Фандом: Гарри Поттер. Драко решил выступить в роли «купидона» и причаровать Того-Кого-Нельзя-Называть к прелестной Беллатрисе. Он хотел как лучше, а вышло, как всегда…
Добавить в моё избранное
69 мин, 40 сек 19080
— Пока мы сами не рассказали, — уперев руки в боки, поддержала подругу Лаванда, — а еще лучше покажите. В Хогвартсе же наверняка есть где-нибудь Омут памяти?
— Привет, Герм. — Робко улыбнулся только что вошедший в гостиную Гарри Поттер, удивившись, что подруга не кинулась, как обычно, душить его в объятьях, а замерла в напряженной позе.
— Здравствуйте, мальчики. — Криво улыбнулась она. — Так как насчет Омута памяти? Похвастаетесь своими успехами?
— А! Да, конечно! — Сразу заулыбался Гарри. — В кабинете Дамблдора есть Омут. Пошли, у меня разрешение есть и пароль!
Грейнджер попросила Джинни закинуть ее вещи в спальню, и Золотая троица рванула в директорские пенаты.
— Им — конец! — констатировал Дин Томас.
— Само собой! — Хихикнула младшая Уизли. — Ой, как подумаю, что на месте Хорька могла бы быть я…
Дин приобнял свою девушку и подумал, что, если бы на месте Малфоя оказался он, он бы повесился…
Честно говоря, и Гарри, и Рон были рады похвастаться перед Гермионой своими успехами, поэтому с удовольствием слили в Омут памяти особо приятные сердцу воспоминания. И вот теперь, глядя на подозрительно долго не выныривающую из Омута Грейнджер, ребята и подумать не могли, что она попросту потеряла сознание от увиденного и услышанного.
— Гарри, — пихнул Рыжик в бок Золотого Мальчика, — давай ее вытащим уже? Она третий раз, наверное, пересматривает…
Друзья осторожненько потормошили безжизненное тело девушки, и тут же стоящий слева Рон получил мощный подзатыльник. Гермионино лицо, вынырнувшее наружу, не было лицом их любимой знайки, это было лицо разъяренной Горгоны.
— Вы что, слушать совсем не умеете? — ядовитой коброй вскинулась Грейнджер. — Или вы хотите сказать, что это я не умею объяснять? А-а-а! — Сжав кулаки, зарыдала она и выскочила из кабинета, яростно хлопнув дверью.
— Блин, Гарри, — хлюпнул носом расстроенный Рыжик, потирая ушибленный затылок, — похоже, ты был недостаточно удивителен и жесток! Говорил я тебе, надо было вышить Хорьку хорька!
Гарри обреченно кивнул, и, посовещавшись, друзья поплелись к Хагриду — чайку попить и на жизнь пожаловаться…
— Северус-с-с, — шипел дрожащим от ярости голосом Темный Лорд, размахивая перед лицом побледневшего шпиона письмом Криви. — Почему ты не доложил, что у меня есть соперник? И не кто-то там, а сам Гарри Поттер?
— Да какой он вам соперник, Ваше Темнейшество? — бодрым фальцетом выдал Снейп. — Он же сопляк невоспитанный — всегда так себя ведет. Драко вообще терпеть его не может. Ненавидит с первого курса. Так что никакой он вам не соперник, а то, что вещи тырит, так клептомания у него… весь в папашу! Кстати, на фоне его неадекватных выходок, вы, мой Лорд смотритесь еще более выгодно. На контрасте, так сказать… Уверен, что мой крестник, глядя на Поттера, с каждым днем все больше и больше проникается вашим величием и безусловной привлекательностью…
— Оу! — игриво встрепенулся Волдеморт. — Ты правда так думаешь, друг мой? — Милорд заулыбался от уха до уха. — Как же все-таки хорошо, что Гарри воспитывали эти мерзкие магглы! Естественно, ничему хорошему они не могли его научить. Тем более — манерам и куртуазности…
— О, мой Лорд, в куртуазности вам равных нет вообще. Можно я уже пойду, а? — Зельевар сделал щенячьи глазки. — Посмотрю как там Драко…
— Иди-иди, Северус, и передавай моему несравненному тысячу поцелуев. — Милостиво взмахнув рукой, отпустил его Волдеморт, и принялся задумчиво рассматривать колдографию драки…
Перепуганный насмерть шпион, смахнув со лба холодный пот, немедленно отправился в Хогвартс, сочиняя для мелкого Криви наиболее жестокую расправу. Ну, держись, дятел-стукач!
А пресловутый «дятел» был еще не в курсе, что к нему летит на крыльях ночи ужас подземелий, поэтому радостно шпионил из кустов за Гарри и Роном.
Те представляли собой жалкое зрелище — Хагрид ничего путного придумать не мог, предложил разве что еще разок натравить на Малфоя Клювика для пущей жестокости, так сказать. Друзья посовещались и решили, что это, конечно, жестоко, но ни фига не удивительно, потому что уже было.
Так вздыхая, нога за ногу они и приплелись на ужин в Большой зал, когда все уже расходились. Гарри, поискав глазами белокурую макушку, ожидаемо ее не нашел, зато его самого нашел Снейп и, подхватив под локоток, потащил в ближайший пустой класс.
Сначала Поттер подумал, что его будут бить или вообще сразу пустят на ингредиенты, поэтому очень удивился, когда грозный профессор устало уселся на парту и потер ладонями лицо, явно собираясь с мыслями.
