Фандом: Гарри Поттер. Долгие годы после похода армии, ведомой Годриком Гриффиндором, гоблины поддерживали условия позорного для них мира. Но великий волшебник уже много лет лежит в земле, и снова тяжелая поступь закованных в латы существ сотрясает подлунный мир, а шаманство гоблинов спорит с волшебством людей.
Добавить в моё избранное
9 мин, 53 сек 15527
Магию стоило экономить.
Вбежавшие солдаты ухватили так и не пришедшего в себя раненого и вынесли его из палатки, а их товарищи внесли новое тело, на этот раз — с жуткими повреждениями грудной клетки.
— Эликсиры! — рявкнул Фламель на замершую девушку, склоняясь над раненым и пытаясь понять, сможет ли помочь ему.
— Первый резервный отряд! Зайдите по центру, поддержите МакГи, — отрывисто скомандовал Люк де Крий, ректор Академии боевой магии, командовавший объединенными силами магов и маглов в этом сражении.
Над полем, которое впоследствии назовут Полем Костей, царил какой-то чудовищный звук, будто там ворочался сам дракон Фафнир, очнувшийся от вечного сна в глубине пещер. Рёв сцепившихся в схватке призванных гоблинскими шаманами демонов со стальными и каменными големами Академии Боевой магии. Грохот и лязг магловского железа на левом фланге, где прямоугольники алебардщиков и копейщиков, нанятых на золото старинных родов, сшиблись с закованными в бронзовые и стальные доспехи гоблинами, в исступлении рвущимися вперед, не обращая внимания на раны. Всё это сливалось в настоящую какофонию звуков.
А в центре, невзирая на потери, в безумной круговерти магии сражались волшебники и гоблинские шаманы. Где-то там, в окружении мельчайших алых капель, стояли спина к спине брат и сестра — маги крови Лилиан и Кормак МакГи. К ним, разбрасывая во все стороны огненные струи и пронзающие стальные иглы, пробивалась пятерка магов, стоявших доселе в резерве — их причудливые, непривычные взгляду англичан одежды говорили о том, что это горцы, спустившиеся из какого-то крошечного поселка. Встававших у них на пути гоблинов-бойцов они попросту сметали с дороги слаженными стихийными ударами. Но вот вместо воинов к ним навстречу выбрался старый шаман с украшенным черепами посохом, и один из горцев, схватившись за грудь, медленно осел на землю. Гоблин ловко поймал вырванное из груди еще трепещущее сердце и оскалился окровавленными губами. Однако оставшиеся горцы, сплотив ряды, накрыли <u>шамана</u> облаком Разъедающего тумана, и из-под клубящегося покрова раздался лишь короткий предсмертный визг.
— Что там у вас? — де Крий развернулся к кругу из полусотни магов. Это был своеобразный резерв для сплетения масштабных заклинаний в противовес гоблинским шаманам, которые суетились в тылу армии зеленокожих существ, готовя новую атаку.
— Шаманы пытаются открыть ворота в нижние планы, — седой волшебник, преподаватель демонологии, бывший одним из ведущих в круге, мотнул головой в сторону багрового сияния, разгорающегося на противоположном конце поля.
— Вы сможете их достать отсюда Дыханием хаоса или Серым саваном?
— Нет, мастер, — качнул головой демонолог. — Они успеют открыть ворота раньше, чем мы сплетем достаточно мощные чары. Мы создаём искажения, разрушающие канал в нижние миры.
— Как только будете уверены, что сумеете атаковать самостоятельно — немедленно действуйте, — де Крий потер саднящий шрам на щеке и развернулся к полю, где смерть щедро собирала свою жатву с цвета волшебного сообщества. Гибли носители редчайшей крови, гибли простые маги, недавние выпускники Хогвартса и Академии боевой магии, гибли аристократы и рядовые волшебники. И без счёта валились в утоптанную землю гоблинские тела, разорванные, сожженные и изъеденные самым чёрным волшебством.
— Справа! — резкий крик Лилиан заставил Кормака пригнуться, вскинув перед собой кровавый щит. Удар гоблинского копья бессильно скользнул по матовой поверхности, а волшебник коротким движением голой руки пробил грудь гоблина, вырывая сердце. Кровь, хлынувшая из страшной раны, превратилась в десятки острых игл, буквально разорвавших бежавшего следом шамана.
Вспышка — где-то за пределами клокочущего месива тел со стороны гоблинского лагеря поднялось алое зарево.
— Врата! — ахнул Кормак, продолжая под прикрытием сестры сплетать заклинание Сети. Мгновением позже тончайшие стальные нити охватили притаившегося за грудой мертвых тел раненого шамана. — Они открыли врата!
— Это смерть, — выдавила его сестра, стремительными взмахами рук сбивая в сторону летящие в них заклинания. — Тут погибнут все.
— Последняя Жертва, — медленно произнес Кормак. — Возможно, мы успеем.
— Ты с ума сошел! — Лилиан побледнела.
— Маги не справятся с призванной шаманами тварью, — выкрикнул Кормак. — Круг может только помешать им создать новые врата, а в прошлый раз убивать Призванного пришлось великому Годрику.
— Ризар! — повысила голос Лилиан, обращаясь к главному в четверке горцев. — Не дайте гоблинам помешать ритуалу.
Рука девушки с нежностью прикоснулась к щеке старшего брата.
