Фандом: Star Wars. Пять лет после Эндора. Дарт Вейдер жив и бежит из плена, в котором его держали все это время. Что будет с Галактикой?
Добавить в моё избранное
131 мин, 42 сек 5718
«Все хорошо, мы сейчас выберемся. Мы всегда выбираемся».
Сначала — на Корусант. В госпиталь. К Мон, сообщить о захвате дипломатов. А потом он найдет тех, кто приказал. Всех тех, кто приказал убить его сестру. И если по последствиям его назовут ситхом — плевать.
«Лит Анорум, Герой из Набу, транслирует уникальные кадры, рискуя жизнью!»
«Имперцы или анонимные террористы?»
«Герои Республики в лапах Империи!»
«Шокирующие кадры захвата заложников. Имперец упоминает моффа Талту!»
«'У нас нет никаких имперцев!' — Главный инженер Куата возмущен реакцией общественности».
«Выступление Главного инженера Куата: на Верфи проникли террористы, проводится полицейская операция».
«Кадры от героического набуанца: полицейские Куата заодно с террористами!»
«Никаких вестей от принцессы Органы!»
«Представитель Союза Альдераана заявил, что Союз уничтожит Куат, если принцесса Лея была убита в результате 'полицейской операции'».
«Эксперт:» полицейская операция«на Куате на самом деле является захватом власти Империей!»
Все почти получилось. Сейчас еще немного дожать Сенат — и первый этап завершен. Она сама не знает, радоваться ли. Как там у Тильке? «В пустой моей душе потерян ветер»? Хорошо, что Лея выжила. Плохо, что едва-едва, такого Мон не планировала. Исполнители занялись самодеятельностью, и ведь не спросишь, почему: один уже мертв, остальные — скоро будут.
— … Да никому нельзя сейчас верить! Как можно посылать куда-то армию при такой малой информации? Где хоть один свидетель? — орет представитель Фондора. Очень, признаться, убедительно. Можно даже подумать, что пацифист.
Ее выход.
— Господа, — тихо говорит Мон, и сенаторы умолкают. — По случаю нашей экстраординарной ассамблеи я прошу вас выслушать свидетеля нападения на Куат. Прошу — Люк Скайвокер.
Тишина падает на громадную чашу зала. Скайвокер поднимается со своего места за ее спиной, выходит вперед под свет и камеры. Сбрасывает капюшон с головы. Его лицо появляется на громадном экране под куполом, усталое и хмурое. Скайвокер весь в черном, и Мон не может не сравнивать. Они совсем не похожи, отец и сын. Но сегодня в глазах Скайвокера есть что-то… Будто отблески визоров той маски.
— На меня и на принцессу Органу подло напали вечером два дня назад, — начинает Скайвокер. Обстоятельно рассказывает о бое. Очень подробно о том, как и зачем применял Силу. Он обязан отчитываться, но звучат его слова вовсе не обязанностью и не отчетом — угрозой и предупреждением. Кому?
Да всем, кто имел отношение к покушению на Лею. И в первую очередь — хоть Скайвокер того и не знает — ей самой.
«Ну и как в таких обстоятельствах можно ставить на Соло», — приходит в голову совершенно неуместная мысль, и Мон прячет улыбку.
Скайвокер заканчивает речь и обводит зал взглядом. Совсем отцовский поворот головы. Вейдер тоже стоял здесь, почти пятнадцать лет назад, когда Сенат еще не был пустой формальностью. Она не помнит, о чем шла речь, вроде бы об упразднении привилегий в высшем образовании, но черная фигура встает перед глазами, как живая.
Мерещится. Сейчас нужно думать совсем не о мертвых, а Вейдер мертв.
Да, Пиетт никак не мог не пострадать в той аварии. И то, что он сумел добраться до корабля, убить контрабандиста и исчезнуть с Корусанта, маловероятно. Но мало ли случается маловероятного.
Да, запрос на идентификатор дроида вернулся пустым. И скорректированный последующий — тоже. Ничего странного. Его могли разобрать. И кровать могли разобрать. Маловероятно, что настолько быстро, но…
И то, что на камерах у места убийства контрабандиста неотчетливо видны два летящих пятна — да мало ли пятен и плохих камер?
Но вместе…
Как же холодно.
Если допустить, только допустить, что он жив и свободен (но как? как?), то скоро и ее, и Сенат, и Фондор, и Республику смоет кровавой волной. Из-за нее. Из-за того, что она сохранила ему жизнь непонятно зачем.
Только полные идиоты считают, будто война очищает и обновляет.
Сначала — на Корусант. В госпиталь. К Мон, сообщить о захвате дипломатов. А потом он найдет тех, кто приказал. Всех тех, кто приказал убить его сестру. И если по последствиям его назовут ситхом — плевать.