— Поттер, — начал Снейп, сверля того изучающим взглядом. — Вы действительно неравнодушны к мистеру Малфою, или это у вас так… спортивный интерес?
— А что не видно, что ли? — обиделся честный влюбленный.
— Представьте — нет! — Усмехнулся слизеринский декан.
— Привет, Герм. — Робко улыбнулся только что вошедший в гостиную Гарри Поттер, удивившись, что подруга не кинулась, как обычно, душить его в объятьях, а замерла в напряженной позе.
— Здравствуйте, мальчики. — Криво улыбнулась она. — Так как насчет Омута памяти? Похвастаетесь своими успехами?
— А! Да, конечно! — Сразу заулыбался Гарри. — В кабинете Дамблдора есть Омут. Пошли, у меня разрешение есть и пароль!
Грейнджер попросила Джинни закинуть ее вещи в спальню, и Золотая троица рванула в директорские пенаты.
— Им — конец! — констатировал Дин Томас.
— Само собой! — Хихикнула младшая Уизли. — Ой, как подумаю, что на месте Хорька могла бы быть я…
Дин приобнял свою девушку и подумал, что, если бы на месте Малфоя оказался он, он бы повесился…
Честно говоря, и Гарри, и Рон были рады похвастаться перед Гермионой своими успехами, поэтому с удовольствием слили в Омут памяти особо приятные сердцу воспоминания. И вот теперь, глядя на подозрительно долго не выныривающую из Омута Грейнджер, ребята и подумать не могли, что она попросту потеряла сознание от увиденного и услышанного.
— Гарри, — пихнул Рыжик в бок Золотого Мальчика, — давай ее вытащим уже? Она третий раз, наверное, пересматривает…
Друзья осторожненько потормошили безжизненное тело девушки, и тут же стоящий слева Рон получил мощный подзатыльник. Гермионино лицо, вынырнувшее наружу, не было лицом их любимой знайки, это было лицо разъяренной Горгоны.
— Вы что, слушать совсем не умеете? — ядовитой коброй вскинулась Грейнджер. — Или вы хотите сказать, что это я не умею объяснять? А-а-а! — Сжав кулаки, зарыдала она и выскочила из кабинета, яростно хлопнув дверью.
— Блин, Гарри, — хлюпнул носом расстроенный Рыжик, потирая ушибленный затылок, — похоже, ты был недостаточно удивителен и жесток! Говорил я тебе, надо было вышить Хорьку хорька!
Гарри обреченно кивнул, и, посовещавшись, друзья поплелись к Хагриду — чайку попить и на жизнь пожаловаться…
— Северус-с-с, — шипел дрожащим от ярости голосом Темный Лорд, размахивая перед лицом побледневшего шпиона письмом Криви. — Почему ты не доложил, что у меня есть соперник? И не кто-то там, а сам Гарри Поттер?
— Да какой он вам соперник, Ваше Темнейшество? — бодрым фальцетом выдал Снейп. — Он же сопляк невоспитанный — всегда так себя ведет. Драко вообще терпеть его не может. Ненавидит с первого курса. Так что никакой он вам не соперник, а то, что вещи тырит, так клептомания у него… весь в папашу! Кстати, на фоне его неадекватных выходок, вы, мой Лорд смотритесь еще более выгодно. На контрасте, так сказать… Уверен, что мой крестник, глядя на Поттера, с каждым днем все больше и больше проникается вашим величием и безусловной привлекательностью…
— Оу! — игриво встрепенулся Волдеморт. — Ты правда так думаешь, друг мой? — Милорд заулыбался от уха до уха. — Как же все-таки хорошо, что Гарри воспитывали эти мерзкие магглы! Естественно, ничему хорошему они не могли его научить. Тем более — манерам и куртуазности…
— О, мой Лорд, в куртуазности вам равных нет вообще. Можно я уже пойду, а? — Зельевар сделал щенячьи глазки. — Посмотрю как там Драко…
— Иди-иди, Северус, и передавай моему несравненному тысячу поцелуев. — Милостиво взмахнув рукой, отпустил его Волдеморт, и принялся задумчиво рассматривать колдографию драки…
Перепуганный насмерть шпион, смахнув со лба холодный пот, немедленно отправился в Хогвартс, сочиняя для мелкого Криви наиболее жестокую расправу. Ну, держись, дятел-стукач!
А пресловутый «дятел» был еще не в курсе, что к нему летит на крыльях ночи ужас подземелий, поэтому радостно шпионил из кустов за Гарри и Роном.
Те представляли собой жалкое зрелище — Хагрид ничего путного придумать не мог, предложил разве что еще разок натравить на Малфоя Клювика для пущей жестокости, так сказать. Друзья посовещались и решили, что это, конечно, жестоко, но ни фига не удивительно, потому что уже было.
Так вздыхая, нога за ногу они и приплелись на ужин в Большой зал, когда все уже расходились. Гарри, поискав глазами белокурую макушку, ожидаемо ее не нашел, зато его самого нашел Снейп и, подхватив под локоток, потащил в ближайший пустой класс.
Сначала Поттер подумал, что его будут бить или вообще сразу пустят на ингредиенты, поэтому очень удивился, когда грозный профессор устало уселся на парту и потер ладонями лицо, явно собираясь с мыслями.
— Поттер, — начал Снейп, сверля того изучающим взглядом. — Вы действительно неравнодушны к мистеру Малфою, или это у вас так… спортивный интерес?
— А что не видно, что ли? — обиделся честный влюбленный.
— Представьте — нет! — Усмехнулся слизеринский декан.
Страница 13 из 21
