Ничего невозможного

Я допускаю, что они были, но не могу сказать точно…

— Разумеется, они были! — воскликнул профессор Шлиан. — Или же вы полагаете, что Вейдер объединял флот только ради победы в войне, а не ради захвата власти?

— Я не знаю, — сказал Люк ровно. — У меня нет никаких данных, и мотивы я додумывать не хочу. Известных мне было для моей работы вполне достаточно.

— Это именно то, о чем я говорю. Вы не чувствуете моральной ответственности за выводы, которые неискушенный читатель может сделать из вашей работы.

— Вы имеете в виду, — переспросил Люк немного ошарашенно, — что опасаетесь, как бы прочитавший мой диплом не изменил отношение к лорду Вейдеру, потому что тот был эффективным организатором?

— Не лорду! — вскричал профессор Шлиан.

Пиетт чуть улыбнулся.

— В самом деле, это немного слишком, — вмешался декан. — Полагаю, работа вполне может быть принята в своем нынешнем виде и опубликована со всего лишь небольшими изменениями.

— Согласованными с внутренней безопасностью, — сказал генерал Илан. — В этом случае — не возражаю.

— Какими еще изменениями? — вскинулся профессор Са.

— Самыми минимальными, — ответил декан.

— Ты был слишком резок, — сказала Лея. Они возвращались домой: у Люка не было никакого настроения праздновать. — Ты должен был сказать, что подумаешь над правками.

— Да над чем там думать! — Хан махнул рукой. — Все он сделал как надо, только послал недостаточно далеко.

— Хан!

— Что — Хан? Зачем его работе предисловие «никак-не-лорд Вейдер плохой-плохой-плохой» и послесловие«и хотел он плохого-плохого-плохого»? Я бы их вообще послал в желудок к сарлакку, малыш слишком вежливый. Люк, дипшкола тебя испортила, ты у Веджа пройди повторный курс «посыла на»!

Люк фыркнул.

— Неплохая мысль. Я только за, сам понимаешь.

Вот только у Веджа больше не эскадрилья, у него почетное генеральство и группа пилотов-испытателей на Фондоре, их не станешь «посылать на». Впрочем, можно и слетать. Как-нибудь.

— Какая разница, зачем работе предисловие и послесловие! — Лея нахмурилась. Резко дернула машину на северо-восток, обгоняя медлительный семейный «тарин».

— Йо-хо! — вскричал Хан. — Да ты научилась водить! Ну наконец-то! Давай еще, вон рыжий пижон тащится, низведи его!

— Вот еще, — сказала Лея. И подрезала рыжего, неприятно улыбаясь. — Как я говорила, неважно, нужны ли твоей работе дополнения или нет. Если они условие ее публикации, то глупо от публикации отказываться. Ты убил на нее три года!

— Жаль, конечно, — сказал Люк. — Не трех лет, просто опять ведь начнут говорить, что диплом мне дали за «прошлые заслуги». Но я не хочу ставить мое имя под тем, с чем не согласен полностью.

— Ты не согласен, что он…

— Давай не будем, — прервал ее Люк. Какая разница, согласен он или нет. Отец умер. Насколько он был «плохой», больше не имело значения. — Я не согласен с их формулировками. А писать про его мотивы мне и вовсе претит, я ничего про них не знаю, и никто не знает. В том-то и дело.

— Это политика, — отрубила Лея. — Ты — дипломат. Теперь уже и с дипломом. Привыкай. Мы все говорим: «Вы так умны», а думаем: «Вот идиот».

— Малыш малость не про это, — сказал Хан. — Из его работы делают пропаганду. Пусть сами пишут, а не примазываются, я считаю. Кстати, вам не кажется, что они слишком настаивали? Принять его работу за проимперскую мог только республиканский пропагандист.

— Возможно… — протянула Лея. — Его диплом обязательно бы прочитали, патент привлек много внимания. Ты считаешь, дело не в дипломе?

— Поверь контрабандисту, — сказал Хан. — Они в нем собирались протащить антиимперскую пропаганду.

— Будто и так ее мало, — удивился Люк.

— Но не от героя Сопротивления, — заметила Лея. — Очень интересно… Заранее готовят общественное мнение и одобрение влиятельных фигур. Что-то будет.

— Против Имперского Остатка, — сказал Люк. — Верно ведь? Опять война?

— В моем болоте все пока тихо. — Хан пожал плечами. — Но я бы не удивился. Слишком концентрация патриотизма повысилась.

— Может, на Куат нажмут, — сказала Лея. — Чтобы с Остатком не торговал. Было бы неплохо, между прочим. Посмотрим. Но все же жаль, Люк. Столько усилий.

Люк пожал плечами.

Следующее утро началось с новостного заголовка: «Герой Республики и наследник Дарта Вейдера написал диплом, лояльный Империи!».

«Корусант Сегодня»: То есть вы не выкладывали ваш диплом в Сеть?

Люк Скайвокер: Нет. Моя защита была закрытой, и я подчинился решению комиссии, согласно правилам Университета и Высшей дипломатической школы.

КС: Есть ли у вас подозрения?

ЛС: Вероятно, кто-то взломал мой датапад. Я работал над текстом в публичных местах, пересылал его по общим каналам.