Фандом: Гарри Поттер. Драко решил выступить в роли «купидона» и причаровать Того-Кого-Нельзя-Называть к прелестной Беллатрисе. Он хотел как лучше, а вышло, как всегда…
Добавить в моё избранное
69 мин, 40 сек 19096
С хриплым стоном Малфой кончил и, сладко потянувшись, пошел спать в небольшое бунгало, служившее ему приютом вот уже два года одиннадцать месяцев и двадцать восемь дней — скоро его заточению должен наступить конец! И — здравствуй дом, милый дом…
Растянувшись на простеньком ложе, которое по сравнению с тем, где он спал в мэноре, даже постелью-то назвать было сложно, Драко погрузился в сон… Уж что-что, а спалось в этом диком местечке просто великолепно.
И то ли Дамблдор перемудрил, то ли Драко обсчитался со временем, но едва лишь утром он открыл глаза, как вихрем аппарации его выбросило прямо на ковер малого зала Малфой-мэнора, где в тихой семейной обстановке хозяева и их близкий друг Северус Снейп изволили завтракать.
Троица испуганно вскинулась, не сразу признав в рослом загорелом красавце, живописно разметавшемся на ковре, сына и крестника, который три года назад покинул их совсем еще мальчишкой — хрупким и угловатым.
Люциус, скользнув по телу отпрыска изучающим взглядом, гордо приосанился.
— А мальчик-то весь в меня, — заявил он, набрасывая на сына свой халат и прижимая к груди его не по-малфоевски лохматую после принудительной аппарации голову.
— Ой, Люци, ты себе льстишь, — мурлыкнула Нарцисса, расцеловав Драко в обе щеки. — Мальчик кое в чем тебя, безусловно, перерос.
— Ничего и не льстит! — обиделся за Малфоя-старшего Снейп. И тоже полез обниматься. — Просто один в один.
— Ну, тебе-то, конечно, виднее, — захихикала леди Малфой.
Сказать, что Драко был ошеломлен переменами в своем благородном семействе — ничего не сказать. Он был шокирован, скандализирован, но все же бесконечно рад оказаться дома. А с родителями и Северусом он как-нибудь потом разберется… когда отдохнет, придет в себя и поймет, что вообще происходит в этом новом для него мире…
Стажеры веселой стайкой толпились у дверей кабинета самого высокого начальника Аврората, и их радужное настроение было весьма понятно — шутка ли, сам Главный аврор Кингсли Шеклболт отправит их на первые, правда, совсем простенькие задания. Раздача слоников должна была начаться еще полчаса назад, но проскользнувший ужом к Кингу Альбус Дамблдор несколько сбил обычно четкий график приемов Главного.
Когда терпение молодой аврорской поросли уже заканчивалось и их галдеж стал просто неприличным, из кабинета высунулся довольный директор Хогвартса и ласковым голосом попросил Гарри Поттера зайти. Рон и Гермиона с беспокойством посмотрели вслед скрывшемуся за дверью товарищу — их терзали смутные сомнения. Уж больно таинственной была физиономия у старого интригана.
Что? Вы спрашиваете, каким образом среди будущих авроров затесалась Грейнджер? Так тут всё просто — она, несмотря на то, что собиралась стать самой известной правозащитницей, знала исключительную подвижность психики своих друзей и побоялась отпускать их из-под опеки. А защищать права домовых эльфов, ну или, скажем, каких-нибудь хорьков она и так сможет, уж будьте уверены!
— Гарри, здравствуй, — басовито прогудел Шеклболт, обнимая Поттера, — рад тебя видеть! Заматерел ты, брат! Вон, какой большой стал — скоро меня перерастешь!
Это, конечно же, было преувеличение, поскольку, хотя Поттер действительно с пресловутых хогвартских времен значительно подрос и раздался в плечах, до Кингсли ему дорасти не удалось бы ни при каких обстоятельствах — уж больно Главный аврор был здоровущ!
Когда с приветствиями было покончено, Шеклболт посерьезнел и, доверительно положив Гарри руку на плечо, сообщил: «Вот что, сынок, есть для тебя особое поручение. Сегодня утром следящие чары оповестили, что Драко Малфой объявился дома. Твоя задача его допросить: где был, с кем и прочее. Далее — по результатам! Все доступы для тебя открыты. В Малфой-мэнор можешь являться, когда вздумается и без предупреждения. В данном случае у тебя высший уровень полномочий. Справишься?» — И Главный аврор участливо заглянул Поттеру в глаза. А там — тако-о-ое-е-е…
— Не сомневайтесь, Кингсли, справлюсь! — прорычал Гарри Поттер и, не прощаясь, вихрем вылетел вон.
— Альбус! — нервно пискнул Шеклболт. — Вот какого Мордреда тебе это надо, а? Он же младшего Малфоя до инфаркта сейчас доведет или еще чего похуже. Мне докладывали, что он на шестом курсе вытворял!
— Эх, забыл ты, как молодым был, Кингсли… Любовь это, любовь… Пусть мальчики разберутся наконец. — И Альбус Дамблдор, сморгнув от умиления пару слезинок, выплыл за дверь, оставив Главного аврора в совершеннейшем недоумении.
