Поездка в лес в поход, такой подлости от учителей никто не ожидал. Но кто же мог подумать, что шуточные поиски Слендера и Джеффа увенчаются успехом?
Добавить в моё избранное
252 мин, 34 сек 22323
— вода немного колыхалась в стакане, показывая мое волнение. Мне не нравилось, куда он клонит…
— Хорошо, тогда к сути — ты должна выбрать себе спутника жизни…
— Что?! — стакан треснул в моей сжавшейся руке, — Это была неудачная шутка, господин Кабадатх…
— Отец… Просто отец… — я смотрю на капли почти черной крови, стекающей с ладони вниз, — Ты теперь монстр…
— Отец… Кабадатх… — подхожу к нему, смотря в лицо, — Я человек… Никакой не монстр…
— Посмотри сама!… — хватает раненую руку вектором, подносит свою руку и делает глубокий надрез. Ранку заполняет черная кровь, отличающаяся от моей на один-два тона. Пара капель с моего запястья капает туда, полностью растворяясь, — Если бы ты не была монстром, кровь бы не смешалась…
— Пустите… — осколки стекла причиняли боль, а запястье уже успело затечь от неудобного захвата.
— Отец? Рейн? — в комнату вошел Оффендер и замер, наблюдая эту картину. Мгновенно оказавшись рядом, он вырвал мою многострадальную руку из пальцев безликого, — Я не буду спрашивать, чем ты тут занимаешься, но я должен забрать ее в гостиную… — с этими словами мы вылетели из моей комнаты, оставив Кабадатха сидеть на месте, хищно при этом улыбаясь.
— Может быть, пустишь меня на пол?… — осторожно вытаскиваю из ссадин осколки, — А когда опустишь, советую бежать…
— Почему же? — даже не думает отпускать.
— Я тебя убью за вчерашнее… — вектором слегка царапаю его щеку, намекая на серьезность действий, — Как ты вообще до этого додумался?
— А что мне было делать? Ты у меня брала розу много месяцев назад, и я до сих пор с тобой ничего не сделал, скажи за это спасибо… — не успеваю убрать вектор, как на нем смыкаются довольно острые зубы насильника.
— Сдурел что ли?! — пытаюсь отобрать несчастное щупальце, но ничего не выходит. Он его не прокусывает, скорее, просто держит, но мне не легче от этого, — Пусти, мне больно!…
Вектора действительно очень чувствительные, поэтому это очень больно. Со вздохом, он выпускает «вкусный» вектор изо рта. Осматриваю на пример синяков кожу, и их, к радости, нет. Но он продолжает меня держать на руках.
— Пусти на пол, окаянный!
— Зачем?
— Я хочу переодеться, это раз… — замечает, что я в ночной рубашке, и ставит на пол, — А теперь беги, пока я тебя не угрохала… — безликий быстро вышел из моей комнаты.
Вздохнув, я начала переодеваться в плащ, что до сих пор сжимала в руке. Странно все это… Иду на кухню и завариваю себе чай… Руки дрожат, да и сердце непривычно быстро стучит. Завариваю чай и пью кипяток, не чувствуя температуры. Это, наверное, была жестокая шутка главы семейства. На кухню зашел Слендер.
— Как я понял, ты уже поговорила с отцом… — смотрит на руку, на которой еще осталась кровь.
— Это не от него, это уже я… — быстро допиваю чай и собираюсь выходить.
— Знаешь, кого бы ты из нас не выбрала, я все равно буду на твоей стороне…
— Сленд… — вздыхаю и со всей силы ударяю по дверному косяку. Тот ломается, — Я окончательно потерялась, не надо еще сильнее запутывать меня… — выхожу, не давая ему что-либо добавить. Иду в комнату к Сплендеру. Он сидит на кровати, рассматривая свои руки, не замечая, что я зашла. Бесшумно подхожу и обнимаю. Он вздрагивает от неожиданности и обнимает в ответ.
— Рейн, что-то не так? — усаживает на колени, гладя по голове, — Расскажи все мне, я выслушаю…
— Спленд, я же не монстр… — почти плачу от распирающих меня чувств, — Я не могу в это поверить… Я не хочу… Я… Я просто хочу жить тут, с вами, ведь тут так хорошо… Вы стали моей семьей, а тут это «выбери себе мужа»… Блиииин… — утыкаюсь в его плечо и плачу, не контролируя себя. Странно, я же не хотела плакать… Видимо, это его силы так на меня действуют.
— Все будет хорошо… — продолжает успокаивать, — Все станет прежним, как в начале… Отец только с виду злой, а так он очень даже добрый… — вздыхает, прижав меня сильнее. Уже не плачу, лишь иногда всхлипываю, — Но он больше тебя не обидит, можешь мне поверить… — кладет на свою кровать и идет к двери, — Я сейчас вернусь, жди тут…
— Хорошо… — он выходит, прикрывая дверь. Как болит голова от всего этого… Утыкаюсь лицом в подушку и пытаюсь унять причитания и маты в сторону Кабадатха, не опасаясь, что он их услышит.
— Рейн, я знаю, ты уже в дюбель запуталась… — знакомые холодные руки маньяка проходят по оголенному плечу, — И вряд ли ты выберешь меня…
— Джефф… — снова плачу в подушку, — Мне так плохо, я запуталась окончательно…
— Я понимаю… Поэтому и пришел… — он осторожно обнял мои плечи, — Если ты выберешь не меня, то я не буду обижаться… Это же твое мнение и твоя жизнь… — голос слегка дрожит, — Поэтому не думай о моральных аспектах… — встает и выходит из комнаты.
