Фандом: Гарри Поттер. После победы над Волдемортом в Хогвартсе организован дополнительный курс для тех, кто не смог окончить школу в позапрошлом, 1998, учебном году. Гарри, Гермиона, Рон и многие другие вновь возвращаются к учёбе. Казалось бы, всё должно быть хорошо — враги повержены, наступила новая мирная жизнь. Однако героев ждут испытания иного рода. На этот раз проверке подвергнутся незыблемая дружба и взаимная любовь.
Добавить в моё избранное
317 мин, 21 сек 23171
Гермиона поморщилась и почувствовала, что лежит на книге.
— Привет, Парвати, я тут задремала, — она медленно поднялась и положила книгу на тумбочку.
— Тебе, дорогая, надо меньше заниматься.
Гермиона только грустно улыбнулась: она никогда не занималась меньше, чем сейчас! Парвати надела пижаму и мигом уснула, чему Гермиона очень позавидовала, ведь у нее сна не было ни в одном глазу.
«Наконец-то утро!» — подумала Гермиона, когда в сотый раз посмотрела на часы. Она всю ночь промучилась от бессонницы. Как тут уснёшь?! Это казалось какой-то пыткой, а время все тянулось и тянулось, как будто специально продлевая каждую секунду. Гермиона села и почувствовала себя совершенно вымотанной, она бросила взгляд в окно и обнаружила, что идет снег, мягкие хлопья прилипали к стеклу и сразу таяли. На душе вдруг стало легче, захотелось радоваться первому снегу, играть в снежки, как ребенок, и не думать ни о чем. Гермиона подбежала к окну и заворожено смотрела на легкий белый пух, казалось, он придавал ей сил. Она вдруг поняла, что очень хочет увидеть Гарри, ей больше не хотелось прятаться от него, как было после первого поцелуя. Перед зеркалом Гермиона нахмурилась: под глазами залегли тёмные круги — следы бессонной ночи; вздохнула и, разбудив Парвати, пошла умываться. После душа сил прибавилось, и она даже смогла выслушать«увлекательный» рассказ Парвати о ее вчерашнем свидании.
— Доброе утро, Миа, — Рон смотрел, как Гермиона спускается с лестницы, и радостно скалился.
Как только она достигла последней ступеньки, Рон кинулся с объятиями, склонился над ней, словно коршун, и поцеловал неожиданно пылко. Да что с ним сегодня? Гермиона не привыкла к таким поцелуям с Роном, и вообще, раньше ей казалось, что самые лучшие поцелуи — нежные и неглубокие, но Гарри доказал, что это не так. Она непроизвольно отстранилась, изогнувшись назад, и недоуменно улыбнулась ему.
— Привет! Смотрю, ты сегодня в ударе! — сказала она, глядя на Рона снизу вверх.
— Я просто соскучился! — он помог ей выпрямиться и поцеловал еще раз, но уже нежно.
Гермионе всегда нравилось целоваться с Роном, но сейчас его поцелуи казались холодными и безжизненными, и она вдруг с ужасом поняла, что начала сравнивать Рона с Гарри.
— Гермиона, ты помнишь, что мне обещала? Насчет выходных, — Рон поцеловал ее в шею и многозначительно улыбнулся.
— Э-э-э, помню, но…
— Никаких но! И кстати, ты сама предложила! Помнишь? — Он взял ее за руку.
Черт, правда! Вот дура! Зачем она пообещала? Она не готова! Не с Роном… Но ведь она хотела именно этого и была уверена, что никто кроме Рона ей не нужен, может, и сейчас не нужен… Возможно, Гарри — это просто помутнение рассудка, которое скоро пройдет, и всё вернется на свои места. Ведь страсть и желание проходят, а любовь остается. Только вот любит ли она Рона? Наверное, да. По крайней мере, раньше она в этом не сомневалась.
— Рон, мы опоздаем на завтрак.
Продолжать эту больную тему не хотелось ещё и оттого, что она вдруг вспомнила, как готова была заняться любовью с Гарри прямо в раздевалке, и ее даже не волновало, что дверь не заперта. О чем она думала? Ах да, она же тогда не думала вообще…
За гриффиндорским столом Гарри веселил шуточками Джинни и Парвати, те заливались смехом. Почему ему так легко? Гермионе эта картина совсем не понравилась, и она нарочно шумно села за стол.
— Привет, сладкая парочка! — Джинни сквозь смех поздоровалась с друзьями.
Гарри тоже повернулся в их сторону, кивнул Рону и пристально посмотрел на Гермиону, словно изучая ее лицо.
— С первым снегом! — Гарри улыбнулся.
Как же ему идет улыбка…
Гермионе захотелось оказаться на максимально близком расстоянии от него, а лучше, чтобы расстояния между ними не было вообще.
— А давайте после уроков пойдем на улицу! Подурачимся! — Джинни определенно была сегодня в хорошем настроении.
— Отличная идея! — поддержал сестру Рон. — А то шахматы как-то поднадоели, — он запихал в рот сосиску.
— Ага, особенно если постоянно проигрывать! — иронично заметила Джинни.
— У нас с Гарри вчера была ничья! — негодующе заявил Рон и чуть не подавился сосиской.
— С Гарри? Я думала, ты с Симусом играл, — Гермиона не смогла скрыть любопытство.
— Ну да, сначала с Симусом, а когда Гарри со своего свидания пришел, то с ним, — растолковал Рон и добавил, глядя уже на Гарри: — Что вы не поделили-то с Люси, ты мне так вчера и не рассказал? — Он оглянулся на стол Когтеврана, Гермиона сделала то же самое и сразу встретила злобный взгляд блондинки, которая, судя по всему, проплакала всю ночь.