— Ngaro te mamae. Haere mai taua e Mou?, — два заклинания черной магии, снимающие боль и придающие сил, легли на волшебника. Лилиан быстро чертила на земле простую, но очень редко используемую фигуру: полумесяцы, вписанные в треугольник.
Вбежавшие солдаты ухватили так и не пришедшего в себя раненого и вынесли его из палатки, а их товарищи внесли новое тело, на этот раз — с жуткими повреждениями грудной клетки.
— Эликсиры! — рявкнул Фламель на замершую девушку, склоняясь над раненым и пытаясь понять, сможет ли помочь ему.
— Первый резервный отряд! Зайдите по центру, поддержите МакГи, — отрывисто скомандовал Люк де Крий, ректор Академии боевой магии, командовавший объединенными силами магов и маглов в этом сражении.
Над полем, которое впоследствии назовут Полем Костей, царил какой-то чудовищный звук, будто там ворочался сам дракон Фафнир, очнувшийся от вечного сна в глубине пещер. Рёв сцепившихся в схватке призванных гоблинскими шаманами демонов со стальными и каменными големами Академии Боевой магии. Грохот и лязг магловского железа на левом фланге, где прямоугольники алебардщиков и копейщиков, нанятых на золото старинных родов, сшиблись с закованными в бронзовые и стальные доспехи гоблинами, в исступлении рвущимися вперед, не обращая внимания на раны. Всё это сливалось в настоящую какофонию звуков.
А в центре, невзирая на потери, в безумной круговерти магии сражались волшебники и гоблинские шаманы. Где-то там, в окружении мельчайших алых капель, стояли спина к спине брат и сестра — маги крови Лилиан и Кормак МакГи. К ним, разбрасывая во все стороны огненные струи и пронзающие стальные иглы, пробивалась пятерка магов, стоявших доселе в резерве — их причудливые, непривычные взгляду англичан одежды говорили о том, что это горцы, спустившиеся из какого-то крошечного поселка. Встававших у них на пути гоблинов-бойцов они попросту сметали с дороги слаженными стихийными ударами. Но вот вместо воинов к ним навстречу выбрался старый шаман с украшенным черепами посохом, и один из горцев, схватившись за грудь, медленно осел на землю. Гоблин ловко поймал вырванное из груди еще трепещущее сердце и оскалился окровавленными губами. Однако оставшиеся горцы, сплотив ряды, накрыли <u>шамана</u> облаком Разъедающего тумана, и из-под клубящегося покрова раздался лишь короткий предсмертный визг.
— Что там у вас? — де Крий развернулся к кругу из полусотни магов. Это был своеобразный резерв для сплетения масштабных заклинаний в противовес гоблинским шаманам, которые суетились в тылу армии зеленокожих существ, готовя новую атаку.
— Шаманы пытаются открыть ворота в нижние планы, — седой волшебник, преподаватель демонологии, бывший одним из ведущих в круге, мотнул головой в сторону багрового сияния, разгорающегося на противоположном конце поля.
— Вы сможете их достать отсюда Дыханием хаоса или Серым саваном?
— Нет, мастер, — качнул головой демонолог. — Они успеют открыть ворота раньше, чем мы сплетем достаточно мощные чары. Мы создаём искажения, разрушающие канал в нижние миры.
— Как только будете уверены, что сумеете атаковать самостоятельно — немедленно действуйте, — де Крий потер саднящий шрам на щеке и развернулся к полю, где смерть щедро собирала свою жатву с цвета волшебного сообщества. Гибли носители редчайшей крови, гибли простые маги, недавние выпускники Хогвартса и Академии боевой магии, гибли аристократы и рядовые волшебники. И без счёта валились в утоптанную землю гоблинские тела, разорванные, сожженные и изъеденные самым чёрным волшебством.
— Справа! — резкий крик Лилиан заставил Кормака пригнуться, вскинув перед собой кровавый щит. Удар гоблинского копья бессильно скользнул по матовой поверхности, а волшебник коротким движением голой руки пробил грудь гоблина, вырывая сердце. Кровь, хлынувшая из страшной раны, превратилась в десятки острых игл, буквально разорвавших бежавшего следом шамана.
Вспышка — где-то за пределами клокочущего месива тел со стороны гоблинского лагеря поднялось алое зарево.
— Врата! — ахнул Кормак, продолжая под прикрытием сестры сплетать заклинание Сети. Мгновением позже тончайшие стальные нити охватили притаившегося за грудой мертвых тел раненого шамана. — Они открыли врата!
— Это смерть, — выдавила его сестра, стремительными взмахами рук сбивая в сторону летящие в них заклинания. — Тут погибнут все.
— Последняя Жертва, — медленно произнес Кормак. — Возможно, мы успеем.
— Ты с ума сошел! — Лилиан побледнела.
— Маги не справятся с призванной шаманами тварью, — выкрикнул Кормак. — Круг может только помешать им создать новые врата, а в прошлый раз убивать Призванного пришлось великому Годрику.
— Ризар! — повысила голос Лилиан, обращаясь к главному в четверке горцев. — Не дайте гоблинам помешать ритуалу.
Рука девушки с нежностью прикоснулась к щеке старшего брата.
— Ngaro te mamae. Haere mai taua e Mou?, — два заклинания черной магии, снимающие боль и придающие сил, легли на волшебника. Лилиан быстро чертила на земле простую, но очень редко используемую фигуру: полумесяцы, вписанные в треугольник.
Страница 2 из 3
