Фандом: Гарри Поттер. Белла устала от всего на свете, и у нее немного едет крыша.
Добавить в моё избранное
11 мин, 43 сек 14673
И еще какое-то время провели рядом друг с другом как сотрудники, хорошие знакомые, приятели даже — но не как семья.
А потом… не знаю, что случилось. Словно рухнуло что-то между нами или в нас самих. Оказалось, что мы вполне неплохо понимаем друг друга не только с полуслова, но даже с полувзгляда. Что у нас все же есть другие общие интересы. Что мы просто не такие, какими считали друг друга раньше. Так и стали мы сначала друзьями, потом хорошими друзьями, а уже после этого…
Семьдесят восьмой и семьдесят девятый — два абсолютно безумных, выматывающих, диких, но наших года. Два года, в течение которых мы были не только друзьями и напарниками, но и, не побоюсь этого слова, любовниками. Два года, в течение которых мы оба ходили по лезвию ножа, потому что с одной стороны был Темный Лорд, а с другой — Орден, и чувствам не было места между ними. Два года, в течение которых мы прикрывали спины друг другу везде, куда бы ни пошли — на светский раут или очередную боевую операцию. Два года, в течение которых мы сходили с умаот беспокойства друг за друга, если по какой-то причине оказывались в разных группах. Два самых лучших года в моей жизни. Нет, вру — не самых. В восьмидесятом по аристократической Англии прокатился настоящий демографический взрыв. Рожали все, начиная от только что вышедших замуж девочек и заканчивая пожилыми матронами лет под пятьдесят. Нас эта зараза тоже не обошла стороной. Быть может, виной тому была Франция, небольшое поместье под Лиллем, августовская духота и уроки стрельбы из пневматической винтовки… Кстати, именно тогда я узнала, что Руди просто помешан на оружии, причем любом — как магическом, так и магловском, холодном и огнестрельном. Даже его «святой святых» в замке считалась не столько библиотека, в которой он хранил архивы Организации и компромат почти на все Министерство, сколько оружейная. Меня в ней интересовали только наборы метательных кинжалов, один из которых он мне и подарил на седьмую годовщину. Но не в этом суть. Суть в том, что результатом этого побега в Лилль ото всех и вся (а так оно и было) стала резная колыбель в соседней с нашей спальней комнате, и два маленьких человека, заходящиеся в ней истошным криком. Сын и дочь. Двойня. Словно искупление за тот, первый, аборт и нерожденного ребенка.
Вот тогда-то я и была по-настоящему счастлива, потому что тогда у меня было все, что только можно было пожелать: дом, состояние, титул, красота, высокое положение в обществе и Круге, двое наследников, рождение которых дается далеко не всем семьям… И еще у меня был человек, который мне все это дал, и который, в случае чего, мог защитить меня ото всего на свете. И который знал, что я костьми лягу, но сделаю все, чтобы, в свою очередь, защитить его, пусть даже ценой собственной жизни.
Мы оба тогда были счастливы. Жаль только, что счастье это продлилось недолго.
Ровно до тех пор, пока не исчез Темный Лорд. И пока не оказалось, что и жить нам больше незачем и не для кого, разве что для детей и друг друга. Но все же главный ориентир в жизни был потерян, а мы резко оказались за бортом.
Сейчас мы вновь в Лондоне. Выбраться не можем уже вторую неделю: какая-то шавка все-таки нас углядела, так что аврорат перекрыл все аппарационные и телепортационные каналы, а также все въезды и выезды — как морские, так и сухопутные. Думают, они нас обложили. Идиоты. Мало ли в большом городе темных уголков?
— Ты хоть думал, что дальше будем делать?
— Конечно. В отличие от некоторых, — Родольфус затягивается какой-то маггловской дрянью и выпускает вонючий дым в разбитую форточку. — Документы нам выправят, дело за малым — изменить внешность, и все — мы свободны, как гиппогрифы в полете.
— А дети? А Рабастан?
— Сам выберется — не маленький. В крайнем случае, вытащим, никуда он от нас не денется, — Руди стряхивает пепел на подоконник. — Дети пусть пока поживут у Люциуса — должна же быть от этого слизняка хоть какая-то польза.
Ох, не нравится мне эта идея… Цисси, конечно, родную кровь не предаст, но Люциус ради спасения своей шкуры пойдет на все. Однако если он сдаст в качестве заложников близнецов аврорам (а он может), то я плюну на конспирацию и безопасность и просто выколю ему глаза. Десертной вилкой. За свою семью — мужа, его брата и детей — я порву любого, и неважно, на ком он женат — хоть на моей родной сестре, хоть на грязнокровке.
— Крауч? Проболтается ведь, плесень министерская…
— Завтра попытаюсь его найти. Да не волнуйся ты, сказал же — докуметы почти готовы, осталось только выскользнуть из-под носа у Грюма и его зондеркоманды. А там и Сигнуса с Гвин найдем способ переправить.
