Моё прощание

Мое пребывание дома вот уже несколько дней ограничивалось одним и тем же — я сидел возле окна, наблюдал за прохожими и постоянно о чем-то думал.

Я скучал за своей работой. Прошло четыре дня, или около того, как я последний раз переступил порог своей клиники. Элиот постоянно была рядом и поддерживала меня. Я был в самом деле благодарен ей за присутствие. Она как никто другой понимала мои переживания и принимала их, в независимости от степени их безумства.

Я был безумен? Возможно. Иначе как объяснить внутренний голос в собственной голове, который мне почти диктует условия жизни. Я был безумен! Ведь я не был таким, как принято представлять взрослого и уверенного в себе человека — я был слишком мягким, слишком сентиментальным, слишком привязанным. Слишком, слишком, слишком! Но меня это вполне устраивало.

Завтра я должен буду попрощаться навсегда со своим прежним местом жительства. Буду ли я за чем-то скучать? Черт возьми, да!

Мне будет безумно не хватать Терка. Мой бурый мишка, мой самый понимающий друг! Человек, с которым я привык проводить все свое свободное время. Неужели мне теперь придется стать серьезным врачом? С кем же мне планировать безумные идеи и невероятные подвиги?

Я знаю, что Терк без меня загнется. В самом деле. Он не умеет справляться со своими проблемами сам. Но, возможно, мой уход послужит для него замечательным пинком. Я на это надеюсь.

За окном показалась какая-то фигура. Девушка, так невозможно похожа на Карлу.

Мое сердце предательски сжалось. Я уже за ней скучаю. Возможно, именно в ней я нашел не только своего друга, но и наставника, которого так тщетно пытался распознать в докторе Коксе.

— Джей Ди, тебе чего-нибудь купить? — Элиот резко нарушила тишину, к которой я так трепетно относился. Она собиралась проведать наших друзей, а на обратном пути пройтись по магазинам.

— Нет, Элиот. Не нужно.

— Ты уверен, что не хочешь пойти со мной? Я думаю, Терк будет рад тебя видеть, — она игриво мне подмигнула, с любопытством рассматривая мою реакцию. Элиот всегда проявляет участие, хоть и знает ответ заранее.

— Нет. Ты же знаешь, что нет.

На самом деле Элиот знает причину, по которой я все еще не могу прийти в себя. И она меня понимает.

Именно поэтому, не сказав мне больше ни слова, она уходит.

Невероятная, замечательная Элиот! Моя Элиот.

Я снова остаюсь наедине со своими мыслями. И погружаюсь в воспоминания.

Мой первый день, мой первый год. Я заново переживаю каждую победу и каждую неудачу. Я улыбаюсь вместе с выжившими пациентами. И я плачу вместе с родственниками умерших. Доктор Кокс сказал, что я замечательный врач, замечательная личность и друг. Вот только мы оба с ним знаем, что не смотря на все мои усилия, мы с ним никогда не были друзьями. Даже приятелями.

Я все еще пытаюсь для себя решить: сыграла ли мне его неприязнь на руку? Вдруг, относись он ко мне по другому, я бы воспринял переезд еще болезней?

Я беру в руки телефон и набираю номер Кокса.

Мне почему-то кажется, что мой внутренний голос меня впервые от чего-то отговаривает, но мне плевать. Противный писк автоответчика призывает оставить сообщение, и на меня это действует, как невероятной мощности пинок. Я повторяю то, что Кокс не раз от меня слышал. И в конце почему-то обиженным голосом обвиняю его в том, что он так и не смог заменить мне отца и стать моим наставником.

Я почти уверен, что Кокса нет дома. Наверняка сейчас сидит в баре и празднует мой уход. Возможно, вместе с Уборщиком.

Чертовски неуместная мысль, но за этим психом я тоже буду скучать. Даже сильнее, чем мне сейчас кажется.

Мне даже захотелось выпить. Я быстро накидываю куртку и отправляюсь в свой любимый бар.

Интересно, а на новом месте мне будут делать яблочный мартини?

Садиться в машину мне почему-то не хотелось, поэтому я решил ехать на автобусе. Значительно дольше, но зато время все обдумать появится.

«Можно подумать, у тебя его до этого не было!» — поправляет меня внутренний голос, и мне приходится признать поражение.

Едва я усаживаюсь на свое привычное место, как мне тут же подают мой любимый напиток. Мне будет не хватать этих безмолвных жестов. Я отпиваю глоток и наслаждаюсь этим чудесным вкусом. Мне даже кажется, что он намного лучше, чем обычно.

Я какое-то время разговариваю с барменом и пью один мартини за другим. Меня невероятно греет то ли алкоголь, то ли приятное чувство, что меня кто-то слушает.

А затем я слышу за спиной голос и почти верю в то, что мне уже хватит пить.

— Ты становишься предсказуемым, Новичок.

Я без лишних слов указываю своему незваному (незваному ли?) собеседнику на рядом стоящий стул. Доктор Кокс молча садится, а затем продолжает:

— Девочка моя, ты даже не представляешь, как я рад собственному триумфу!