Фандом: Star Wars. AU. Кайло Рен — глава промышленной корпорации. Рей — одна из саботирующих его работу членов Сопротивления.
Добавить в моё избранное
96 мин, 41 сек 1951
Он стиснул челюсти, огромным усилием воли сосредотачиваясь не на губах Рей, а на том, что он должен ей сказать.
— Я не собиралась ничего красть, — опережая его, поспешно произнесла Рей, приняв его пробившиеся эмоции за гнев. — Я пришла поговорить.
Кайло поднял брови, делая глубокий вдох, успокаивая тот огонь, что всё ещё горел внутри.
Не сейчас. Возможно, позже. Он найдёт какую-нибудь девицу — и потушит пламя, хотя бы ненадолго.
— Говори, — сказал он. Он не смог добавить в голос холода — и не пытался.
Рей снова облизнула губу и опустила взгляд, давая Кайло возможность безнаказанно разглядывать тонкие черты. Её пальцы нервно вцепились в подлокотник, и вся она выглядела так, будто была совсем не уверена в том, что делает. На какое-то короткое мгновение Кайло захотелось показать ей те документы, ткнуть её маленьким носом в цифры, в которых исчислялась жадность Леи, чтобы она увидела и поняла, чтобы посмотрела на него по-другому.
Но Рей просто не поверит — и Кайло сделает этим только хуже.
Она всё ещё молчала, собираясь с мыслями. Её пальцы побелели, а верёвка крепче впилась в кожу запястья, но Рей будто не замечала этого. Кайло, не моргая, смотрел на неё, запоминая, фиксируя в памяти каждую чёрточку.
— Я видела… — она замялась, всё так же не глядя на Кайло. — Видела, как она передаёт кристаллы, — её глаза как-то болезненно вспыхнули, и дальше Рей было не остановить. — Я случайно, я искала запчасти для внутреннего коммуникатора, а По сказал, что они в коробке в ангаре, и когда я зашла… — она подняла голову, и Кайло изумился тому, сколько отчаяния было в её глазах. — Контейнеры… Те, в которых транспортируют кристаллы… Их распределяли по грузовым кораблям, а Лея стояла прямо там… — Рей сглотнула, и Кайло всё понял.
Его маленькая крыса впервые столкнулась с предательством, с которым сам Кайло встретился много-много лет назад.
И какая ирония, что они с Рей оказались связаны именно так, через Лею — и узнали об этом почти одновременно.
Ему не было жаль Рей, хоть Кайло до сих пор помнил, каково это — когда тот, кому ты веришь, внезапно снимает маску. Нельзя всё время жить в розовых очках. Всегда настанет момент, когда их сдёрнут, резко, грубо, больно.
И Кайло верил, что чем раньше это произойдёт — тем лучше. В какой-то степени он был благодарен матери — за то, что она сделала это с ним.
И он искренне надеялся, что ад существовал — чтобы после смерти её ждал персональный котёл и вечность в страданиях.
Рей молчала, тяжело дыша, глядя куда-то в сторону. Она не до конца верила в произошедшее; наверное, до сих пор надеялась, что всё это окажется страшным сном. Кайло знал, что она чувствует. И он знал, что именно надо делать.
Он плавно опустился на одно колено и под моментально сфокусировавшимся напряжённым взглядом Рей достал небольшой лазерный нож, купленный ещё во времена бессмысленных скитаний по Галактике в поисках самого себя и нормальной работы. Нож был устаревшей модели, с утяжеленной кремниевой рукоятью, покрытой мелкими царапинами. В последние несколько лет в нём не было необходимости, но Кайло всё равно продолжал носить его с собой, будто напоминание о мятущемся прошлом.
— Что… — встревоженно начала Рей, но тут же замолчала, когда Кайло двумя быстрыми движениями рассёк верёвки, держащие её лодыжки. Ещё пара движений — и Рей зашипела, растирая освобождённые запястья.
Она была так близко, что Кайло несколько мгновений бездумно разглядывал её лицо, не в силах оторваться. Её загорелая кожа оказалась покрыта крошечными веснушками, неравномерно рассыпавшимися по скулам. Он мог разглядеть каждую трещинку на её губах, каждую родинку. Он мог бы рассказать ей, как Лея поступила с ним, как отдала его в приют, даже не обещая навещать; мог бы накрыть её ладошку своей и сказать, что всё будет хорошо — так всегда делали герои в старых книжках, которые Кайло читал, лёжа на узкой жёсткой койке приюта, морщась от боли в спине после очередного профилактического наказания.
Вот только авторы этих книжек не знали, что после предательства ты не просто больше не доверяешь миру — ты не веришь никому. Что после предательства ты жаждешь отмщения. Что что-то глубоко внутри навсегда ломается, и с глаз будто спадает пелена.
Он смотрел, как Рей потирает запястья, на которых кругами застыли следы от верёвки. Конечно, это могло быть искусной игрой — Лея обожала подобное, она бы не поступилась ничем, даже чьей-то жизнью, но вот Рей… Её честность, бросающаяся в глаза преданность идеалам… Она заявилась в Кратеград, рискуя жизнью, чтобы спасти тех, кто работал на её врага. Она сдалась своему врагу, чтобы предать лидера — потому что лидер поступил нечестно.
