Фандом: Миры Хаяо Миядзаки и студии GHIBLI. Битва с людьми закончилась для них поражением. Люди вырубили леса, где они обитали, и даже сравняли с землей холмы, на которых располагались эти леса… Теперь на этом месте раскинулся городок Тама — часть гигантского агломерата Токио. Но среди его обитателей есть и те, кто проиграл великую битву. Теперь они вынуждены притворяться людьми…
Добавить в моё избранное
4 мин, 14 сек 15149
На стеклянной витрине небольшого кафе в токийском пригороде Тама красовались огромные лиловые иероглифы, складывающиеся в вывеску «Гадальный салон госпожи Ороку».
Мужчины обычно равнодушно проходили мимо. Впрочем, в период перед экзаменами в школах и вузах у этой знаменитой гадалки бывали и клиенты мужского пола.
Ну а женщины — те почти всегда с интересом поглядывали на вывеску. Иные заходили из любопытства, а потом наведывались сюда снова и снова. Не говоря уже о постоянных клиентках госпожи Ороку, у многих из которых даже выработались свои, привычные дни для посещения.
Салон был крохотный, под стать кафе, в котором размещался. И все же между диванчиком для ожидающих очереди и столом гадалки было приличное расстояние. Благодаря этому глухое бормотание старой женщины было совершенно не различимо для тех, кого не касалось то или иное предсказание.
Неудивительно, что томящиеся в очереди любили строить — про себя и вслух — различные предположения о том, что привело сюда других. Вот и сейчас из четырех посетительниц в очереди одна, юная школьница, читала мангу, другая, девушка постарше, сидела, уткнувшись в телефон, а еще две, по виду офисные служащие лет тридцати, шепотом переговаривались, обсуждая ту, которая сидела сейчас перед гадалкой.
— Толстая какая, а ведь еще довольно молодая… Совсем за собой не следит!
— А костюм-то, костюм — ярко-оранжевый! Ну и безвкусица!
— Спорим, она недавно из деревни…
— Небось, хочет узнать — изменяет ли ей муж со столичными барышнями?
— Это я ей и без гадалки могу сказать…
И обе женщины тихонько рассмеялись. Полноватая школьница, сидящая рядом, подняла взгляд от страниц манги и хмуро покосилась на этих двоих.
Но за столом прорицательницы шел сейчас совсем не такой разговор, какой представляли себе офисные сороки.
— Видишь кого-нибудь из наших, Окийо?
— Недавно встретила настоятеля Цуругами. Но он был с двумя монахами-людьми, и я не рискнула подойти… Извините, госпожа Ороку, мне пора. Скоро открывается бар, а сегодня моя смена.
— Тяжелый у тебя заработок, деточка. За барной стойкой стоять — это же весь день на ногах! Одна радость — нужный напиток всегда рядом, а то мало ли что… Ладно, Окийо, передавай привет Сёкити! Скажи ему, что неплохо было бы увидеться со всеми. Как-нибудь на выходные, на нашей прежней поляне для сходок… Можем обставить всё как пикник с ночевкой — никто из людей и не поймет.
— Непременно передам, госпожа Ороку… Всего доброго! Ой, кстати, о напитке. Чуть не забыла… Это вам!
Женщина в оранжевом костюме вытащила из сумки и поставила на стол перед прорицательницей баночку популярного «энергетика». Все постоянные клиентки знали маленькую слабость госпожи Ороку — она чуть ли не ежечасно выпивала по баночке этого напитка. Некоторые даже приносили ей его в подарок.
Когда за клиенткой закрылась дверь, прорицательница, грузная старуха в красной традиционной одежде, поправила старинный гребень в высокой прическе, оглядела очередь и властно провозгласила:
— Следующая!
На ее зов к столу подошла школьница, пряча под мышку томик манги. Уселась на стул. Хотела что-то сказать, но передумала. Гадалка сама взяла ее ладонь, поводила по ней пальцем.
— Что, деточка? Ты его любишь, а он на тебя внимания не обращает?
— Это потому, что я какая-то не такая, да? Толстая и некрасивая…
— Да, ты не такая, как все… Ты особенная… А разве родители тебе ничего не говорили?
— Они погибли в аварии, когда я была совсем маленькая. Я живу с тетей, но с ней не поговоришь по душам… Она очень суровая. Иногда, когда я сильно устаю или очень переживаю, то вижу себя в зеркале совсем другой… Погодите, а откуда вы знаете, что я…
— И что ты видишь в зеркале? Примерно вот это, да? — ласково спросила гадалка, и лицо ее на какую-то секунду превратилось в лохматую звериную морду.
Девочка так и замерла, глядя на нее широко распахнутыми глазами, под которыми все больше расползались темные круги… В следующую секунду и ее собственное лицо вдруг превратилось в такую же морду, но тут же приняло прежний вид. Школьница закрыла глаза и страшно побледнела.
— Э, да ты совсем пала духом… Вот, выпей срочно, чтобы людей своим истинным обликом не пугать! — и старуха кивнула на баночку «энергетика» на столе.
— Спасибо большое… — проговорила девочка, открыв банку и жадно отпив глоток. — Я очень люблю этот напиток, мне от него сразу легче становится…
— Еще бы, — прищурилась гадалка. — Ты ведь детеныш тануки-оборотня. Полукровка, насколько могу судить…
— Что вы сказали? — пролепетала девочка, поперхнувшись напитком.
