Фандом: Лабиринт, Миры Лавкрафта. Продолжение истории «Король без королевства». Прошло сто лет. Многое изменилось, но самое заветное желание мастера вампиров осталось прежним. Вот только сделает ли хоть кого-то счастливым исполнение его мечты?
Добавить в моё избранное
215 мин, 11 сек 14616
— В разные места. Но в основном, к Ньярлатхотепу. Последнее время он стал требовать больше жертв. Ты тоже отправишься к нему, маг. В наказание за то, что заставил бога голодать.
Шантак шевельнулся. Эйден приподнял ладони.
— Подожди. У меня есть последний вопрос. Хастур тоже получает дань с Инкванока?
— Хастур? — Шантак поднялся на ноги. — Нет, ему это не нужно. Но он связан договором. Древние не воюют друг с другом. Твой бог отправил тебя на смерть. Так же, как и остальных своих магов.
Выпад острым клювом был таким стремительным, что Эйден едва успел отскочить. Он ударил — всем огнем, что еще оставался в запасе. Крик Шантака оглушил Эйдена, он упал, прижавшись к парапету. Гнездо запылало, Шантак горел чудовищным фениксом. Снаружи слышались вопли ужаса. Эйден с трудом приподнялся, задыхаясь в дыму, и понял, что сил на спуск уже нет. Ни слезть, ни спланировать не получится. И тогда он просто кинулся вниз.
«Какой самоубийственный героизм».
Эйдена схватили когтистые лапы. Дракон сделал вираж вокруг колокольни и взмыл в небо.
— Дей?!
«Благодари свою судьбу, Эйден, за то что она свела тебя с Дариной. Это ее желание я сейчас выполняю, спасая тебя».
Внезапно Эйдену стало очень холодно. И тут же дракон разжал лапы. Эйден полетел во тьму и рухнул в воду. Это было так неожиданно, что он камнем пошел в глубину, даже не пытаясь плыть. Но вдруг кто-то схватил его за руку и дернул вверх. Через пару секунд Эйден вынырнул на поверхность и закашлялся.
— Какой хорошенький! — вокруг раздался переливчатый смех.
Эйден помотал головой, отбрасывая с глаз волосы. Вокруг него были ясные летние сумерки, лес, озеро и хоровод русалок. Этих созданий Эйден узнал сразу. А еще он узнал само место, хотя видел его только мельком. Русалки кружились вокруг, явно не собираясь отпускать так кстати свалившегося с неба парня. «Наиграются и утопят», — понял Эйден. Вдруг очень сильно захотелось жить.
— Вольх… — Эйден с трудом перевел дыхание, — Мне к нему нужно…
Русалки перестали смеяться, разочарованно завздыхали и расцепили руки, пропуская мага к берегу.
Дарина прилежно осваивала науку обращения со скатертью-самобранкой, когда в дверь постучали. Вольх насторожился. Вход в его дом отыскать было не просто.
— Ну входи, гость дорогой, — Вольх поиграл когтями.
— Эйден?! — Дарина сорвалась с места и кинулась к магу, с которого ручьем текла вода.
— Быстро тебя Дей вытащил, — Вольх принюхался и скомандовал: — Раздевайся! Всю одежду — в печь! Не то слетятся сюда… всякие.
Через четверть часа Эйден уже сидел за столом в теплой рубахе и пил горячий ароматный чай, а Вольх ворчал, что такие гости скоро весь его гардероб растащат.
— Угощайся! — сияющая Дарина придвинула Эйдену тарелку с пирогами.
Он откусил кусочек и поторопился глотнуть еще чая.
— Оригинальный рецепт. Соль в них вместо начинки?
Дарина ахнула, попробовала пирог и чуть не расплакалась.
— Да что же это такое? Третий раз пытаюсь — и только с виду красивые, а есть невозможно!
— Научишься, куда же ты денешься, — Вольх постучал по скатерти. — Свернись!
Белоснежная, с красными узорами по краю скатерть послушно свернулась. Эйден едва успел ухватить свою кружку.
— Развернись!
На этот раз на столе возник кувшин, от которого умопомрачительно пахло медом, два кубка внушительных размеров и блюдо с дымящимися пирогами. Дара посмотрела на кувшин и понятливо поднялась.
— Пойду я, пожалуй, спать.
— Повезло тебе с ней, — Эйден вздохнул.
— Это точно, — Вольх с нежностью посмотрел на дверь, за которой скрылась Дара. — Только ничего по хозяйству не умеет, а в остальном — чудо, что за девка. И даже дар есть, хотя и слабый.
Про Джарета Эйден спрашивать не стал и молча смотрел, как Вольх разливает медовуху по кубкам.
— И как тебе мир древних?
— Я там мало что видел, — Эйден попробовал незнакомый напиток и одобрительно причмокнул. — Слушай, ты ведь должен знать, как они все между собой связаны? Драконы, древние боги, старые боги… У меня уже ум за разум заходит. И почему именно сейчас они начали проявлять такую активность?
— Должно быть звезды так сошлись, — пошутил Вольх. — Не знаю, почему, Ден. Но примерно раз в пятьсот лет древние затевают новую войну. В последней погиб мой отец. И еще многие. Но древние и между войнами не постоянно находятся в своем мире. Иногда кто-нибудь просачивается к нам. То же Шаб-Ниггурат или Ктулху. Или Хастур, не к ночи будь помянут. Вот его точно никакие заклятия не сдерживают.