Заголовки
«Неизвестная вооруженная группировка захватила заложников на Верфях Куата!»«Лит Анорум, Герой из Набу, транслирует уникальные кадры, рискуя жизнью!»
«Имперцы или анонимные террористы?»
«Герои Республики в лапах Империи!»
«Шокирующие кадры захвата заложников. Имперец упоминает моффа Талту!»
«'У нас нет никаких имперцев!' — Главный инженер Куата возмущен реакцией общественности».
«Выступление Главного инженера Куата: на Верфи проникли террористы, проводится полицейская операция».
«Кадры от героического набуанца: полицейские Куата заодно с террористами!»
«Никаких вестей от принцессы Органы!»
«Представитель Союза Альдераана заявил, что Союз уничтожит Куат, если принцесса Лея была убита в результате 'полицейской операции'».
«Эксперт:» полицейская операция«на Куате на самом деле является захватом власти Империей!»
Корусант. Мон
Мон сидит в кресле председателя Сената и смотрит на разворачивающиеся дебаты. До мордобития и таранов ложа на ложу еще не дошло — вот и прекрасно. Еще пара минут. Пусть пройдут по пятому кругу. Еще раз обсудят, кому же доверять. Можно ли доверять кадрам Анорума (обязательно на повышение, прекрасная работа). Можно ли верить представителям Куата, донельзя растерянным. Неслыханно: террористы в центральном блоке Верфей! Куат тоже не знает, кому верить. Имперцы ли захватили делегацию? Или кто-то еще? Или же… Вот до третьего варианта их допускать не стоит. Впрочем, до третьего варианта додумается только параноик, помешанный на заговорах, которому никакой веры нет.Все почти получилось. Сейчас еще немного дожать Сенат — и первый этап завершен. Она сама не знает, радоваться ли. Как там у Тильке? «В пустой моей душе потерян ветер»? Хорошо, что Лея выжила. Плохо, что едва-едва, такого Мон не планировала. Исполнители занялись самодеятельностью, и ведь не спросишь, почему: один уже мертв, остальные — скоро будут.
— … Да никому нельзя сейчас верить! Как можно посылать куда-то армию при такой малой информации? Где хоть один свидетель? — орет представитель Фондора. Очень, признаться, убедительно. Можно даже подумать, что пацифист.
Ее выход.
— Господа, — тихо говорит Мон, и сенаторы умолкают. — По случаю нашей экстраординарной ассамблеи я прошу вас выслушать свидетеля нападения на Куат. Прошу — Люк Скайвокер.
Тишина падает на громадную чашу зала. Скайвокер поднимается со своего места за ее спиной, выходит вперед под свет и камеры. Сбрасывает капюшон с головы. Его лицо появляется на громадном экране под куполом, усталое и хмурое. Скайвокер весь в черном, и Мон не может не сравнивать. Они совсем не похожи, отец и сын. Но сегодня в глазах Скайвокера есть что-то… Будто отблески визоров той маски.
— На меня и на принцессу Органу подло напали вечером два дня назад, — начинает Скайвокер. Обстоятельно рассказывает о бое. Очень подробно о том, как и зачем применял Силу. Он обязан отчитываться, но звучат его слова вовсе не обязанностью и не отчетом — угрозой и предупреждением. Кому?
Да всем, кто имел отношение к покушению на Лею. И в первую очередь — хоть Скайвокер того и не знает — ей самой.
«Ну и как в таких обстоятельствах можно ставить на Соло», — приходит в голову совершенно неуместная мысль, и Мон прячет улыбку.
Скайвокер заканчивает речь и обводит зал взглядом. Совсем отцовский поворот головы. Вейдер тоже стоял здесь, почти пятнадцать лет назад, когда Сенат еще не был пустой формальностью. Она не помнит, о чем шла речь, вроде бы об упразднении привилегий в высшем образовании, но черная фигура встает перед глазами, как живая.
Мерещится. Сейчас нужно думать совсем не о мертвых, а Вейдер мертв.
Да, Пиетт никак не мог не пострадать в той аварии. И то, что он сумел добраться до корабля, убить контрабандиста и исчезнуть с Корусанта, маловероятно. Но мало ли случается маловероятного.
Да, запрос на идентификатор дроида вернулся пустым. И скорректированный последующий — тоже. Ничего странного. Его могли разобрать. И кровать могли разобрать. Маловероятно, что настолько быстро, но…
И то, что на камерах у места убийства контрабандиста неотчетливо видны два летящих пятна — да мало ли пятен и плохих камер?
Но вместе…
Как же холодно.
Если допустить, только допустить, что он жив и свободен (но как? как?), то скоро и ее, и Сенат, и Фондор, и Республику смоет кровавой волной. Из-за нее. Из-за того, что она сохранила ему жизнь непонятно зачем.
Только полные идиоты считают, будто война очищает и обновляет.
Страница 31 из 39