— Да нечего рассказывать, мы просто решили, что пришло время расстаться, — небрежно пожал плечами Гарри.
Сердце Гермионы возликовало. Теперь понятно, почему Джинни сегодня такая счастливая.
— Привет, Парвати, я тут задремала, — она медленно поднялась и положила книгу на тумбочку.
— Тебе, дорогая, надо меньше заниматься.
Гермиона только грустно улыбнулась: она никогда не занималась меньше, чем сейчас! Парвати надела пижаму и мигом уснула, чему Гермиона очень позавидовала, ведь у нее сна не было ни в одном глазу.
«Наконец-то утро!» — подумала Гермиона, когда в сотый раз посмотрела на часы. Она всю ночь промучилась от бессонницы. Как тут уснёшь?! Это казалось какой-то пыткой, а время все тянулось и тянулось, как будто специально продлевая каждую секунду. Гермиона села и почувствовала себя совершенно вымотанной, она бросила взгляд в окно и обнаружила, что идет снег, мягкие хлопья прилипали к стеклу и сразу таяли. На душе вдруг стало легче, захотелось радоваться первому снегу, играть в снежки, как ребенок, и не думать ни о чем. Гермиона подбежала к окну и заворожено смотрела на легкий белый пух, казалось, он придавал ей сил. Она вдруг поняла, что очень хочет увидеть Гарри, ей больше не хотелось прятаться от него, как было после первого поцелуя. Перед зеркалом Гермиона нахмурилась: под глазами залегли тёмные круги — следы бессонной ночи; вздохнула и, разбудив Парвати, пошла умываться. После душа сил прибавилось, и она даже смогла выслушать«увлекательный» рассказ Парвати о ее вчерашнем свидании.
— Доброе утро, Миа, — Рон смотрел, как Гермиона спускается с лестницы, и радостно скалился.
Как только она достигла последней ступеньки, Рон кинулся с объятиями, склонился над ней, словно коршун, и поцеловал неожиданно пылко. Да что с ним сегодня? Гермиона не привыкла к таким поцелуям с Роном, и вообще, раньше ей казалось, что самые лучшие поцелуи — нежные и неглубокие, но Гарри доказал, что это не так. Она непроизвольно отстранилась, изогнувшись назад, и недоуменно улыбнулась ему.
— Привет! Смотрю, ты сегодня в ударе! — сказала она, глядя на Рона снизу вверх.
— Я просто соскучился! — он помог ей выпрямиться и поцеловал еще раз, но уже нежно.
Гермионе всегда нравилось целоваться с Роном, но сейчас его поцелуи казались холодными и безжизненными, и она вдруг с ужасом поняла, что начала сравнивать Рона с Гарри.
— Гермиона, ты помнишь, что мне обещала? Насчет выходных, — Рон поцеловал ее в шею и многозначительно улыбнулся.
— Э-э-э, помню, но…
— Никаких но! И кстати, ты сама предложила! Помнишь? — Он взял ее за руку.
Черт, правда! Вот дура! Зачем она пообещала? Она не готова! Не с Роном… Но ведь она хотела именно этого и была уверена, что никто кроме Рона ей не нужен, может, и сейчас не нужен… Возможно, Гарри — это просто помутнение рассудка, которое скоро пройдет, и всё вернется на свои места. Ведь страсть и желание проходят, а любовь остается. Только вот любит ли она Рона? Наверное, да. По крайней мере, раньше она в этом не сомневалась.
— Рон, мы опоздаем на завтрак.
Продолжать эту больную тему не хотелось ещё и оттого, что она вдруг вспомнила, как готова была заняться любовью с Гарри прямо в раздевалке, и ее даже не волновало, что дверь не заперта. О чем она думала? Ах да, она же тогда не думала вообще…
За гриффиндорским столом Гарри веселил шуточками Джинни и Парвати, те заливались смехом. Почему ему так легко? Гермионе эта картина совсем не понравилась, и она нарочно шумно села за стол.
— Привет, сладкая парочка! — Джинни сквозь смех поздоровалась с друзьями.
Гарри тоже повернулся в их сторону, кивнул Рону и пристально посмотрел на Гермиону, словно изучая ее лицо.
— С первым снегом! — Гарри улыбнулся.
Как же ему идет улыбка…
Гермионе захотелось оказаться на максимально близком расстоянии от него, а лучше, чтобы расстояния между ними не было вообще.
— А давайте после уроков пойдем на улицу! Подурачимся! — Джинни определенно была сегодня в хорошем настроении.
— Отличная идея! — поддержал сестру Рон. — А то шахматы как-то поднадоели, — он запихал в рот сосиску.
— Ага, особенно если постоянно проигрывать! — иронично заметила Джинни.
— У нас с Гарри вчера была ничья! — негодующе заявил Рон и чуть не подавился сосиской.
— С Гарри? Я думала, ты с Симусом играл, — Гермиона не смогла скрыть любопытство.
— Ну да, сначала с Симусом, а когда Гарри со своего свидания пришел, то с ним, — растолковал Рон и добавил, глядя уже на Гарри: — Что вы не поделили-то с Люси, ты мне так вчера и не рассказал? — Он оглянулся на стол Когтеврана, Гермиона сделала то же самое и сразу встретила злобный взгляд блондинки, которая, судя по всему, проплакала всю ночь.
— Да нечего рассказывать, мы просто решили, что пришло время расстаться, — небрежно пожал плечами Гарри.
Сердце Гермионы возликовало. Теперь понятно, почему Джинни сегодня такая счастливая.
Страница 18 из 91
