Проигрыши

— Кто? — уточнил Родольфус, но ответа ждать не стал. Сам не понял, как заметил в темноте две светящиеся точки. И как закинул девчонку на ветку ближайшего дерева. И как взлетел следом, уцепившись за протянутую руку — тонкую, но неожиданно сильную. Кажется, возле самой ступни клацнули челюсти, едва успел ногу отдернуть.

— Сейчас здесь соберется вся стая, — донеслось сверху. Мелкая забралась так высоко, как могла, по-вороньи нахохлилась на тонкой, но все еще способной выдержать ее сотню фунтов ветке. Сам Родольфус уселся в первой же развилке, до которой бесновавшиеся внизу звери не дотягивались даже в прыжке. По примерным подсчетам, их там было уже около дюжины, и все время прибывали новые.

— Они же не умеют лазить по деревьям? — голос у нее звучал слишком спокойно. Будто на уроке профессору уточняющий вопрос задала.

— А если и умеют? — пожал плечами он. — Заклинания на что? Помнится, в том переулке ты ими неплохо бросалась. Да и с волком справилась.

— То волк, а они — люди.

От такого Родольфус едва не свалился. Нет, она определенно больная!

— Люди, точно. Сожрут и не поперхнутся, как у людей и положено.

Один из «людей» подошел к дереву и задрал заднюю лапу. Девчонка наверху сдавленно хрюкнула. Родольфус сначала усмехнулся, но когда от вони даже глаза защипало, рявкнул:

— Верни мне палочку, ты, придурочная! Ты хоть понимаешь, что если они все сюда поссут, мы просто задохнемся?!

— Нет, — уперлась она. — Я сама. Ступефай! — Так и не закончивший процесс оборотень кубарем откатился от дерева. Зато на его место тут же пристроился другой: поднялся на задние лапы, заскрежетал когтями передних, оставляя на коре глубокие царапины.

Девчонка всё бросала вниз заклинания, по большей мере довольно безобидные. А толпа — или стая — все росла. От мерзкого воя уши закладывало. Интересно, много ли времени пройдет, прежде чем они додумаются залезать друг на друга?

— Верни. Мне. Палочку.

— Нет. Иммобилус!

Минус один оборотень. Плюс два на его место.

— Петрификус Тоталус!

Еще один, поднявшийся на задние лапы, застыл. Тот, что стоял рядом, подпрыгнул и вскочил ему на голову. Родольфус едва успел поджать ногу.

— Верни палочку, дура!

И вот уже слишком теплая — нагрелась возле ее голени, как же — рукоятка в его ладони.

— Авада Кедавра!

Испуганный крик девчонки с ветки… Зато почти доставший его волк лежит внизу плюшевой игрушкой-переростком. Да и остальные призадумались.

Вторая зеленая вспышка полетела в середину стаи. От ее краев потихоньку начали отделяться темные тени, пятиться-отползать подальше.

— Авада…

— Не надо…

— И то верно. Круцио! — не целясь, куда попало. Злости в нем хватит, чтобы сработало. И отчаянный вой вперемежку со скулением тому подтверждением.

Дорога стремительно пустела.

— Не надо! Прекратите, ну пожалуйста! — истеричный вопль сверху перекрыл даже завывания оборотня. Родольфус снял заклинание. Любовно погладил вернувшуюся к законному владельцу палочку. Голова закружилась — все же непростительные выматывают куда сильней обычных. Уселся в развилку, стараясь отдышаться-сосредоточиться.

— Экспелиармус, — и снова меж пальцев пустота.

— Сука!

— Простите. Я не могу оставить возможность колдовать тому, кто…

— Знает пару заклинаний, способных остановить стаю волков? — начал он терять терпение. — Ах, да, они же люди!

— Заклинания, которые вы использовали, относятся к непростительным. Их применение разрушает душу!

— Зато тела остались целы, — фыркнул он, прекращая глупый разговор.

Пальцы на ногах защипало почти сразу после того, как прошел вызванный применением непростительных экстаз. Родольфус беспрестанно дышал на ладони, стараясь, чтобы хоть они не потеряли чувствительность. Из за кустов то и дело доносился жуткий вой — хозяева леса хором и поодиночке тренировали глотки. Наверху сопела девчонка, раз за разом посылая в его сторону почти бесполезные согревающие. Тепло моментально уходило, растворялось в ледяном темном воздухе. Вскоре ноги онемели совсем. Интересно, сколько зверей бросится к нему, как только он спустится на землю размяться? Хотя, если аврорша будет чуть громче стучать зубами, может это их и отпугнет.

Лицо снова обдало горячей волной… Наверное, чтобы мгновенье спустя холодный воздух показался еще неприятней.

— Они не уходят, — донеслось с ветки.

— Еще бы, — буркнул Родольфус. — Не поужинав?

— Ждут, когда мы свалимся, — продолжила она озвучивать очевидное. Самое хреновое, что он понимал — дождутся. И то, что мелкая, обессилев от усталости, холода и постоянного применения магии, рухнет с дерева первой, его слабо утешало.

— Слезай, — скомандовал он.

— Что?!

— Боггартов сто!