Фандом: Ориджиналы. Медиобактерии — прорыв в мерхианской медицине. Однако Седьмая лаборатория на спутнике Мерхии, где их исследуют и разводят, почему-то пользуется дурной славой. Кураторы проекта отправляются на спутник, чтобы развеять мифы. Но внезапно обнаруживается, что слухи, циркулирующие среди местных жителей, не лишены под собой основания…
Добавить в моё избранное
26 мин, 21 сек 17803
Сейчас это помещение было набито людьми, но всё равно не казалось тесным. Жители разместились на скамьях, как и полагалось в подобных ситуациях, — инструкции каждый здесь знал назубок, — но паника нарастала, а директор подливал масла в огонь.
— Бактерии!
— Это они вырвались на свободу!
— Боксы повреждены, питательная среда вылилась в подземный океан, они уже там!
— Они проделали путь наружу! Если нас не спасут, они атакуют каждого!
Гул голосов оглушал. Нервозность пронизывала воздух почти видимыми разрядами, сгущалась тучами, клубилась метановыми облаками, как там, в атмосфере, поглотившей воздух под разрушенным куполом. Фелесси было не до жителей, его пальцы отчаянно бегали по панели пульта, иногда срываясь на яростные удары вместо прикосновений, и тогда система не срабатывала, так что приходилось повторять действия. Темерси бегло взглянул на дисплей — заведующий пытался выйти на связь с Мерхией и вызвать спасателей, но с планеты пока не отвечали. Хоть связь не пропала. На директора надежды не было, а Деворан в одиночку не мог перекричать истерию. Да и не с того он начал, по мнению главы ГКБ.
— Во-первых, были трещины в куполе, — произнёс Скэнте, повысив голос. Сначала никто не слушал, но он продолжал: — Купол был разрушен намеренно. Обыкновенное преступление, бактерии здесь ни при чём! А теперь прошу вашего внимания. Кто не успел добраться до убежища? Присмотритесь, все на месте?
Толпа чуть притихла. Отлично. Любого паникёра прежде всего нужно заставить думать рационально, о чём-то реальном, а не мучиться неизвестностью и строить предположения. Пусть для начала пересчитают друг друга, и неважно, что камера наблюдения может сделать это намного быстрее и выдать мгновенный точный результат.
— Кажется, все на месте, — сказал один из активистов чуть спустя. — Но нужно проверить каждого, нет ли у них на руках сбежавших бактерий, они могут инфицировать…
— Стоп. Ничего они не могут. Второй вопрос: когда вы шли к убежищу, вы видели кого-нибудь или что-нибудь подозрительное на северо-восточном краю купола? Именно оттуда пошли трещины, из точки сразу над поверхностью. А в подземной части был поджог, тогда бактерии действительно могли попасть в подпочвенный океан. Кто работал в той части помещений, где начался пожар? — продолжил Темерси.
— Зря вы это сказали, они же сейчас… — начал Деворан, стоявший рядом перед аудиторией, но его прервала новая волна шума.
— Вот видите, значит, они всё-таки сбежали! — выкрикнул кто-то. Его слова подхватили ещё десятки голосов. Темерси молчал. Молчал и ждал, пока активистам надоест кричать. И как ни странно, те вскоре притихли и внимательно уставились на мерхианских кураторов.
Отлично, начинают понимать, что конструктивный диалог результативнее бессмысленных криков…
— Допустим. Но убежище герметично. В него они всё равно не попадут. Итак, северо-восточный сектор. Вы видели что-нибудь странное в той стороне?
Жители снова начали переговариваться. На сей раз намного спокойнее. Деловитее. Наконец-то мерхианцы начинают превращаться в мерхианцев, а не в зазомбированных землян.
— Нет. Никто ничего не видел, — произнёс наконец всё тот же активист.
— Мы не обратили внимания, — призналась какая-то женщина в костюме сотрудника вивария. — Мы спешили. А пожар погас сам собой, как только в помещение попала вода.
— Значит, это бактерии! Нас же предупреждали, что они могут вырваться! Они атакуют убежище и ворвутся в него! — опять выкрикнули из средних рядов. Снова поднялся шум. Но он уже не оглушал. Тише, намного тише. Кто-то всё же пытается думать.
— Сейчас узнаем, куда делись бактерии и смогут ли они кого-то атаковать, — спокойно сказал Темерси и повернулся к Деворану. — Отвлеките их пока. Узнаю, доступен ли бактериологический анализ внешней среды.
— Вы что же, сами поверили, что бактерии могут атаковать? — изумился директор Биоинститута.
— Перестаньте, Деворан. Сканирование нужно провести в любом случае, чтобы оценить масштабы разрушений.
Скэнте отошёл к Фелесси, который уже успел связаться с Мерхией и теперь сосредоточенно всматривался в размытые чёрно-буро-синие пятна на голограмме и бегущие по ним полосы с цифрами. Так, значит, внешнее сканирование уже запущено. Хоть кто-то разумный есть в этом оазисе. Он взглянул на Миота, директора лаборатории, который по-хорошему и должен был сейчас успокаивать и отвлекать жителей, сдерживая их панику. Тот горой жира возвышался у края скамей и выглядел встревоженным.