Сердце неожиданно гулко ударилось о грудную клетку, и Кайло поспешно поднялся на ноги и сделал шаг назад, убирая нож. Рей заставляла его недоумевать — как такое существо вообще смогло выжить на Джакку, опираясь только на свои принципы?
— Я не собиралась ничего красть, — опережая его, поспешно произнесла Рей, приняв его пробившиеся эмоции за гнев. — Я пришла поговорить.
Кайло поднял брови, делая глубокий вдох, успокаивая тот огонь, что всё ещё горел внутри.
Не сейчас. Возможно, позже. Он найдёт какую-нибудь девицу — и потушит пламя, хотя бы ненадолго.
— Говори, — сказал он. Он не смог добавить в голос холода — и не пытался.
Рей снова облизнула губу и опустила взгляд, давая Кайло возможность безнаказанно разглядывать тонкие черты. Её пальцы нервно вцепились в подлокотник, и вся она выглядела так, будто была совсем не уверена в том, что делает. На какое-то короткое мгновение Кайло захотелось показать ей те документы, ткнуть её маленьким носом в цифры, в которых исчислялась жадность Леи, чтобы она увидела и поняла, чтобы посмотрела на него по-другому.
Но Рей просто не поверит — и Кайло сделает этим только хуже.
Она всё ещё молчала, собираясь с мыслями. Её пальцы побелели, а верёвка крепче впилась в кожу запястья, но Рей будто не замечала этого. Кайло, не моргая, смотрел на неё, запоминая, фиксируя в памяти каждую чёрточку.
— Я видела… — она замялась, всё так же не глядя на Кайло. — Видела, как она передаёт кристаллы, — её глаза как-то болезненно вспыхнули, и дальше Рей было не остановить. — Я случайно, я искала запчасти для внутреннего коммуникатора, а По сказал, что они в коробке в ангаре, и когда я зашла… — она подняла голову, и Кайло изумился тому, сколько отчаяния было в её глазах. — Контейнеры… Те, в которых транспортируют кристаллы… Их распределяли по грузовым кораблям, а Лея стояла прямо там… — Рей сглотнула, и Кайло всё понял.
Его маленькая крыса впервые столкнулась с предательством, с которым сам Кайло встретился много-много лет назад.
И какая ирония, что они с Рей оказались связаны именно так, через Лею — и узнали об этом почти одновременно.
Ему не было жаль Рей, хоть Кайло до сих пор помнил, каково это — когда тот, кому ты веришь, внезапно снимает маску. Нельзя всё время жить в розовых очках. Всегда настанет момент, когда их сдёрнут, резко, грубо, больно.
И Кайло верил, что чем раньше это произойдёт — тем лучше. В какой-то степени он был благодарен матери — за то, что она сделала это с ним.
И он искренне надеялся, что ад существовал — чтобы после смерти её ждал персональный котёл и вечность в страданиях.
Рей молчала, тяжело дыша, глядя куда-то в сторону. Она не до конца верила в произошедшее; наверное, до сих пор надеялась, что всё это окажется страшным сном. Кайло знал, что она чувствует. И он знал, что именно надо делать.
Он плавно опустился на одно колено и под моментально сфокусировавшимся напряжённым взглядом Рей достал небольшой лазерный нож, купленный ещё во времена бессмысленных скитаний по Галактике в поисках самого себя и нормальной работы. Нож был устаревшей модели, с утяжеленной кремниевой рукоятью, покрытой мелкими царапинами. В последние несколько лет в нём не было необходимости, но Кайло всё равно продолжал носить его с собой, будто напоминание о мятущемся прошлом.
— Что… — встревоженно начала Рей, но тут же замолчала, когда Кайло двумя быстрыми движениями рассёк верёвки, держащие её лодыжки. Ещё пара движений — и Рей зашипела, растирая освобождённые запястья.
Она была так близко, что Кайло несколько мгновений бездумно разглядывал её лицо, не в силах оторваться. Её загорелая кожа оказалась покрыта крошечными веснушками, неравномерно рассыпавшимися по скулам. Он мог разглядеть каждую трещинку на её губах, каждую родинку. Он мог бы рассказать ей, как Лея поступила с ним, как отдала его в приют, даже не обещая навещать; мог бы накрыть её ладошку своей и сказать, что всё будет хорошо — так всегда делали герои в старых книжках, которые Кайло читал, лёжа на узкой жёсткой койке приюта, морщась от боли в спине после очередного профилактического наказания.
Вот только авторы этих книжек не знали, что после предательства ты не просто больше не доверяешь миру — ты не веришь никому. Что после предательства ты жаждешь отмщения. Что что-то глубоко внутри навсегда ломается, и с глаз будто спадает пелена.
Он смотрел, как Рей потирает запястья, на которых кругами застыли следы от верёвки. Конечно, это могло быть искусной игрой — Лея обожала подобное, она бы не поступилась ничем, даже чьей-то жизнью, но вот Рей… Её честность, бросающаяся в глаза преданность идеалам… Она заявилась в Кратеград, рискуя жизнью, чтобы спасти тех, кто работал на её врага. Она сдалась своему врагу, чтобы предать лидера — потому что лидер поступил нечестно.
Сердце неожиданно гулко ударилось о грудную клетку, и Кайло поспешно поднялся на ноги и сделал шаг назад, убирая нож. Рей заставляла его недоумевать — как такое существо вообще смогло выжить на Джакку, опираясь только на свои принципы?
Страница 19 из 28
