Фандом: Светлячок. Капитан Мэл в ожидании расчета за проделанный рейс берет подработку, от которой трудно отказаться.
Добавить в моё избранное
40 мин, 17 сек 13802
Скорость корабля упала, на иллюминаторах перестали плясать хвосты плазмы. Белесая облачность приближалась, и уже через несколько минут корабль нырнул в грязную вату Оклахома-мун. Иллюминаторы «Серенити» заволокло серым, как пепел крематория, цветом. Капитан Рейнольдс ткнул пальцем в облачную хмарь:
— Уош, разве на этой луне должна быть такой кисель?
Пилот боролся с дрожащим штурвалом. Ответила Зои, первый помощник:
— Сэр, сейчас на Оклахома-мун «серый сезон». Он длится три недели.
— Откуда ты все знаешь? Бывала здесь?
— Нет, сэр. Но у меня есть путеводитель по Внешним мирам. Иногда полезно осмотреть лавочку перед тем, как посадить на неё попу.
Капитан поморщился — укол Зои достиг цели. На прошлой стоянке он имел неосторожность сесть на окрашенную лавку. Хуже было, что сидя на ней, Мэл заключил контракт на поставку замороженной говядины с Митланда на Оклахома-мун, в космопорт Дастбоул, при одноименном городке. После подсчета вероятной прибыли и текущих расходов выяснилось, что он сильно продешевил. Выручила Инара — получив сообщение от Эльзы, старой подруги, с просьбой встретиться с ней на Оклахома-мун, компаньонка оплатила часть топлива.
Перелет занял два дня, и Мэл провел их почти что не выходя из каюты. Вместо чтения лоции он он боролся с напавшими на него призраками прошлого, призвав в соратники бутыль с айва-виски. Он не был уверен, что для первого помощника это осталось в тайне, так что Мэл многозначительно сказал:
— Повезло мне с тобой, помощник Зои!
Зои Эллейн Уошбурн ухмыльнулась. Но так, чтобы не видел капитан. Немного чувства вины ему не помешает.
Корабль прошел слой облачности и уже летел через легкую дымку коричневого оттенка.
— В атмосфере полно пыли, — чертыхнулся Уош. — Турбины будут в дерьме!
Впереди и ниже на тысячу метров, по курсу появились похожие на затейливый иероглиф разметочные огни посадочной площадки космопорта. Пилот уверенно направил «Серенити» к выделенной для нее ячейке.
В рубке появилась лучащаяся слегка наивной и немного простодушной улыбкой Кейли.
— Я ничего не пропустила? Мы уже садимся?
— Кейуиннит Ли, — нарочито официальным тоном обратился к ней Мэл, — напомните, мне раньше казалось, что место механика при посадке в машинном отделении?
— «Серенити» ни на что не жалуется! — парировала Кейли.
— Вот это и пугает… В прошлый раз, когда она ни на что не жаловалась, случилось… — Мэл заметил пристальный взгляд Зои, направленный на него и оборвал фразу на полуслове. Махнул рукой, показав, что сдается. В том что «случилось» в прошлый раз, единственная, кто не был виноват, так это была Кейли.
Тем временем, «Серенити», свистя турбинами зависла, покачиваясь и растопырив три лапы, словно большое насекомое. Выхлоп турбин поднял тучу пыли с площадки, обнажив давно не обновлявшуюся грязно-белую разметку. Уош скорректировал положение корабля, пощелкал тумблером. Три индикатора исправно горели, но четвертый остался темным. Уош повернулся к механику:
— Кейли, левое переднее шасси не выходит.
— Сажай на три опоры. Наверное, опять гидравлика! Как только приземлимся, я посмотрю.
— Вот, — сказал Мэл, как бы ни к кому конкретно не обращаясь. — Я же говорил. И придав лицу вид неоцененного вовремя гения, покинул рубку.
Но, по крайней мере, капитан Рейнольдс был уверен, что его механик, Кейли, немедленно приступит к ремонту. Иногда ему казалось, что та готова сама доплачивать, лишь бы копаться в видавших и лучшие времена потрохах «Серенити».
Турбины остановились. Наступила тишина, прерываемая потрескиванием остывающего металла.
Команда столпилась у грузового шлюза. Мэл дождался, когда космодромный техник снимет статику с корпуса, и только после этого опустил грузовую аппарель.
В корабль ворвалась промозглая атмосфера Оклахома-мун. Пахло сырой землей и плесенью. После кондиционированного воздуха замкнутого цикла первые минуты после разгерметизации все запахи нового места воспринимаются особенно остро.
Кейли сморщила носик, но промолчала. Джейн, наоборот, засопел, расплылся в улыбке и прокомментировал:
— Здесь воняет, как в моей молодости!
— А я думал, что как в твоей каюте, — буркнул Мэл.
— М-м? Где ты такое нюхал в детстве? — снизу вверх посмотрела на здоровяка Джейна Кейли.
— Каждое лето у тетке на огороде… — неохотно ответил тот. — Гидропонные плантации на Персефоне, может слышала? Нет? А, потом как нибудь расскажу, — отмахнулся Кобб.
