В какой-то степени мальчику было плевать на то, сколько раз за время ломки его ударил Маски, он все равно ничего не чувствует, да только от осознания, что Тим может его ненавидеть, становилось как-то погано на душе. Если ему так уж захочется, то пусть избивает, мне то что, все равно я как кукла, ничегошеньки не почувствую. Если Тиму станет от этого легче и спокойней, то пусть… Главное, чтобы он меня не ненавидел. Вот этого я боюсь… Наверное.
Добавить в моё избранное
36 мин, 16 сек 6300
— О, так ты тоже его слышишь?
— Я не удивлюсь, если его и наши соседи слышат.
— Но они же переехали.
— А какого комара это останавливало? Они задалбливают всех и везде, малец. — Тим как-то забавно усмехается, и у юного убийцы аж внутри что-то сжимается. Тим шутит и улыбается, пусть не очень смешно, но все же… — Ты чего притих то? Уснул наконец?
— А, да нет, задумался ни о чем.
— Я так понял, спать ты не будешь. — Тоби слышит, как скрипит кровать, а затем тяжёлые шаги. Старший идёт к двери, и мальчик чувствует себя виноватым, ведь из-за него Маски не спит. — Я на кухне, если что.
Провожает старшего взглядом, который даже тапочки надеть забыл, а пол то холодный.
Безразмерная футболка, которую ему одолжил Брайан, узнав, что тому не в чем спать, комком давила где-то под копчиком, доставляя ужасный дискомфорт. Тоби перевернулся на бок, так и не решаясь подняться и пойти вслед за Маски. Юноша, задумчиво вглядываясь в дальний угол комнаты, осознал, что комар то улетел. Только какой от этого прок, если даже так он заснуть не может?
С улицы снова послышалась громкая брань, и единственное, чего хотел Тоби в данный момент, так это кинуть в беспардонного человечешку топором.
— Слушай, эта тварь мелкая за мной прилетела. — Отмахиваясь рукой от невидимого врага, пробормотал Тим и поставил кружку на стол.
— А я то думаю, чего в комнате так тихо стало. — Мальчик проходит на кухню, потирая хоть и уставшие, но так и не сомкнувшиеся ни разу глаза. Как можно тише выдвигает из-под стола табуретку и садится на противоположный край, прижав одну ногу к груди. — Комары улетают — пьяницы прилетают…
— Не одно, так другое. — Завершает за него предложение старший, отпивая из стакана чай. — Можем сходить прогонять их, как тебе такая идея?
— Да ну их. Делать мне больше нечего, кроме как в шортах по холоду носиться.
— Ну так ты переоденься, я ж не предлагаю в домашнем идти людей убивать. Хотя… Ладно, закрыли тему, пусть дальше орут.
Следующие минут пятнадцать парни сидели в тишине, никто не произносит и слова. Хотя, Тикки пару раз намеревался что-то сказать, открывал рот, но в следующую секунду просто вздыхал. Кружка Тима опустела, поэтому старший просто глядел куда-то в стену, в невидимую точку, будто завис.
Атмосфера в кухне стала какой-то напряженной, по крайней мере для Тоби, который искоса поглядывал на Маски, надеясь, что тот ничего не замечает.
— Похоже, эта твоя бессонница заразна и передаётся воздушно-капельным путём, иначе как объяснить то, чо я сижу сейчас здесь? — А Тоби то и с собой разобраться не в силах, чего уж о старшем говорить. — Что ж, раз уж ты меня заразил, то обязан что-нибудь рассказать. М, расскажи о своей прошлой жизни. — Видимо, надеясь услышать интересный и подробный рассказ, Тим подпер щеку ладонью и выжидающе посмотрел на шатена. Но к его разочарованию малец вдруг замер, помрачнел как-то, а затем и вовсе резко отрицательно мотнул головой.
— Я ничего не помню. — Маски конечно же понимает, что Роджерс лжет, но не желает лезть в беспокойное, возможно и тяжёлое прошлое мальца. Не хочет говорить — значит есть на то причины. — И вспоминать нет никакого желания…
— Хэй, Тоби. — Видимо, пытаясь спародировать его доставучее, но такое забавное «Хэй, Маски», вдруг пробормотал Тим, получая в ответ вопросительный взгляд младшего напарника. — Плечо прикрой, развратник. — И Тим наслаждается тем, как нервно реагирует малец, поправляя съехавшую с плеча горловину футболки, которая была для такого худенького мальчика слишком велика. Его бледное лицо вдруг приобретает еле заметный розоватый оттенок, и под себя Маски подмечает, что тот ещё совсем мальчишка, пусть и младше его самого лишь на пять лет.
— А ты не смотри куда не следует! — Вдруг возмущённо заявляет юноша, неловко подтягивая футболку. Это всего лишь плечо, но то, что Тим так бессовестно заставил его чувствовать себя неловко, возмутило кареглазого.
— Ну как же тут не смотреть? — Для Тоби это звучит как-то двусмысленно, лишь поэтому, нахмурившись, мальчишка отворачивается от собеседника, понимая, как глупо сейчас выглядит.
Тим находит этого кареглазого мальчика забавным, таким… Ребёнком? Не то что бы он любил детей, нет, даже наоборот, Маски раздражают эти маленькие, слюнявые существа, вечно требующие внимания. «Знаешь эти их большие глазки, они ими хлоп-хлоп, а те прям тают от умиления. И взрослые, образованные люди действительно верят этой показухе! Подстава! Только кошка, которую эти маленькие монстры тягают за хвост, знает правду, но кто её послушает? Никто! Ни-кто! Так и живем… Да, Барсик?» Это хоть и слова в стельку напившегося Маски, но они то и выражают все отношения убийцы к детям. Но, говоря о Роджерсе, он подразумевает не то самое«слюнявое существо», а имеет ввиду лишь невинность во взгляде и глупую детскую наивность…
— Я не удивлюсь, если его и наши соседи слышат.
