Фандом: Star Wars. Пять лет после Эндора. Дарт Вейдер жив и бежит из плена, в котором его держали все это время. Что будет с Галактикой?
Добавить в моё избранное
131 мин, 42 сек 5703
Когда она входит в кабинет, разворачивается аналитическая сводка команды «Минус Ноль» с противоположного конца Корусанта. Они уже ушли спать — днем ее будет сопровождать команда«Ноль». Они никогда не подписываются, но она узнает их по выводам и тону. Сегодняшнюю сводку писала «минус Альфа», в обыденной жизни — профессор экономики КорУна. Мотма не слишком доверяет ей — как и прочим аналитикам. Но без них она бы утонула в неструктурированной информации.
Жаль, что расширение памяти технологией плохо влияет на инициативу и способность решать. В Республике слишком многое случается каждый час; биологический человеческий мозг не в состоянии справляться достаточно быстро. Остается только напиться данными, пока не замутит, и надеяться, что вытошненные решения окажутся верными.
«Куат опасен, — говорит сводка. — Куат, несомненно, торгует с Остатком, Остаток усиливает флот»…
Конечно, усиливает — у них кроме флота нет ничего. Никаких планет. Не считать же мертвые и безатмосферные. Это никак не значит, что Остаток опасен. И совершенно не значит, что опасен Куат. При всех их идеологических связях с имперцами, основной их торговый партнер — Республика. И основной конкурент — Фондор, за который, очевидно, кто-то играет в «Минус Ноль». Мотма не против самой идеи, ее раздражают и Остаток, и Куат — но попытки контролировать ее информацию, да еще и столь грубо, раздражают ее еще больше.
До рассвета час. Затем — завтрак, стилист, брифинг с секретарями, «завтрак» с советниками, за которым она понюхает чай и не съест ни крошки, посещение школ, речь на месте бывшего памятника Палпатину в честь дня Освобождения Корусанта («… от ига проклятой диктатуры», — пропагандисты должны уняться, это уже смешно), заседание Сената, банкет с героями боевого и не-боевого Сопротивления… У нее не будет свободного времени до ночи.
Что ж, за час можно найти продавшегося эксперта. Ему наверняка «немного помогли». Возможно, в работе. Вполне вероятно — неоднократно. А Калари Тей, представителю Фондора среди ее советников, будет все же полезно узнать, что долги долгами, но зарываться все же не стоит.
В конце концов, то, что она взяла деньги Фондора на финансирование Восстания, не значит, что ее можно считать дурой и говорить об этом почти в лицо.
Она находит эксперта за сорок минут: «минус Гамма» только месяц назад получил аналитический контракт от Фондора на сто тысяч кредитов. Мотма вздыхает. Увольняет эксперта. Заносит нанявшего его начальника аналитики в список«Разобраться». Того, разумеется, уведомят: список не зашифрованный, а в техотделе наверняка полно шпионов и подкупленных, и он либо уволится, либо — что вернее и предпочтительнее — начнет думать лучше.
У нее остается ровно четверть часа. Она спокойна. В прекрасном настроении. И уверена: вот сейчас, именно сейчас — правильный момент. Тот, которого она ждала. Времени — только отдать приказ. Снотворное — пять смертельных доз, для верности. Некогда передумать. И нет такого желания. Совсем нет.
Она садится в Палпатинов трон, набирает код. Улыбается. Ей радостно. Сейчас все закончится. Прекрасный способ начать день. Разве может быть лучше?
Телеметрия пуста. Пуста полностью. Дроид — не отвечает. Врач — не отвечает.
Мотма сглатывает. Что-то случилось. Пожар? Вдруг… взрыв? Она ничего не слышала про взрыв в больнице на Корусанте, но… Запрашивает больницу и переводит дыхание, когда та отвечает сразу же.
«Пациент 05-10867 умер. Кремирован. Причина смерти: тромбоз».
И у Мотмы кончается воздух.
— Следует поставить вопрос о благонадежности Люка Скайвокера.
Мотма трет лоб. Мир безумен. Мир сошел с ума. И у нее нет сил на дипломатию.
— Агере, вы рехнулись?
Внутренняя безопасность — Сата Лити — переглядывается с Промышленностью, фондорцем Калари Тей. Медийный советник Тиан Агере морщится.
— Скайвокер написал проимперский диплом и слил его в Сеть, посмеявшись над запретом. Должны последовать санкции! Сеть кипит.
— Пусть кипит, — говорит Мотма. И решительно отпивает холодного чаю. Позади полчаса дискуссии о правильной подаче реформы образования, она заслужила. — Диплом, к слову, слил не он. Совершенно очевидно, кто это сделал.
— Пиетт, — говорит Лити. — Доказано.
— Тем лучше, что доказано. — Мотма допивает чай. — Но придержите эти данные. И — Агере, впрысните дискуссий по связям Скайвокера с Вейдером. Пусть пообсуждают его лояльность подольше.
— Разумеется, — Агере кивает. Теребит заусенец на пальце. Советник в недоумении.
— У нас нет данных о его возможной измене, — говорит Лити.
