Фандом: Лабиринт. Заключительная часть цикла «На перекрестке дорог». На Перекрестке приходит время очередного бала Тысячелетия. Хранительнице становится известно, что традиционно на этих балах один из гостей исчезает без следа. Ее попытка спасти своих друзей оборачивается крахом. Повелитель Авалона, лорд Ганконер становится новой жертвой или пешкой в непонятной игре. И наступает черед королю гоблинов Джарету сделать свой ход.
Добавить в моё избранное
229 мин, 23 сек 21293
Джодок провел в нем остаток дня, прерываясь лишь на еду. Тело слушалось всё лучше, но меткость по-прежнему оставалась проблемой.
«Будем надеяться, что завтра мне не придется стрелять, — Джодок поднялся в спальню и распахнул дверцы шкафов. — Великий Хаос»…
Пышные юбки с потайными карманами в этом мире были не в моде. Пришлось подбирать для револьвера сумочку. Потом к ней — платье и туфли.
Телефонный звонок прозвучал неожиданно и неприятно.
— Слушаю, — Джодок аккуратно прижал изящную бронзовую трубку к уху.
— Добрый вечер, Аниала, — произнес мужской голос. — Это Кратос. Извини, что тревожу так поздно. Но у меня к тебе деловое предложение. Конечно, если ты настроена заниматься делами.
— Смотря что это за дело, — Джодок сел на заваленное платьями кресло.
— Это касается твоего завтрашнего визита к нам, — Кратос сделал паузу. Не услышал ничего в ответ и продолжил уже не так уверенно: — Ты ведь не раздумала? Лан определенно готов подписать контракт.
— Не раздумала, — Джодок открыл стоявшую рядом с телефоном шкатулку и принялся перебирать украшения.
— Ты стала такой… лаконичной. Мы больше не друзья?
— Просто я немного устала, — это была чистая правда. — Ты начал говорить о деле.
— Ах да. Ты намерена продолжать эксперименты Раста?
Интересно, какой наукой занимался ее покойный муж? О, а вот эти серьги вполне подойдут к платью. И ожерелье к ним. Или брошь?
— Я еще не решила. А что ты хочешь предложить?
— У нас появились два чистокровных фейри.
Джодок сжал брошь так, что игла проколола палец.
— Очень интересно.
— Я рад, что ты заинтересовалась, — в голосе Кратоса промелькнуло облегчение. — Один из них будет хорошим подарком тебе. Его зовут Ганконер.
— Странное имя, — Джодок с усилием выпустил брошь и промокнул ранку уголком кружевной салфетки.
— Уверен, ты оценишь его по достоинству, — Кратос сделал многозначительную паузу. — Мы договорились?
Джодоку не понравился ни снисходительный тон Кратоса, ни его намеки. Но от такого подарка не отказываются, даже если смысл его не слишком понятен.
— Договорились.
— Очень хорошо! С нетерпением жду встречи, Аниала.
— Я тоже, — Джодок повесил трубку. Прикрыл глаза и не спеша, смакуя подробности, представил себе, что сделает с Ганконером, заполучив его в свои руки. Особенно приятно было бы использовать Музыканта, как мишень в тире.
Мечты, мечты… Джодок тяжко вздохнул. Ни один волосок не упадет с головы владыки Авалона. До поры до времени.
К большой досаде Ганконера на ночные посиделки в комнату Лекки пришел Арак. Узнав, что лас тоже собирается бежать на Авалон, Лекка надулась.
— Зачем нам лишняя обуза?
— Это я обуза?! — Арак всплеснул руками от возмущения. — Это тебя лучше сразу утопить, чем терпеть на яхте! На моей, между прочим, яхте!
— Попробуй, если зубы лишние! Слизняк!
— Сучка!
— Стоп! — Джарет встал между ощетинившимся Леккой и Араком. — Конни, угомони ее. Ари, ты тоже заткнись.
— Я здесь лас, между прочим! — значительно тише пробурчал Арак, позволяя Джарету усадить себя на кровать.
— Ты здесь вообще никто — ничтожество и размазня! Да мне стоит слово сказать… — Лекка вывернулась из рук Ганконера и подбоченилась. — Ты даже не сын лана!
— Что?!
— Тихо, я сказал! — Джарет скрутил вскочившего Арака и прижал к себе, зажав рот. — Лекка, раз уж начала, договаривай.
— Его мать, — Лекка презрительно ткнула пальцем в Арака, — уже была беременна, когда лан взял ее в род. Ему просто повезло родиться с такими волосами, должно быть затесался кто-то среди предков. Лан даже не сомневался, что это его сын.
— Откуда ты знаешь?
— Его мать рассказала моей. Мы ведь попали сюда незадолго до ее смерти.
— И кто его отец? — Ганконер с новым интересом осмотрел Арака.
— Имени не знаю, но он из нашего рода. Мы с мамой даже надеялись, что Арак станет… — она смешалась.
— Освободителем? — насмешливо улыбнулся Джарет. — Вождем, который возродит ваш народ?
— Не смешно! — Лекка вскинула подбородок. — Кто мог подумать, что он застрянет в детстве? Ты сплошное разочарование, Арак! Для всех!
— Я бы так не сказал, — Джарет развернул Арака лицом к себе. — Послушай меня, детка. Ты — наша большая удача. И это просто замечательно, что кровь не привязывает тебя к этому дому, верно?
Арак судорожно кивнул.
— Боже мой, так вот почему… Если бы я только знал!
— Лекка, а у его матери тоже были фиалковые глаза? — Ганконер задумчиво прищурился.