Даже не бесполезный бездельник, а самый настоящий вредитель. Теперь Темерси был почти уверен, что львиная доля вины за сплетни, панику и дурную славу Седьмой лаборатории лежала на её директоре. А поскольку трудно было поверить в возможность существования среди мерхианцев настолько убеждённого глупца, то подозрения возникали нехорошие. Очень нехорошие.
— Бактерии!
— Это они вырвались на свободу!
— Боксы повреждены, питательная среда вылилась в подземный океан, они уже там!
— Они проделали путь наружу! Если нас не спасут, они атакуют каждого!
Гул голосов оглушал. Нервозность пронизывала воздух почти видимыми разрядами, сгущалась тучами, клубилась метановыми облаками, как там, в атмосфере, поглотившей воздух под разрушенным куполом. Фелесси было не до жителей, его пальцы отчаянно бегали по панели пульта, иногда срываясь на яростные удары вместо прикосновений, и тогда система не срабатывала, так что приходилось повторять действия. Темерси бегло взглянул на дисплей — заведующий пытался выйти на связь с Мерхией и вызвать спасателей, но с планеты пока не отвечали. Хоть связь не пропала. На директора надежды не было, а Деворан в одиночку не мог перекричать истерию. Да и не с того он начал, по мнению главы ГКБ.
— Во-первых, были трещины в куполе, — произнёс Скэнте, повысив голос. Сначала никто не слушал, но он продолжал: — Купол был разрушен намеренно. Обыкновенное преступление, бактерии здесь ни при чём! А теперь прошу вашего внимания. Кто не успел добраться до убежища? Присмотритесь, все на месте?
Толпа чуть притихла. Отлично. Любого паникёра прежде всего нужно заставить думать рационально, о чём-то реальном, а не мучиться неизвестностью и строить предположения. Пусть для начала пересчитают друг друга, и неважно, что камера наблюдения может сделать это намного быстрее и выдать мгновенный точный результат.
— Кажется, все на месте, — сказал один из активистов чуть спустя. — Но нужно проверить каждого, нет ли у них на руках сбежавших бактерий, они могут инфицировать…
— Стоп. Ничего они не могут. Второй вопрос: когда вы шли к убежищу, вы видели кого-нибудь или что-нибудь подозрительное на северо-восточном краю купола? Именно оттуда пошли трещины, из точки сразу над поверхностью. А в подземной части был поджог, тогда бактерии действительно могли попасть в подпочвенный океан. Кто работал в той части помещений, где начался пожар? — продолжил Темерси.
— Зря вы это сказали, они же сейчас… — начал Деворан, стоявший рядом перед аудиторией, но его прервала новая волна шума.
— Вот видите, значит, они всё-таки сбежали! — выкрикнул кто-то. Его слова подхватили ещё десятки голосов. Темерси молчал. Молчал и ждал, пока активистам надоест кричать. И как ни странно, те вскоре притихли и внимательно уставились на мерхианских кураторов.
Отлично, начинают понимать, что конструктивный диалог результативнее бессмысленных криков…
— Допустим. Но убежище герметично. В него они всё равно не попадут. Итак, северо-восточный сектор. Вы видели что-нибудь странное в той стороне?
Жители снова начали переговариваться. На сей раз намного спокойнее. Деловитее. Наконец-то мерхианцы начинают превращаться в мерхианцев, а не в зазомбированных землян.
— Нет. Никто ничего не видел, — произнёс наконец всё тот же активист.
— Мы не обратили внимания, — призналась какая-то женщина в костюме сотрудника вивария. — Мы спешили. А пожар погас сам собой, как только в помещение попала вода.
— Значит, это бактерии! Нас же предупреждали, что они могут вырваться! Они атакуют убежище и ворвутся в него! — опять выкрикнули из средних рядов. Снова поднялся шум. Но он уже не оглушал. Тише, намного тише. Кто-то всё же пытается думать.
— Сейчас узнаем, куда делись бактерии и смогут ли они кого-то атаковать, — спокойно сказал Темерси и повернулся к Деворану. — Отвлеките их пока. Узнаю, доступен ли бактериологический анализ внешней среды.
— Вы что же, сами поверили, что бактерии могут атаковать? — изумился директор Биоинститута.
— Перестаньте, Деворан. Сканирование нужно провести в любом случае, чтобы оценить масштабы разрушений.
Скэнте отошёл к Фелесси, который уже успел связаться с Мерхией и теперь сосредоточенно всматривался в размытые чёрно-буро-синие пятна на голограмме и бегущие по ним полосы с цифрами. Так, значит, внешнее сканирование уже запущено. Хоть кто-то разумный есть в этом оазисе. Он взглянул на Миота, директора лаборатории, который по-хорошему и должен был сейчас успокаивать и отвлекать жителей, сдерживая их панику. Тот горой жира возвышался у края скамей и выглядел встревоженным.
Даже не бесполезный бездельник, а самый настоящий вредитель. Теперь Темерси был почти уверен, что львиная доля вины за сплетни, панику и дурную славу Седьмой лаборатории лежала на её директоре. А поскольку трудно было поверить в возможность существования среди мерхианцев настолько убеждённого глупца, то подозрения возникали нехорошие. Очень нехорошие.
Страница 4 из 9
