Испытание

Впереди зашевелились ветки, что-то хрустнуло.

— Вы тоже решили полакомиться? — спросил Ильсор, нашаривая следующую ягоду. В палец впилась маленькая иголка. Ответа не последовало, шум нарастал, и Ильсор слишком поздно понял, что это не кто-то из его спутников. Ветки раздались в стороны, и из темноты высунулась массивная звериная голова, украшенная густой гривой. Глаза уставились прямо на Ильсора, огромные ноздри раздулись, как будто зверь пытался определить, съедобный он или нет. Лев!

— Здравствуйте, — машинально сказал Ильсор.

— Здравствуй, пришелец, — ответила львиная голова человеческим голосом, и в этот момент Ильсор понял, что теперь даже Лон-Гор вряд ли вправит ему мозги на место.

Вечер подступил, незамеченный за дневными заботами. Колючие лапы елей едва заметно покачивались от слабого ветерка, птицы притихли, на небо выползла половина местного светила. С наступлением темноты костры гасили, опасаясь, что в темноте можно будет легко их заметить, и теперь пространство лагеря было освещено фонариками и неровным алым светом раскалённых углей.

Голоса становились тише, но слова можно было различить, даже сидя в отдалении. Кто-то хвастался пойманной сегодня рыбиной, геологи спорили о величине глиняного пласта на берегу реки, кто-то обсуждал виденного в зарослях орешника зверя. Тихо попискивал передатчик. Над лагерем медленно воцарялся покой и уют. Тянуло подсесть к теплу, вместе со всеми подставить кружку под струю кипятка и долго греть ладони, прихлёбывая травяной чай, в который шли все листья, признанные неядовитыми, но Лон-Гор в который раз подавил сентиментальный порыв и прошёлся по лагерю. Свой взгляд он в этот момент сравнивал со сканером: нужно было, не прикасаясь и не засматриваясь долго, определить, что с кем не то. Мевир горбится — просто натрудил спину, или это опасный симптом посттравматического расстройства? Айстан спрятал лицо в ладонях — усталость, слабость, или стыдится шрама на щеке? Любой менвит умер бы от огорчения, что теперь изуродован, но что думает арзак?

— Солдон, можно вас на минуту? — тихо спросил Лон-Гор, подойдя к арзаку, который переливал в общую кастрюлю кипячёную воду.

— Да, что случилось? — спросил Солдон, отставив котелок и без страха глядя Лон-Гору в глаза. Ничему-то они не научились на своём горьком опыте. Лон-Гор первым отвёл взгляд.

— Мне не нравятся Танри, Идер и Норон. А Риган мне не нравится просто очень.

— Что нам делать? — с готовностью уточнил Солдон. — Есть какое-то средство? Или хотя бы как не сделать хуже?

— Просто будьте с ними, не оставляйте одних, прикасайтесь чаще, особенно к ладоням, — сказал Лон-Гор, вежливо глядя ему за спину. — Это поможет им почувствовать себя здесь и сейчас. Пытайтесь разговорить, выслушивайте, если будут рассказывать о травмирующей ситуации. Если что-то пойдёт не так — бегом ко мне. Возможна неадекватная реакция.

— Почему вы сами не… — начал Солдон.

— Потому что я такой же поработитель и насильник, как и остальные менвиты, — оборвал его Лон-Гор. — И да, если Ойно и Киор с Эйгардом не вернутся к завтрашнему утру, отправимся на поиски.

— Я надеюсь, вы сами-то так не думаете… — пробормотал Солдон, осуждающе глядя на него.

— Разумеется, думаю, потому что хорошо себя знаю, — ответил Лон-Гор. Этот арзак что, всю подноготную собрался из него вытянуть? Но ответы выходили сами собой, слишком резкие и откровенные. Не хотел бы — не отвечал бы, значит, сам виноват, что много болтает.

— Я ставил опыты на людях, — добавил Лон-Гор, чтобы поскорее избавиться от собеседника, который ненароком пытался влезть в душу, сам того не замечая.

— Резали по живому? — ужаснулся Солдон.

— Нет, всего только гипнотизировал и изучал подсознание, это гораздо хуже, — ответил Лон-Гор. — Ступайте, не теряйте времени.

Он следил, как Солдон подсаживается к ближайшему костру и начинает что-то тихо говорить. Этот справится, недаром он был одним из пятерых заместителей Ильсора. Теперь по меньшей мере пятая часть лагеря держалась на нём.

Лон-Гор сел в отдалении, повесил на ветку за своим плечом включённый фонарик и стал копаться в рюкзаке.

— Там теплее, — сказал Солдон, бесшумно появляясь перед ним. — Я парней предупредил, что нужно делать. Мы и так никого не бросали, конечно, но теперь хотя бы знаем алгоритм действий.

Лон-Гор благоразумно проигнорировал первую часть его слов.

— Отлично, — сказал он. — Я пока думаю, как им помочь медикаментозно.

С любопытством Солдон присел рядом, глядя на блистеры с таблетками и ампулами.

— Когда закончите, идите к нам греться, — сказал он. Игнорировать это было уже нельзя.

— Мне не холодно, у меня плед есть, — деланно равнодушно ответил Лон-Гор, гадая, что на самом деле имел в виду его собеседник. Арзаки всегда были вместе, кучей, толпой, ордой, даже в рабстве, когда забыли, кто они такие, и никакой гипноз не мог пересилить инстинкт быть вместе.