— Любовь? Вот это? Да-а-а… Да, не дай Мерлин. — Шеклболт достал из сейфа початую бутылку огневиски и сделал щедрый глоток — говорят, от нервов помогает…
Когда Гарри, пробкой вылетев из кабинета Главного и сметя по дороге пару однокурсников, бешеным аллюром рванул в сторону каминов, Гермиона и Рон тут же припустили следом.
— Гарри, что случилось?
Растянувшись на простеньком ложе, которое по сравнению с тем, где он спал в мэноре, даже постелью-то назвать было сложно, Драко погрузился в сон… Уж что-что, а спалось в этом диком местечке просто великолепно.
И то ли Дамблдор перемудрил, то ли Драко обсчитался со временем, но едва лишь утром он открыл глаза, как вихрем аппарации его выбросило прямо на ковер малого зала Малфой-мэнора, где в тихой семейной обстановке хозяева и их близкий друг Северус Снейп изволили завтракать.
Троица испуганно вскинулась, не сразу признав в рослом загорелом красавце, живописно разметавшемся на ковре, сына и крестника, который три года назад покинул их совсем еще мальчишкой — хрупким и угловатым.
Люциус, скользнув по телу отпрыска изучающим взглядом, гордо приосанился.
— А мальчик-то весь в меня, — заявил он, набрасывая на сына свой халат и прижимая к груди его не по-малфоевски лохматую после принудительной аппарации голову.
— Ой, Люци, ты себе льстишь, — мурлыкнула Нарцисса, расцеловав Драко в обе щеки. — Мальчик кое в чем тебя, безусловно, перерос.
— Ничего и не льстит! — обиделся за Малфоя-старшего Снейп. И тоже полез обниматься. — Просто один в один.
— Ну, тебе-то, конечно, виднее, — захихикала леди Малфой.
Сказать, что Драко был ошеломлен переменами в своем благородном семействе — ничего не сказать. Он был шокирован, скандализирован, но все же бесконечно рад оказаться дома. А с родителями и Северусом он как-нибудь потом разберется… когда отдохнет, придет в себя и поймет, что вообще происходит в этом новом для него мире…
Стажеры веселой стайкой толпились у дверей кабинета самого высокого начальника Аврората, и их радужное настроение было весьма понятно — шутка ли, сам Главный аврор Кингсли Шеклболт отправит их на первые, правда, совсем простенькие задания. Раздача слоников должна была начаться еще полчаса назад, но проскользнувший ужом к Кингу Альбус Дамблдор несколько сбил обычно четкий график приемов Главного.
Когда терпение молодой аврорской поросли уже заканчивалось и их галдеж стал просто неприличным, из кабинета высунулся довольный директор Хогвартса и ласковым голосом попросил Гарри Поттера зайти. Рон и Гермиона с беспокойством посмотрели вслед скрывшемуся за дверью товарищу — их терзали смутные сомнения. Уж больно таинственной была физиономия у старого интригана.
Что? Вы спрашиваете, каким образом среди будущих авроров затесалась Грейнджер? Так тут всё просто — она, несмотря на то, что собиралась стать самой известной правозащитницей, знала исключительную подвижность психики своих друзей и побоялась отпускать их из-под опеки. А защищать права домовых эльфов, ну или, скажем, каких-нибудь хорьков она и так сможет, уж будьте уверены!
— Гарри, здравствуй, — басовито прогудел Шеклболт, обнимая Поттера, — рад тебя видеть! Заматерел ты, брат! Вон, какой большой стал — скоро меня перерастешь!
Это, конечно же, было преувеличение, поскольку, хотя Поттер действительно с пресловутых хогвартских времен значительно подрос и раздался в плечах, до Кингсли ему дорасти не удалось бы ни при каких обстоятельствах — уж больно Главный аврор был здоровущ!
Когда с приветствиями было покончено, Шеклболт посерьезнел и, доверительно положив Гарри руку на плечо, сообщил: «Вот что, сынок, есть для тебя особое поручение. Сегодня утром следящие чары оповестили, что Драко Малфой объявился дома. Твоя задача его допросить: где был, с кем и прочее. Далее — по результатам! Все доступы для тебя открыты. В Малфой-мэнор можешь являться, когда вздумается и без предупреждения. В данном случае у тебя высший уровень полномочий. Справишься?» — И Главный аврор участливо заглянул Поттеру в глаза. А там — тако-о-ое-е-е…
— Не сомневайтесь, Кингсли, справлюсь! — прорычал Гарри Поттер и, не прощаясь, вихрем вылетел вон.
— Альбус! — нервно пискнул Шеклболт. — Вот какого Мордреда тебе это надо, а? Он же младшего Малфоя до инфаркта сейчас доведет или еще чего похуже. Мне докладывали, что он на шестом курсе вытворял!
— Эх, забыл ты, как молодым был, Кингсли… Любовь это, любовь… Пусть мальчики разберутся наконец. — И Альбус Дамблдор, сморгнув от умиления пару слезинок, выплыл за дверь, оставив Главного аврора в совершеннейшем недоумении.
— Любовь? Вот это? Да-а-а… Да, не дай Мерлин. — Шеклболт достал из сейфа початую бутылку огневиски и сделал щедрый глоток — говорят, от нервов помогает…
Когда Гарри, пробкой вылетев из кабинета Главного и сметя по дороге пару однокурсников, бешеным аллюром рванул в сторону каминов, Гермиона и Рон тут же припустили следом.
— Гарри, что случилось?
Страница 17 из 21
