Наперекосяк

Она стояла в ступоре некоторое время, вплоть до тех пор, пока врачи и санитары не ушли. И Молли принялась за работу. Нужно было составить ложное заключение.

Дверь открылась очень тихо, и на пороге морга появился Шерлок. На это раз живой. Как две капли воды похожий на лежащего на столе для аутопсии.

— Спасибо, Молли. За всё, — тихо сказал он.

— Пожалуйста. Я же говорила, что готова помочь… В чём угодно.

— На самом деле, я пришёл попрощаться. Мне надо исчезнуть на некоторое время. Разобраться со всем, подождать, пока шумиха уляжется.

— Да… Я понимаю, — она и правда понимала, что так нужно, но в этом было что-то противоестественное.

— Спасибо, — это было необычно, второй раз за две минуты слышать слово «спасибо» от Холмса, но как выяснилось, это был сущий пустяк.

— Молли, я всё-таки переиграл его. С минуты на минуту его перенесут сюда, так что мне пора. До свидания… — на этих словах Шерлок развернулся на каблуках и быстрыми шагами вышел из морга. Он даже не заметил, что Молли ничего ему не ответила. Она так и осталась стоять на одном месте и смотрела куда-то в пустоту.

Просто так людей в морг не приносили. Значит, Джим умер… Он оставил её окончательно. И больше нет надежды, которая вопреки всему жила в её сердце. Осталась только память… И то самое письмо. Молли побежала за своими вещами, чтобы найти его. Она начала думать, что оно могло исчезнуть так же, как и его составитель. Но вот оно, лежит в кошельке, такое же, как и всегда, сложенное в четыре раза и уже с немного истрепавшимися краями. Это всё, что ей осталось…

Глаза сразу забегали по строчкам и безошибочно нашли нужную:

Я буду помнить о тебе всегда, моя храбрая мышка.

Из глаз девушки потекли слёзы, которые она не могла и не хотела сдерживать. Она беззвучно плакала, повторяя про себя эти слова. И даже не заметила, как к ним добавились новые: «А всегда буду любить тебя. Любила, люблю и буду любить… Я люблю тебя… Люблю тебя. Люблю тебя»…

Эпилог

К вечеру было готово два заключения о смертях в результате самоубийства: Ричард Брук умер от сквозного пулевого проникающего ранения головы с повреждением мозга, Шерлок Холмс — от черепно-мозговой травмы в результате прыжка с крыши. Все сотрудники Бартса, видевшие в тот день заплаканные глаза Молли и её жажду работать, думали, что таким образом она пытается перестать думать о смерти друга-детектива.

Никто не знал, что она хотела забыть о смерти любимого…

Никто не знал, что с этого дня она должна хранить две тайны: Шерлок Холмс жив и когда-нибудь вернётся, а Джеймс Мориарти, он же Ричард Брук, он же человек, разбивший сердце Молли, никогда больше ей не улыбнётся и не назовёт своей мышкой…

Но теперь она знает, что она храбрая и сильная. И она справится, несмотря ни на что, и больше в её жизни не будет ошибок. Ничто и никогда не пойдёт наперекосяк. Она этого не допустит.

Она — самая храбрая мышка.