Слышу, как закрылась дверь. Встаю и открываю портал в свой сад, оставив маленькую записку.
— Хорошо, тогда к сути — ты должна выбрать себе спутника жизни…
— Что?! — стакан треснул в моей сжавшейся руке, — Это была неудачная шутка, господин Кабадатх…
— Отец… Просто отец… — я смотрю на капли почти черной крови, стекающей с ладони вниз, — Ты теперь монстр…
— Отец… Кабадатх… — подхожу к нему, смотря в лицо, — Я человек… Никакой не монстр…
— Посмотри сама!… — хватает раненую руку вектором, подносит свою руку и делает глубокий надрез. Ранку заполняет черная кровь, отличающаяся от моей на один-два тона. Пара капель с моего запястья капает туда, полностью растворяясь, — Если бы ты не была монстром, кровь бы не смешалась…
— Пустите… — осколки стекла причиняли боль, а запястье уже успело затечь от неудобного захвата.
— Отец? Рейн? — в комнату вошел Оффендер и замер, наблюдая эту картину. Мгновенно оказавшись рядом, он вырвал мою многострадальную руку из пальцев безликого, — Я не буду спрашивать, чем ты тут занимаешься, но я должен забрать ее в гостиную… — с этими словами мы вылетели из моей комнаты, оставив Кабадатха сидеть на месте, хищно при этом улыбаясь.
— Может быть, пустишь меня на пол?… — осторожно вытаскиваю из ссадин осколки, — А когда опустишь, советую бежать…
— Почему же? — даже не думает отпускать.
— Я тебя убью за вчерашнее… — вектором слегка царапаю его щеку, намекая на серьезность действий, — Как ты вообще до этого додумался?
— А что мне было делать? Ты у меня брала розу много месяцев назад, и я до сих пор с тобой ничего не сделал, скажи за это спасибо… — не успеваю убрать вектор, как на нем смыкаются довольно острые зубы насильника.
— Сдурел что ли?! — пытаюсь отобрать несчастное щупальце, но ничего не выходит. Он его не прокусывает, скорее, просто держит, но мне не легче от этого, — Пусти, мне больно!…
Вектора действительно очень чувствительные, поэтому это очень больно. Со вздохом, он выпускает «вкусный» вектор изо рта. Осматриваю на пример синяков кожу, и их, к радости, нет. Но он продолжает меня держать на руках.
— Пусти на пол, окаянный!
— Зачем?
— Я хочу переодеться, это раз… — замечает, что я в ночной рубашке, и ставит на пол, — А теперь беги, пока я тебя не угрохала… — безликий быстро вышел из моей комнаты.
Вздохнув, я начала переодеваться в плащ, что до сих пор сжимала в руке. Странно все это… Иду на кухню и завариваю себе чай… Руки дрожат, да и сердце непривычно быстро стучит. Завариваю чай и пью кипяток, не чувствуя температуры. Это, наверное, была жестокая шутка главы семейства. На кухню зашел Слендер.
— Как я понял, ты уже поговорила с отцом… — смотрит на руку, на которой еще осталась кровь.
— Это не от него, это уже я… — быстро допиваю чай и собираюсь выходить.
— Знаешь, кого бы ты из нас не выбрала, я все равно буду на твоей стороне…
— Сленд… — вздыхаю и со всей силы ударяю по дверному косяку. Тот ломается, — Я окончательно потерялась, не надо еще сильнее запутывать меня… — выхожу, не давая ему что-либо добавить. Иду в комнату к Сплендеру. Он сидит на кровати, рассматривая свои руки, не замечая, что я зашла. Бесшумно подхожу и обнимаю. Он вздрагивает от неожиданности и обнимает в ответ.
— Рейн, что-то не так? — усаживает на колени, гладя по голове, — Расскажи все мне, я выслушаю…
— Спленд, я же не монстр… — почти плачу от распирающих меня чувств, — Я не могу в это поверить… Я не хочу… Я… Я просто хочу жить тут, с вами, ведь тут так хорошо… Вы стали моей семьей, а тут это «выбери себе мужа»… Блиииин… — утыкаюсь в его плечо и плачу, не контролируя себя. Странно, я же не хотела плакать… Видимо, это его силы так на меня действуют.
— Все будет хорошо… — продолжает успокаивать, — Все станет прежним, как в начале… Отец только с виду злой, а так он очень даже добрый… — вздыхает, прижав меня сильнее. Уже не плачу, лишь иногда всхлипываю, — Но он больше тебя не обидит, можешь мне поверить… — кладет на свою кровать и идет к двери, — Я сейчас вернусь, жди тут…
— Хорошо… — он выходит, прикрывая дверь. Как болит голова от всего этого… Утыкаюсь лицом в подушку и пытаюсь унять причитания и маты в сторону Кабадатха, не опасаясь, что он их услышит.
— Рейн, я знаю, ты уже в дюбель запуталась… — знакомые холодные руки маньяка проходят по оголенному плечу, — И вряд ли ты выберешь меня…
— Джефф… — снова плачу в подушку, — Мне так плохо, я запуталась окончательно…
— Я понимаю… Поэтому и пришел… — он осторожно обнял мои плечи, — Если ты выберешь не меня, то я не буду обижаться… Это же твое мнение и твоя жизнь… — голос слегка дрожит, — Поэтому не думай о моральных аспектах… — встает и выходит из комнаты.
Слышу, как закрылась дверь. Встаю и открываю портал в свой сад, оставив маленькую записку.
Страница 68 из 69