Рейнольдс проинструктировал команду и назначил время общего сбора. На корабле, как обычно, оставались доктор Саймон и его сестра Ривер. В их положении разгуливать по городу, пусть даже и периферийной луны, было глупо. Ориентировки с указанными за их головы суммами Альянс разослал в каждую дыру.
— Уош, разве на этой луне должна быть такой кисель?
Пилот боролся с дрожащим штурвалом. Ответила Зои, первый помощник:
— Сэр, сейчас на Оклахома-мун «серый сезон». Он длится три недели.
— Откуда ты все знаешь? Бывала здесь?
— Нет, сэр. Но у меня есть путеводитель по Внешним мирам. Иногда полезно осмотреть лавочку перед тем, как посадить на неё попу.
Капитан поморщился — укол Зои достиг цели. На прошлой стоянке он имел неосторожность сесть на окрашенную лавку. Хуже было, что сидя на ней, Мэл заключил контракт на поставку замороженной говядины с Митланда на Оклахома-мун, в космопорт Дастбоул, при одноименном городке. После подсчета вероятной прибыли и текущих расходов выяснилось, что он сильно продешевил. Выручила Инара — получив сообщение от Эльзы, старой подруги, с просьбой встретиться с ней на Оклахома-мун, компаньонка оплатила часть топлива.
Перелет занял два дня, и Мэл провел их почти что не выходя из каюты. Вместо чтения лоции он он боролся с напавшими на него призраками прошлого, призвав в соратники бутыль с айва-виски. Он не был уверен, что для первого помощника это осталось в тайне, так что Мэл многозначительно сказал:
— Повезло мне с тобой, помощник Зои!
Зои Эллейн Уошбурн ухмыльнулась. Но так, чтобы не видел капитан. Немного чувства вины ему не помешает.
Корабль прошел слой облачности и уже летел через легкую дымку коричневого оттенка.
— В атмосфере полно пыли, — чертыхнулся Уош. — Турбины будут в дерьме!
Впереди и ниже на тысячу метров, по курсу появились похожие на затейливый иероглиф разметочные огни посадочной площадки космопорта. Пилот уверенно направил «Серенити» к выделенной для нее ячейке.
В рубке появилась лучащаяся слегка наивной и немного простодушной улыбкой Кейли.
— Я ничего не пропустила? Мы уже садимся?
— Кейуиннит Ли, — нарочито официальным тоном обратился к ней Мэл, — напомните, мне раньше казалось, что место механика при посадке в машинном отделении?
— «Серенити» ни на что не жалуется! — парировала Кейли.
— Вот это и пугает… В прошлый раз, когда она ни на что не жаловалась, случилось… — Мэл заметил пристальный взгляд Зои, направленный на него и оборвал фразу на полуслове. Махнул рукой, показав, что сдается. В том что «случилось» в прошлый раз, единственная, кто не был виноват, так это была Кейли.
Тем временем, «Серенити», свистя турбинами зависла, покачиваясь и растопырив три лапы, словно большое насекомое. Выхлоп турбин поднял тучу пыли с площадки, обнажив давно не обновлявшуюся грязно-белую разметку. Уош скорректировал положение корабля, пощелкал тумблером. Три индикатора исправно горели, но четвертый остался темным. Уош повернулся к механику:
— Кейли, левое переднее шасси не выходит.
— Сажай на три опоры. Наверное, опять гидравлика! Как только приземлимся, я посмотрю.
— Вот, — сказал Мэл, как бы ни к кому конкретно не обращаясь. — Я же говорил. И придав лицу вид неоцененного вовремя гения, покинул рубку.
Но, по крайней мере, капитан Рейнольдс был уверен, что его механик, Кейли, немедленно приступит к ремонту. Иногда ему казалось, что та готова сама доплачивать, лишь бы копаться в видавших и лучшие времена потрохах «Серенити».
Турбины остановились. Наступила тишина, прерываемая потрескиванием остывающего металла.
Команда столпилась у грузового шлюза. Мэл дождался, когда космодромный техник снимет статику с корпуса, и только после этого опустил грузовую аппарель.
В корабль ворвалась промозглая атмосфера Оклахома-мун. Пахло сырой землей и плесенью. После кондиционированного воздуха замкнутого цикла первые минуты после разгерметизации все запахи нового места воспринимаются особенно остро.
Кейли сморщила носик, но промолчала. Джейн, наоборот, засопел, расплылся в улыбке и прокомментировал:
— Здесь воняет, как в моей молодости!
— А я думал, что как в твоей каюте, — буркнул Мэл.
— М-м? Где ты такое нюхал в детстве? — снизу вверх посмотрела на здоровяка Джейна Кейли.
— Каждое лето у тетке на огороде… — неохотно ответил тот. — Гидропонные плантации на Персефоне, может слышала? Нет? А, потом как нибудь расскажу, — отмахнулся Кобб.
Рейнольдс проинструктировал команду и назначил время общего сбора. На корабле, как обычно, оставались доктор Саймон и его сестра Ривер. В их положении разгуливать по городу, пусть даже и периферийной луны, было глупо. Ориентировки с указанными за их головы суммами Альянс разослал в каждую дыру.
Страница 1 из 12