— Да, а что?
— Мелькает в памяти чей-то образ, но не могу вспомнить, чей.
— Не припоминаю никого из лордов Неблагого двора с таким цветом глаз, а из благих тем более, — Джарет сжал подбородок Арака и повернул его голову из стороны в сторону.
«Будем надеяться, что завтра мне не придется стрелять, — Джодок поднялся в спальню и распахнул дверцы шкафов. — Великий Хаос»…
Пышные юбки с потайными карманами в этом мире были не в моде. Пришлось подбирать для револьвера сумочку. Потом к ней — платье и туфли.
Телефонный звонок прозвучал неожиданно и неприятно.
— Слушаю, — Джодок аккуратно прижал изящную бронзовую трубку к уху.
— Добрый вечер, Аниала, — произнес мужской голос. — Это Кратос. Извини, что тревожу так поздно. Но у меня к тебе деловое предложение. Конечно, если ты настроена заниматься делами.
— Смотря что это за дело, — Джодок сел на заваленное платьями кресло.
— Это касается твоего завтрашнего визита к нам, — Кратос сделал паузу. Не услышал ничего в ответ и продолжил уже не так уверенно: — Ты ведь не раздумала? Лан определенно готов подписать контракт.
— Не раздумала, — Джодок открыл стоявшую рядом с телефоном шкатулку и принялся перебирать украшения.
— Ты стала такой… лаконичной. Мы больше не друзья?
— Просто я немного устала, — это была чистая правда. — Ты начал говорить о деле.
— Ах да. Ты намерена продолжать эксперименты Раста?
Интересно, какой наукой занимался ее покойный муж? О, а вот эти серьги вполне подойдут к платью. И ожерелье к ним. Или брошь?
— Я еще не решила. А что ты хочешь предложить?
— У нас появились два чистокровных фейри.
Джодок сжал брошь так, что игла проколола палец.
— Очень интересно.
— Я рад, что ты заинтересовалась, — в голосе Кратоса промелькнуло облегчение. — Один из них будет хорошим подарком тебе. Его зовут Ганконер.
— Странное имя, — Джодок с усилием выпустил брошь и промокнул ранку уголком кружевной салфетки.
— Уверен, ты оценишь его по достоинству, — Кратос сделал многозначительную паузу. — Мы договорились?
Джодоку не понравился ни снисходительный тон Кратоса, ни его намеки. Но от такого подарка не отказываются, даже если смысл его не слишком понятен.
— Договорились.
— Очень хорошо! С нетерпением жду встречи, Аниала.
— Я тоже, — Джодок повесил трубку. Прикрыл глаза и не спеша, смакуя подробности, представил себе, что сделает с Ганконером, заполучив его в свои руки. Особенно приятно было бы использовать Музыканта, как мишень в тире.
Мечты, мечты… Джодок тяжко вздохнул. Ни один волосок не упадет с головы владыки Авалона. До поры до времени.
К большой досаде Ганконера на ночные посиделки в комнату Лекки пришел Арак. Узнав, что лас тоже собирается бежать на Авалон, Лекка надулась.
— Зачем нам лишняя обуза?
— Это я обуза?! — Арак всплеснул руками от возмущения. — Это тебя лучше сразу утопить, чем терпеть на яхте! На моей, между прочим, яхте!
— Попробуй, если зубы лишние! Слизняк!
— Сучка!
— Стоп! — Джарет встал между ощетинившимся Леккой и Араком. — Конни, угомони ее. Ари, ты тоже заткнись.
— Я здесь лас, между прочим! — значительно тише пробурчал Арак, позволяя Джарету усадить себя на кровать.
— Ты здесь вообще никто — ничтожество и размазня! Да мне стоит слово сказать… — Лекка вывернулась из рук Ганконера и подбоченилась. — Ты даже не сын лана!
— Что?!
— Тихо, я сказал! — Джарет скрутил вскочившего Арака и прижал к себе, зажав рот. — Лекка, раз уж начала, договаривай.
— Его мать, — Лекка презрительно ткнула пальцем в Арака, — уже была беременна, когда лан взял ее в род. Ему просто повезло родиться с такими волосами, должно быть затесался кто-то среди предков. Лан даже не сомневался, что это его сын.
— Откуда ты знаешь?
— Его мать рассказала моей. Мы ведь попали сюда незадолго до ее смерти.
— И кто его отец? — Ганконер с новым интересом осмотрел Арака.
— Имени не знаю, но он из нашего рода. Мы с мамой даже надеялись, что Арак станет… — она смешалась.
— Освободителем? — насмешливо улыбнулся Джарет. — Вождем, который возродит ваш народ?
— Не смешно! — Лекка вскинула подбородок. — Кто мог подумать, что он застрянет в детстве? Ты сплошное разочарование, Арак! Для всех!
— Я бы так не сказал, — Джарет развернул Арака лицом к себе. — Послушай меня, детка. Ты — наша большая удача. И это просто замечательно, что кровь не привязывает тебя к этому дому, верно?
Арак судорожно кивнул.
— Боже мой, так вот почему… Если бы я только знал!
— Лекка, а у его матери тоже были фиалковые глаза? — Ганконер задумчиво прищурился.
— Да, а что?
— Мелькает в памяти чей-то образ, но не могу вспомнить, чей.
— Не припоминаю никого из лордов Неблагого двора с таким цветом глаз, а из благих тем более, — Джарет сжал подбородок Арака и повернул его голову из стороны в сторону.
Страница 35 из 66
