Фандом: The Elder Scrolls. Он прошёл тысячи лиг пустошами Тамриэля. Он достиг всего что только под силу Довакину. Он поднялся до вершин, недоступных смертному. Теперь перед ним лежит всего лишь один путь. Туда, куда ведут все дороги. Туда, где сбываются все мечты. Туда, откуда никто не возвращается. Но и туда, где его давно ждёт Она.
Добавить в моё избранное
23 мин, 19 сек 8238
И, хотя я не мог полюбить Лидию по-настоящему, всё же предложил ей руку и сердце. Она была счастлива.
После свадьбы было ещё много странствий, как совместных, так и одиночных, когда она верно ждала меня возле нашего очага в Вайтране. А затем пробил час — я должен был исполнить свою судьбу Драконорождённого. И вот я здесь, пробиваюсь через этот туман, моля всех богов, чтобы не произошло непоправимое.
Внезапно я услышал взмахи гигантских кожистых крыльев и чьи-то крики. Я поспешил вперёд и увидел…
— Уйди прочь, бешеная ящерица! — орал очень знакомый голос. — Ты не получишь меня без боя!
— Жалкое ничтожество! — грохотал бас Алдуина. — Думаешь, что уже бессмертна? Я таких, как ты, ем здесь по нескольку раз в день, и ничто не может их вернуть к существованию! Ты — следующая на очереди!
Гигантский чёрный дракон спикировал откуда-то сверху, устремившись прямо на Катрию (в том, что это была она, я уже убедился). У меня оставалось буквально мгновение на принятие решения. И мне этого оказалось достаточно:
— JOOR ZAH FRUL!
Моего Драконобоя хватило, чтобы ящер изменил направление полёта. Силясь его преодолеть, Алдуин неуклюже сел неподалёку от Катрии. Не мешкая, я бросился к ней.
— Бежим скорее! Я не уверен, что Крики на него действуют так же, как и на обычных скайримских драконов! — я схватил Катрию за руку, даже не осознав этого.
Мы бросились вперёд по той же каменистой тропе. Между тем Алдуин, похоже, освободился от действия Драконобоя, так как я снова услышал широкий взмах кожаных крыльев позади нас. А менее чем через секунду едва увернулся от изрыгаемой им струи пламени.
Обернувшись, я снова крикнул Драконобой. Это позволило нам снова оторваться и дальше бежать по тропе. К тому же туман наконец-то поредел, а дорога пошла вверх. А ещё через несколько минут он внезапно остался позади, и перед нами открылся вид на дворец Шора.
Сложно описать фантастическое зрелище, представшее перед нами. Возвышавшийся над бездной замок, к которому был протянут мост из драконьего скелета, заслонял собой половину ярко-фиолетового с розовым оттенком неба. И количество звёзд — куда там несчастным крохотным точкам на чёрном небе Нирна! Здесь их было больше. Гораздо больше. И, несмотря на это, на небе чётко угадывались три знакомых мне созвездия — однако здесь они были поистине гигантских размеров. Иномировое сияние многих миллионов звёзд создавало тот невиданный свет, который так поразил меня по прибытии в Совнгард.
— Потрясающий вид, — сказала поражённая Катрия.
— Мы добрались до дворца, — кивнул я. — Я очень надеюсь, что живущие здесь герои помогут убить Алдуина. И да, привет. Хорошо выглядишь, милая.
Катрия рассмеялась моей шутке:
— Неужели лучше, чем там, в кузнице этерия? И ты держишь меня за руку.
Только сейчас я осознал, что она сказала, и что я сделал. Я повернулся к приз… хотя какая она теперь уже призрачная? Я повернулся к Катрии, и мой взгляд застыл на её лице. Я жадно смотрел на ту, с которой мне так и не довелось познакомиться при её жизни. Сейчас я бы мог подумать, что передо мной самая обычная девушка-норд. Однако странное золотистое сияние, исходившее от её тела, которое не увидишь вокруг смертного, давало понять, что, пройдя сквозь смерть, Катрия переродилась к новой жизни. Теперь уже здесь, в Совнгарде.
— Да, — наконец ответил я, — держу.
А потом я её обнял, невзирая на охвативший меня ледяной холод. Но Катрия сразу же отстранилась.
— Прости, — прошептала она. — Я тебя всё так же люблю. Но для меня пока всё это непривычно. Я умерла и, наконец, нахожусь в посмертии… и обнимаю живого тебя.
— Я ещё в Скайриме понял, что сошёл с ума, когда влюбился в призрака.
— Ты влюбился в мою душу, а не тело, — возразила она. — Это значит намного больше, чем тебе кажется. И это вовсе не сумасшествие. Потому я и ответила на твои чувства.
Я улыбнулся:
— Когда-нибудь мы сможем воссоединиться по-настоящему.
— Так и будет, — ответила она. — Я же сказала, что буду ждать тебя. Но, раз ты живой, и в царстве мёртвых — значит, у нас есть насущные задачи.
— Верно, — я спохватился, — мне нужно войти во дворец Шора. Возможно, бог сможет подсказать, как мне использовать свои силы для победы над Алдуином. По правде говоря, я на это очень надеюсь.
— Тогда идём, — сказала Катрия, — не стоит терять время.
Мы двинулись вверх по холму в сторону моста, возле которого стоял двухметровый мускулистый норд. Едва мы приблизились к нему, он перегородил дорогу:
— Стоять! Меня зовут Тсун, и я привратник здешнего замка! Лишь девушка может пройти дальше, по праву погибшей в честном бою от нечестной руки.