Вот так вот. Все готово. Осталось самое малое — сбежать из страны и попытаться вытащить остальных, кого сможем. Тогда и Лорда начнем искать уже как следует…
Все идет по плану.
Пока что.
А потом… не знаю, что случилось. Словно рухнуло что-то между нами или в нас самих. Оказалось, что мы вполне неплохо понимаем друг друга не только с полуслова, но даже с полувзгляда. Что у нас все же есть другие общие интересы. Что мы просто не такие, какими считали друг друга раньше. Так и стали мы сначала друзьями, потом хорошими друзьями, а уже после этого…
Семьдесят восьмой и семьдесят девятый — два абсолютно безумных, выматывающих, диких, но наших года. Два года, в течение которых мы были не только друзьями и напарниками, но и, не побоюсь этого слова, любовниками. Два года, в течение которых мы оба ходили по лезвию ножа, потому что с одной стороны был Темный Лорд, а с другой — Орден, и чувствам не было места между ними. Два года, в течение которых мы прикрывали спины друг другу везде, куда бы ни пошли — на светский раут или очередную боевую операцию. Два года, в течение которых мы сходили с умаот беспокойства друг за друга, если по какой-то причине оказывались в разных группах. Два самых лучших года в моей жизни. Нет, вру — не самых. В восьмидесятом по аристократической Англии прокатился настоящий демографический взрыв. Рожали все, начиная от только что вышедших замуж девочек и заканчивая пожилыми матронами лет под пятьдесят. Нас эта зараза тоже не обошла стороной. Быть может, виной тому была Франция, небольшое поместье под Лиллем, августовская духота и уроки стрельбы из пневматической винтовки… Кстати, именно тогда я узнала, что Руди просто помешан на оружии, причем любом — как магическом, так и магловском, холодном и огнестрельном. Даже его «святой святых» в замке считалась не столько библиотека, в которой он хранил архивы Организации и компромат почти на все Министерство, сколько оружейная. Меня в ней интересовали только наборы метательных кинжалов, один из которых он мне и подарил на седьмую годовщину. Но не в этом суть. Суть в том, что результатом этого побега в Лилль ото всех и вся (а так оно и было) стала резная колыбель в соседней с нашей спальней комнате, и два маленьких человека, заходящиеся в ней истошным криком. Сын и дочь. Двойня. Словно искупление за тот, первый, аборт и нерожденного ребенка.
Вот тогда-то я и была по-настоящему счастлива, потому что тогда у меня было все, что только можно было пожелать: дом, состояние, титул, красота, высокое положение в обществе и Круге, двое наследников, рождение которых дается далеко не всем семьям… И еще у меня был человек, который мне все это дал, и который, в случае чего, мог защитить меня ото всего на свете. И который знал, что я костьми лягу, но сделаю все, чтобы, в свою очередь, защитить его, пусть даже ценой собственной жизни.
Мы оба тогда были счастливы. Жаль только, что счастье это продлилось недолго.
Ровно до тех пор, пока не исчез Темный Лорд. И пока не оказалось, что и жить нам больше незачем и не для кого, разве что для детей и друг друга. Но все же главный ориентир в жизни был потерян, а мы резко оказались за бортом.
Сейчас мы вновь в Лондоне. Выбраться не можем уже вторую неделю: какая-то шавка все-таки нас углядела, так что аврорат перекрыл все аппарационные и телепортационные каналы, а также все въезды и выезды — как морские, так и сухопутные. Думают, они нас обложили. Идиоты. Мало ли в большом городе темных уголков?
— Ты хоть думал, что дальше будем делать?
— Конечно. В отличие от некоторых, — Родольфус затягивается какой-то маггловской дрянью и выпускает вонючий дым в разбитую форточку. — Документы нам выправят, дело за малым — изменить внешность, и все — мы свободны, как гиппогрифы в полете.
— А дети? А Рабастан?
— Сам выберется — не маленький. В крайнем случае, вытащим, никуда он от нас не денется, — Руди стряхивает пепел на подоконник. — Дети пусть пока поживут у Люциуса — должна же быть от этого слизняка хоть какая-то польза.
Ох, не нравится мне эта идея… Цисси, конечно, родную кровь не предаст, но Люциус ради спасения своей шкуры пойдет на все. Однако если он сдаст в качестве заложников близнецов аврорам (а он может), то я плюну на конспирацию и безопасность и просто выколю ему глаза. Десертной вилкой. За свою семью — мужа, его брата и детей — я порву любого, и неважно, на ком он женат — хоть на моей родной сестре, хоть на грязнокровке.
— Крауч? Проболтается ведь, плесень министерская…
— Завтра попытаюсь его найти. Да не волнуйся ты, сказал же — докуметы почти готовы, осталось только выскользнуть из-под носа у Грюма и его зондеркоманды. А там и Сигнуса с Гвин найдем способ переправить.
Вот так вот. Все готово. Осталось самое малое — сбежать из страны и попытаться вытащить остальных, кого сможем. Тогда и Лорда начнем искать уже как следует…
Все идет по плану.
Пока что.
Страница 3 из 3