— Но они же переехали.
— А какого комара это останавливало? Они задалбливают всех и везде, малец. — Тим как-то забавно усмехается, и у юного убийцы аж внутри что-то сжимается. Тим шутит и улыбается, пусть не очень смешно, но все же… — Ты чего притих то? Уснул наконец?
— А, да нет, задумался ни о чем.
— Я так понял, спать ты не будешь. — Тоби слышит, как скрипит кровать, а затем тяжёлые шаги. Старший идёт к двери, и мальчик чувствует себя виноватым, ведь из-за него Маски не спит. — Я на кухне, если что.
Провожает старшего взглядом, который даже тапочки надеть забыл, а пол то холодный.
Безразмерная футболка, которую ему одолжил Брайан, узнав, что тому не в чем спать, комком давила где-то под копчиком, доставляя ужасный дискомфорт. Тоби перевернулся на бок, так и не решаясь подняться и пойти вслед за Маски. Юноша, задумчиво вглядываясь в дальний угол комнаты, осознал, что комар то улетел. Только какой от этого прок, если даже так он заснуть не может?
С улицы снова послышалась громкая брань, и единственное, чего хотел Тоби в данный момент, так это кинуть в беспардонного человечешку топором.
— Слушай, эта тварь мелкая за мной прилетела. — Отмахиваясь рукой от невидимого врага, пробормотал Тим и поставил кружку на стол.
— А я то думаю, чего в комнате так тихо стало. — Мальчик проходит на кухню, потирая хоть и уставшие, но так и не сомкнувшиеся ни разу глаза. Как можно тише выдвигает из-под стола табуретку и садится на противоположный край, прижав одну ногу к груди. — Комары улетают — пьяницы прилетают…
— Не одно, так другое. — Завершает за него предложение старший, отпивая из стакана чай. — Можем сходить прогонять их, как тебе такая идея?
— Да ну их. Делать мне больше нечего, кроме как в шортах по холоду носиться.
— Ну так ты переоденься, я ж не предлагаю в домашнем идти людей убивать. Хотя… Ладно, закрыли тему, пусть дальше орут.
Следующие минут пятнадцать парни сидели в тишине, никто не произносит и слова. Хотя, Тикки пару раз намеревался что-то сказать, открывал рот, но в следующую секунду просто вздыхал. Кружка Тима опустела, поэтому старший просто глядел куда-то в стену, в невидимую точку, будто завис.
Атмосфера в кухне стала какой-то напряженной, по крайней мере для Тоби, который искоса поглядывал на Маски, надеясь, что тот ничего не замечает.
— Похоже, эта твоя бессонница заразна и передаётся воздушно-капельным путём, иначе как объяснить то, чо я сижу сейчас здесь? — А Тоби то и с собой разобраться не в силах, чего уж о старшем говорить. — Что ж, раз уж ты меня заразил, то обязан что-нибудь рассказать. М, расскажи о своей прошлой жизни. — Видимо, надеясь услышать интересный и подробный рассказ, Тим подпер щеку ладонью и выжидающе посмотрел на шатена. Но к его разочарованию малец вдруг замер, помрачнел как-то, а затем и вовсе резко отрицательно мотнул головой.
— Я ничего не помню. — Маски конечно же понимает, что Роджерс лжет, но не желает лезть в беспокойное, возможно и тяжёлое прошлое мальца. Не хочет говорить — значит есть на то причины. — И вспоминать нет никакого желания…
— Хэй, Тоби. — Видимо, пытаясь спародировать его доставучее, но такое забавное «Хэй, Маски», вдруг пробормотал Тим, получая в ответ вопросительный взгляд младшего напарника. — Плечо прикрой, развратник. — И Тим наслаждается тем, как нервно реагирует малец, поправляя съехавшую с плеча горловину футболки, которая была для такого худенького мальчика слишком велика. Его бледное лицо вдруг приобретает еле заметный розоватый оттенок, и под себя Маски подмечает, что тот ещё совсем мальчишка, пусть и младше его самого лишь на пять лет.
— А ты не смотри куда не следует! — Вдруг возмущённо заявляет юноша, неловко подтягивая футболку. Это всего лишь плечо, но то, что Тим так бессовестно заставил его чувствовать себя неловко, возмутило кареглазого.
— Ну как же тут не смотреть? — Для Тоби это звучит как-то двусмысленно, лишь поэтому, нахмурившись, мальчишка отворачивается от собеседника, понимая, как глупо сейчас выглядит.
Тим находит этого кареглазого мальчика забавным, таким… Ребёнком? Не то что бы он любил детей, нет, даже наоборот, Маски раздражают эти маленькие, слюнявые существа, вечно требующие внимания. «Знаешь эти их большие глазки, они ими хлоп-хлоп, а те прям тают от умиления. И взрослые, образованные люди действительно верят этой показухе! Подстава! Только кошка, которую эти маленькие монстры тягают за хвост, знает правду, но кто её послушает? Никто! Ни-кто! Так и живем… Да, Барсик?» Это хоть и слова в стельку напившегося Маски, но они то и выражают все отношения убийцы к детям. Но, говоря о Роджерсе, он подразумевает не то самое«слюнявое существо», а имеет ввиду лишь невинность во взгляде и глупую детскую наивность…
Страница 5 из 10