— Скайвокер лояльнее меня, — хмыкает Мотма. Она совсем не шутит. Советники улыбаются. — У него фиксация на Вейдере, но, право, тот отрубил Скайвокеру руку. У меня бы тоже была фиксация в таких обстоятельствах.
Наверняка, раз ей хватило куда меньшего.
Жаль, что расширение памяти технологией плохо влияет на инициативу и способность решать. В Республике слишком многое случается каждый час; биологический человеческий мозг не в состоянии справляться достаточно быстро. Остается только напиться данными, пока не замутит, и надеяться, что вытошненные решения окажутся верными.
«Куат опасен, — говорит сводка. — Куат, несомненно, торгует с Остатком, Остаток усиливает флот»…
Конечно, усиливает — у них кроме флота нет ничего. Никаких планет. Не считать же мертвые и безатмосферные. Это никак не значит, что Остаток опасен. И совершенно не значит, что опасен Куат. При всех их идеологических связях с имперцами, основной их торговый партнер — Республика. И основной конкурент — Фондор, за который, очевидно, кто-то играет в «Минус Ноль». Мотма не против самой идеи, ее раздражают и Остаток, и Куат — но попытки контролировать ее информацию, да еще и столь грубо, раздражают ее еще больше.
До рассвета час. Затем — завтрак, стилист, брифинг с секретарями, «завтрак» с советниками, за которым она понюхает чай и не съест ни крошки, посещение школ, речь на месте бывшего памятника Палпатину в честь дня Освобождения Корусанта («… от ига проклятой диктатуры», — пропагандисты должны уняться, это уже смешно), заседание Сената, банкет с героями боевого и не-боевого Сопротивления… У нее не будет свободного времени до ночи.
Что ж, за час можно найти продавшегося эксперта. Ему наверняка «немного помогли». Возможно, в работе. Вполне вероятно — неоднократно. А Калари Тей, представителю Фондора среди ее советников, будет все же полезно узнать, что долги долгами, но зарываться все же не стоит.
В конце концов, то, что она взяла деньги Фондора на финансирование Восстания, не значит, что ее можно считать дурой и говорить об этом почти в лицо.
Она находит эксперта за сорок минут: «минус Гамма» только месяц назад получил аналитический контракт от Фондора на сто тысяч кредитов. Мотма вздыхает. Увольняет эксперта. Заносит нанявшего его начальника аналитики в список«Разобраться». Того, разумеется, уведомят: список не зашифрованный, а в техотделе наверняка полно шпионов и подкупленных, и он либо уволится, либо — что вернее и предпочтительнее — начнет думать лучше.
У нее остается ровно четверть часа. Она спокойна. В прекрасном настроении. И уверена: вот сейчас, именно сейчас — правильный момент. Тот, которого она ждала. Времени — только отдать приказ. Снотворное — пять смертельных доз, для верности. Некогда передумать. И нет такого желания. Совсем нет.
Она садится в Палпатинов трон, набирает код. Улыбается. Ей радостно. Сейчас все закончится. Прекрасный способ начать день. Разве может быть лучше?
Телеметрия пуста. Пуста полностью. Дроид — не отвечает. Врач — не отвечает.
Мотма сглатывает. Что-то случилось. Пожар? Вдруг… взрыв? Она ничего не слышала про взрыв в больнице на Корусанте, но… Запрашивает больницу и переводит дыхание, когда та отвечает сразу же.
«Пациент 05-10867 умер. Кремирован. Причина смерти: тромбоз».
И у Мотмы кончается воздух.
— Следует поставить вопрос о благонадежности Люка Скайвокера.
Мотма трет лоб. Мир безумен. Мир сошел с ума. И у нее нет сил на дипломатию.
— Агере, вы рехнулись?
Внутренняя безопасность — Сата Лити — переглядывается с Промышленностью, фондорцем Калари Тей. Медийный советник Тиан Агере морщится.
— Скайвокер написал проимперский диплом и слил его в Сеть, посмеявшись над запретом. Должны последовать санкции! Сеть кипит.
— Пусть кипит, — говорит Мотма. И решительно отпивает холодного чаю. Позади полчаса дискуссии о правильной подаче реформы образования, она заслужила. — Диплом, к слову, слил не он. Совершенно очевидно, кто это сделал.
— Пиетт, — говорит Лити. — Доказано.
— Тем лучше, что доказано. — Мотма допивает чай. — Но придержите эти данные. И — Агере, впрысните дискуссий по связям Скайвокера с Вейдером. Пусть пообсуждают его лояльность подольше.
— Разумеется, — Агере кивает. Теребит заусенец на пальце. Советник в недоумении.
— У нас нет данных о его возможной измене, — говорит Лити.
— Скайвокер лояльнее меня, — хмыкает Мотма. Она совсем не шутит. Советники улыбаются. — У него фиксация на Вейдере, но, право, тот отрубил Скайвокеру руку. У меня бы тоже была фиксация в таких обстоятельствах.
Наверняка, раз ей хватило куда меньшего.
Страница 16 из 39
