороды. — Бывает. А перенесите их в место поудобнее!

Сам он ушёл обратно к костру.

— Приём, приём, — сказал Лан-Тор, возобновляя связь. — Замок вернулся, генерал тоже, без бороды. Ар-Лой и Бу-Сан целы. Тут у нас все по большей части опять спать улеглись… А я? А я вроде как дежурный у передатчика… Что говорите? Хранитель связи? Здорово придумано!

«Изумруды, — с нежностью подумал Урфин, прихлёбывая из кружки смородиновый чай. — Точно изумруды. Только бы всё получилось!»

Днём было хуже. Гнев, обида, страх за сбежавших и желание вернуть вылились в злость. Обычно сдержанные менвиты ругались в микрофон нехорошими словами, арзаки не оставались в долгу.