Они еще раз выпили.
— Древние были всегда, — продолжил Вольх. — С самого начала времен. А уже потом, когда расплодились люди и другие разумные существа, появились старые боги. И началась война. Драконы — создания старых богов.
Шантак шевельнулся. Эйден приподнял ладони.
— Подожди. У меня есть последний вопрос. Хастур тоже получает дань с Инкванока?
— Хастур? — Шантак поднялся на ноги. — Нет, ему это не нужно. Но он связан договором. Древние не воюют друг с другом. Твой бог отправил тебя на смерть. Так же, как и остальных своих магов.
Выпад острым клювом был таким стремительным, что Эйден едва успел отскочить. Он ударил — всем огнем, что еще оставался в запасе. Крик Шантака оглушил Эйдена, он упал, прижавшись к парапету. Гнездо запылало, Шантак горел чудовищным фениксом. Снаружи слышались вопли ужаса. Эйден с трудом приподнялся, задыхаясь в дыму, и понял, что сил на спуск уже нет. Ни слезть, ни спланировать не получится. И тогда он просто кинулся вниз.
«Какой самоубийственный героизм».
Эйдена схватили когтистые лапы. Дракон сделал вираж вокруг колокольни и взмыл в небо.
— Дей?!
«Благодари свою судьбу, Эйден, за то что она свела тебя с Дариной. Это ее желание я сейчас выполняю, спасая тебя».
Внезапно Эйдену стало очень холодно. И тут же дракон разжал лапы. Эйден полетел во тьму и рухнул в воду. Это было так неожиданно, что он камнем пошел в глубину, даже не пытаясь плыть. Но вдруг кто-то схватил его за руку и дернул вверх. Через пару секунд Эйден вынырнул на поверхность и закашлялся.
— Какой хорошенький! — вокруг раздался переливчатый смех.
Эйден помотал головой, отбрасывая с глаз волосы. Вокруг него были ясные летние сумерки, лес, озеро и хоровод русалок. Этих созданий Эйден узнал сразу. А еще он узнал само место, хотя видел его только мельком. Русалки кружились вокруг, явно не собираясь отпускать так кстати свалившегося с неба парня. «Наиграются и утопят», — понял Эйден. Вдруг очень сильно захотелось жить.
— Вольх… — Эйден с трудом перевел дыхание, — Мне к нему нужно…
Русалки перестали смеяться, разочарованно завздыхали и расцепили руки, пропуская мага к берегу.
Дарина прилежно осваивала науку обращения со скатертью-самобранкой, когда в дверь постучали. Вольх насторожился. Вход в его дом отыскать было не просто.
— Ну входи, гость дорогой, — Вольх поиграл когтями.
— Эйден?! — Дарина сорвалась с места и кинулась к магу, с которого ручьем текла вода.
— Быстро тебя Дей вытащил, — Вольх принюхался и скомандовал: — Раздевайся! Всю одежду — в печь! Не то слетятся сюда… всякие.
Через четверть часа Эйден уже сидел за столом в теплой рубахе и пил горячий ароматный чай, а Вольх ворчал, что такие гости скоро весь его гардероб растащат.
— Угощайся! — сияющая Дарина придвинула Эйдену тарелку с пирогами.
Он откусил кусочек и поторопился глотнуть еще чая.
— Оригинальный рецепт. Соль в них вместо начинки?
Дарина ахнула, попробовала пирог и чуть не расплакалась.
— Да что же это такое? Третий раз пытаюсь — и только с виду красивые, а есть невозможно!
— Научишься, куда же ты денешься, — Вольх постучал по скатерти. — Свернись!
Белоснежная, с красными узорами по краю скатерть послушно свернулась. Эйден едва успел ухватить свою кружку.
— Развернись!
На этот раз на столе возник кувшин, от которого умопомрачительно пахло медом, два кубка внушительных размеров и блюдо с дымящимися пирогами. Дара посмотрела на кувшин и понятливо поднялась.
— Пойду я, пожалуй, спать.
— Повезло тебе с ней, — Эйден вздохнул.
— Это точно, — Вольх с нежностью посмотрел на дверь, за которой скрылась Дара. — Только ничего по хозяйству не умеет, а в остальном — чудо, что за девка. И даже дар есть, хотя и слабый.
Про Джарета Эйден спрашивать не стал и молча смотрел, как Вольх разливает медовуху по кубкам.
— И как тебе мир древних?
— Я там мало что видел, — Эйден попробовал незнакомый напиток и одобрительно причмокнул. — Слушай, ты ведь должен знать, как они все между собой связаны? Драконы, древние боги, старые боги… У меня уже ум за разум заходит. И почему именно сейчас они начали проявлять такую активность?
— Должно быть звезды так сошлись, — пошутил Вольх. — Не знаю, почему, Ден. Но примерно раз в пятьсот лет древние затевают новую войну. В последней погиб мой отец. И еще многие. Но древние и между войнами не постоянно находятся в своем мире. Иногда кто-нибудь просачивается к нам. То же Шаб-Ниггурат или Ктулху. Или Хастур, не к ночи будь помянут. Вот его точно никакие заклятия не сдерживают.
Они еще раз выпили.
— Древние были всегда, — продолжил Вольх. — С самого начала времен. А уже потом, когда расплодились люди и другие разумные существа, появились старые боги. И началась война. Драконы — создания старых богов.
Страница 53 из 62