— Не бойся. Я тоже тануки-оборотень. Вот, держи телефончик. Позвони вечерком, после семи. Поговорим. И решим, что будем делать… Я тебя с нашими сведу, если хочешь.
— Хочу…
Мужчины обычно равнодушно проходили мимо. Впрочем, в период перед экзаменами в школах и вузах у этой знаменитой гадалки бывали и клиенты мужского пола.
Ну а женщины — те почти всегда с интересом поглядывали на вывеску. Иные заходили из любопытства, а потом наведывались сюда снова и снова. Не говоря уже о постоянных клиентках госпожи Ороку, у многих из которых даже выработались свои, привычные дни для посещения.
Салон был крохотный, под стать кафе, в котором размещался. И все же между диванчиком для ожидающих очереди и столом гадалки было приличное расстояние. Благодаря этому глухое бормотание старой женщины было совершенно не различимо для тех, кого не касалось то или иное предсказание.
Неудивительно, что томящиеся в очереди любили строить — про себя и вслух — различные предположения о том, что привело сюда других. Вот и сейчас из четырех посетительниц в очереди одна, юная школьница, читала мангу, другая, девушка постарше, сидела, уткнувшись в телефон, а еще две, по виду офисные служащие лет тридцати, шепотом переговаривались, обсуждая ту, которая сидела сейчас перед гадалкой.
— Толстая какая, а ведь еще довольно молодая… Совсем за собой не следит!
— А костюм-то, костюм — ярко-оранжевый! Ну и безвкусица!
— Спорим, она недавно из деревни…
— Небось, хочет узнать — изменяет ли ей муж со столичными барышнями?
— Это я ей и без гадалки могу сказать…
И обе женщины тихонько рассмеялись. Полноватая школьница, сидящая рядом, подняла взгляд от страниц манги и хмуро покосилась на этих двоих.
Но за столом прорицательницы шел сейчас совсем не такой разговор, какой представляли себе офисные сороки.
— Видишь кого-нибудь из наших, Окийо?
— Недавно встретила настоятеля Цуругами. Но он был с двумя монахами-людьми, и я не рискнула подойти… Извините, госпожа Ороку, мне пора. Скоро открывается бар, а сегодня моя смена.
— Тяжелый у тебя заработок, деточка. За барной стойкой стоять — это же весь день на ногах! Одна радость — нужный напиток всегда рядом, а то мало ли что… Ладно, Окийо, передавай привет Сёкити! Скажи ему, что неплохо было бы увидеться со всеми. Как-нибудь на выходные, на нашей прежней поляне для сходок… Можем обставить всё как пикник с ночевкой — никто из людей и не поймет.
— Непременно передам, госпожа Ороку… Всего доброго! Ой, кстати, о напитке. Чуть не забыла… Это вам!
Женщина в оранжевом костюме вытащила из сумки и поставила на стол перед прорицательницей баночку популярного «энергетика». Все постоянные клиентки знали маленькую слабость госпожи Ороку — она чуть ли не ежечасно выпивала по баночке этого напитка. Некоторые даже приносили ей его в подарок.
Когда за клиенткой закрылась дверь, прорицательница, грузная старуха в красной традиционной одежде, поправила старинный гребень в высокой прическе, оглядела очередь и властно провозгласила:
— Следующая!
На ее зов к столу подошла школьница, пряча под мышку томик манги. Уселась на стул. Хотела что-то сказать, но передумала. Гадалка сама взяла ее ладонь, поводила по ней пальцем.
— Что, деточка? Ты его любишь, а он на тебя внимания не обращает?
— Это потому, что я какая-то не такая, да? Толстая и некрасивая…
— Да, ты не такая, как все… Ты особенная… А разве родители тебе ничего не говорили?
— Они погибли в аварии, когда я была совсем маленькая. Я живу с тетей, но с ней не поговоришь по душам… Она очень суровая. Иногда, когда я сильно устаю или очень переживаю, то вижу себя в зеркале совсем другой… Погодите, а откуда вы знаете, что я…
— И что ты видишь в зеркале? Примерно вот это, да? — ласково спросила гадалка, и лицо ее на какую-то секунду превратилось в лохматую звериную морду.
Девочка так и замерла, глядя на нее широко распахнутыми глазами, под которыми все больше расползались темные круги… В следующую секунду и ее собственное лицо вдруг превратилось в такую же морду, но тут же приняло прежний вид. Школьница закрыла глаза и страшно побледнела.
— Э, да ты совсем пала духом… Вот, выпей срочно, чтобы людей своим истинным обликом не пугать! — и старуха кивнула на баночку «энергетика» на столе.
— Спасибо большое… — проговорила девочка, открыв банку и жадно отпив глоток. — Я очень люблю этот напиток, мне от него сразу легче становится…
— Еще бы, — прищурилась гадалка. — Ты ведь детеныш тануки-оборотня. Полукровка, насколько могу судить…
— Что вы сказали? — пролепетала девочка, поперхнувшись напитком.
— Не бойся. Я тоже тануки-оборотень. Вот, держи телефончик. Позвони вечерком, после семи. Поговорим. И решим, что будем делать… Я тебя с нашими сведу, если хочешь.
— Хочу…
Страница 1 из 2