— Но почему же я не могу пройти? — спросил я. — Мне нужно попасть к Шору. Я здесь, чтобы сразить Алдуина, но мне нужна помощь.
— Ты живой!
После свадьбы было ещё много странствий, как совместных, так и одиночных, когда она верно ждала меня возле нашего очага в Вайтране. А затем пробил час — я должен был исполнить свою судьбу Драконорождённого. И вот я здесь, пробиваюсь через этот туман, моля всех богов, чтобы не произошло непоправимое.
Внезапно я услышал взмахи гигантских кожистых крыльев и чьи-то крики. Я поспешил вперёд и увидел…
— Уйди прочь, бешеная ящерица! — орал очень знакомый голос. — Ты не получишь меня без боя!
— Жалкое ничтожество! — грохотал бас Алдуина. — Думаешь, что уже бессмертна? Я таких, как ты, ем здесь по нескольку раз в день, и ничто не может их вернуть к существованию! Ты — следующая на очереди!
Гигантский чёрный дракон спикировал откуда-то сверху, устремившись прямо на Катрию (в том, что это была она, я уже убедился). У меня оставалось буквально мгновение на принятие решения. И мне этого оказалось достаточно:
— JOOR ZAH FRUL!
Моего Драконобоя хватило, чтобы ящер изменил направление полёта. Силясь его преодолеть, Алдуин неуклюже сел неподалёку от Катрии. Не мешкая, я бросился к ней.
— Бежим скорее! Я не уверен, что Крики на него действуют так же, как и на обычных скайримских драконов! — я схватил Катрию за руку, даже не осознав этого.
Мы бросились вперёд по той же каменистой тропе. Между тем Алдуин, похоже, освободился от действия Драконобоя, так как я снова услышал широкий взмах кожаных крыльев позади нас. А менее чем через секунду едва увернулся от изрыгаемой им струи пламени.
Обернувшись, я снова крикнул Драконобой. Это позволило нам снова оторваться и дальше бежать по тропе. К тому же туман наконец-то поредел, а дорога пошла вверх. А ещё через несколько минут он внезапно остался позади, и перед нами открылся вид на дворец Шора.
Сложно описать фантастическое зрелище, представшее перед нами. Возвышавшийся над бездной замок, к которому был протянут мост из драконьего скелета, заслонял собой половину ярко-фиолетового с розовым оттенком неба. И количество звёзд — куда там несчастным крохотным точкам на чёрном небе Нирна! Здесь их было больше. Гораздо больше. И, несмотря на это, на небе чётко угадывались три знакомых мне созвездия — однако здесь они были поистине гигантских размеров. Иномировое сияние многих миллионов звёзд создавало тот невиданный свет, который так поразил меня по прибытии в Совнгард.
— Потрясающий вид, — сказала поражённая Катрия.
— Мы добрались до дворца, — кивнул я. — Я очень надеюсь, что живущие здесь герои помогут убить Алдуина. И да, привет. Хорошо выглядишь, милая.
Катрия рассмеялась моей шутке:
— Неужели лучше, чем там, в кузнице этерия? И ты держишь меня за руку.
Только сейчас я осознал, что она сказала, и что я сделал. Я повернулся к приз… хотя какая она теперь уже призрачная? Я повернулся к Катрии, и мой взгляд застыл на её лице. Я жадно смотрел на ту, с которой мне так и не довелось познакомиться при её жизни. Сейчас я бы мог подумать, что передо мной самая обычная девушка-норд. Однако странное золотистое сияние, исходившее от её тела, которое не увидишь вокруг смертного, давало понять, что, пройдя сквозь смерть, Катрия переродилась к новой жизни. Теперь уже здесь, в Совнгарде.
— Да, — наконец ответил я, — держу.
А потом я её обнял, невзирая на охвативший меня ледяной холод. Но Катрия сразу же отстранилась.
— Прости, — прошептала она. — Я тебя всё так же люблю. Но для меня пока всё это непривычно. Я умерла и, наконец, нахожусь в посмертии… и обнимаю живого тебя.
— Я ещё в Скайриме понял, что сошёл с ума, когда влюбился в призрака.
— Ты влюбился в мою душу, а не тело, — возразила она. — Это значит намного больше, чем тебе кажется. И это вовсе не сумасшествие. Потому я и ответила на твои чувства.
Я улыбнулся:
— Когда-нибудь мы сможем воссоединиться по-настоящему.
— Так и будет, — ответила она. — Я же сказала, что буду ждать тебя. Но, раз ты живой, и в царстве мёртвых — значит, у нас есть насущные задачи.
— Верно, — я спохватился, — мне нужно войти во дворец Шора. Возможно, бог сможет подсказать, как мне использовать свои силы для победы над Алдуином. По правде говоря, я на это очень надеюсь.
— Тогда идём, — сказала Катрия, — не стоит терять время.
Мы двинулись вверх по холму в сторону моста, возле которого стоял двухметровый мускулистый норд. Едва мы приблизились к нему, он перегородил дорогу:
— Стоять! Меня зовут Тсун, и я привратник здешнего замка! Лишь девушка может пройти дальше, по праву погибшей в честном бою от нечестной руки.
— Но почему же я не могу пройти? — спросил я. — Мне нужно попасть к Шору. Я здесь, чтобы сразить Алдуина, но мне нужна помощь.
— Ты живой!
Страница 3 из 7
