Фандом: Клиника. Доктор Кокс сказал, что я замечательный врач, замечательная личность и друг. Вот только мы оба с ним знаем, что не смотря на все мои усилия, мы с ним никогда не были друзьями. Даже приятелями. Я все еще пытаюсь для себя решить: сыграла ли мне его неприязнь на руку? Вдруг, относись он ко мне по другому, я бы воспринял переезд еще болезней?
Добавить в моё избранное
6 мин, 1 сек 11426
Ведь если бы тебя здесь не оказалось, то это означало бы лишь то, что я не до конца знаю тебя. И, о Господи, не до конца знаю всех людей!
— Доктор Кокс, вы не могли знать, что я буду тут. Так что хватит разыгрывать очередную комедию.
— Еще как знал!
— Нет, не знали, — продолжаю спорить я, и лишь только потом задаю вопрос, который боялся озвучить:
— Вы злитесь на меня?
— Боже мой, радость моя, неужели за все эти годы ты не выучил все те вещи, что выводят меня из себя?
— Да, я понял. Тонны бесполезных вещей, а еще я и Хью Джекман. Знаете, доктор Кокс, я надеюсь, что Хью Джекман бесит вас все же немного больше, чем я.
— Нет!
— Ну, это не страшно.
Мое настроение поднимается, и я с трудом пытаюсь понять почему. Я продолжаю пить очередной мартини, а Кокс привычно заказывает себе пива. Через какое-то время беседа переходит в более привычное русло. Я расспрашиваю Кокса о своих пациентах, которых в силу обстоятельств пришлось перекинуть на других врачей. А он, в свою очередь, слушает меня и даже почти не отпускает в мой адрес гнусные шуточки.
Я смотрю на время. Скоро Элиот должна будет вернуться домой, и если я не хочу застать ее в порыве ее женской ярости, то мне пора уже выдвигаться обратно. Наверное, мне еще никогда не хотелось так сильно остаться в этом баре. Если, конечно, не считать тот забавный случай, когда мы с Терком устроили тут кукольное представление. Ох и повеселились мы тогда. Воспоминания, воспоминания…
— Перри, а знаете по чему я буду скучать больше всего? — говорю я тихо, попутно пытаясь встать со стула.
— Заинька моя, если я проявлю интерес, ты обещаешь больше не приставать ко мне со своими глупыми вопросами?
— Да, доктор Кокс, обещаю.
— Тогда я очень, очень внимательно тебя слушаю.
— Мне будет не хватать вашей привязанности ко мне, которую вы так усердно скрывали.
— Девочка моя, даже если по воле злостной судьбы мне бы посчастливилось стать твоим отцом, я бы все так же не хотел к тебе привязываться. Потому что ты очень-очень-очень назойливая муха, которая постоянно жужжит около меня!
— Тогда почему вы пришли?…
Проматывая сейчас тот момент в своей голове, я до сих пор не могу понять, кого из нас этот вопрос привел в большее недоумение. Определенно, я сам не ожидал, что задам его. И я практически уверен, что Кокс хотел обдумывать это в последнюю очередь.
Я до сих пор жалею, что покинул бар, так и не сказав тех прощальных слов, что витали в воздухе. Я так же невероятно жалею, что не дал ему тогда ответить. Вдруг бы он сказал то, что я хотел услышать?
Возможно, все сложилось бы иначе.
Я погружаю в машину последнюю сумку и с тоской оглядываю пустую квартиру, где, как мне кажется, прошли все значительные моменты моей жизни.
— Доктор Кокс, вы не могли знать, что я буду тут. Так что хватит разыгрывать очередную комедию.
— Еще как знал!
— Нет, не знали, — продолжаю спорить я, и лишь только потом задаю вопрос, который боялся озвучить:
— Вы злитесь на меня?
— Боже мой, радость моя, неужели за все эти годы ты не выучил все те вещи, что выводят меня из себя?
— Да, я понял. Тонны бесполезных вещей, а еще я и Хью Джекман. Знаете, доктор Кокс, я надеюсь, что Хью Джекман бесит вас все же немного больше, чем я.
— Нет!
— Ну, это не страшно.
Мое настроение поднимается, и я с трудом пытаюсь понять почему. Я продолжаю пить очередной мартини, а Кокс привычно заказывает себе пива. Через какое-то время беседа переходит в более привычное русло. Я расспрашиваю Кокса о своих пациентах, которых в силу обстоятельств пришлось перекинуть на других врачей. А он, в свою очередь, слушает меня и даже почти не отпускает в мой адрес гнусные шуточки.
Я смотрю на время. Скоро Элиот должна будет вернуться домой, и если я не хочу застать ее в порыве ее женской ярости, то мне пора уже выдвигаться обратно. Наверное, мне еще никогда не хотелось так сильно остаться в этом баре. Если, конечно, не считать тот забавный случай, когда мы с Терком устроили тут кукольное представление. Ох и повеселились мы тогда. Воспоминания, воспоминания…
— Перри, а знаете по чему я буду скучать больше всего? — говорю я тихо, попутно пытаясь встать со стула.
— Заинька моя, если я проявлю интерес, ты обещаешь больше не приставать ко мне со своими глупыми вопросами?
— Да, доктор Кокс, обещаю.
— Тогда я очень, очень внимательно тебя слушаю.
— Мне будет не хватать вашей привязанности ко мне, которую вы так усердно скрывали.
— Девочка моя, даже если по воле злостной судьбы мне бы посчастливилось стать твоим отцом, я бы все так же не хотел к тебе привязываться. Потому что ты очень-очень-очень назойливая муха, которая постоянно жужжит около меня!
— Тогда почему вы пришли?…
Проматывая сейчас тот момент в своей голове, я до сих пор не могу понять, кого из нас этот вопрос привел в большее недоумение. Определенно, я сам не ожидал, что задам его. И я практически уверен, что Кокс хотел обдумывать это в последнюю очередь.
Я до сих пор жалею, что покинул бар, так и не сказав тех прощальных слов, что витали в воздухе. Я так же невероятно жалею, что не дал ему тогда ответить. Вдруг бы он сказал то, что я хотел услышать?
Возможно, все сложилось бы иначе.
Я погружаю в машину последнюю сумку и с тоской оглядываю пустую квартиру, где, как мне кажется, прошли все значительные моменты моей жизни.
Страница 2 из 2
