Фандом: Лабиринт. Заключительная часть цикла «На перекрестке дорог». На Перекрестке приходит время очередного бала Тысячелетия. Хранительнице становится известно, что традиционно на этих балах один из гостей исчезает без следа. Ее попытка спасти своих друзей оборачивается крахом. Повелитель Авалона, лорд Ганконер становится новой жертвой или пешкой в непонятной игре. И наступает черед королю гоблинов Джарету сделать свой ход.
Добавить в моё избранное
229 мин, 23 сек 21320
Так что никто отсюда без моего позволения не уйдет.
— Ты так уверен в своих силах? — Шейла склонила голову набок.
— Он не один, — Дара шагнула к отцу.
— Я тоже с вами, — бледная Уна, старательно не глядя на Джарета, положила руку на плечо подруге.
— Грехи замаливаешь? — Джарет ожег ее бешенным взглядом. — Ладно, с тобой я потом разберусь. Арак, отойди подальше. А ты на чьей стороне, Музыкант?
Казалось, что побледнеть сильнее, чем Уна, уже невозможно. Но Ганконеру это удалось.
— Ты же сказала, что всё объяснишь, — он умоляюще протянул к Шейле руки. — Пожалуйста, не молчи!
— Ты что-то знал?! И не предупредил меня? — Джарет отстранил от себя Дару и взмахнул рукой, выхватывая из воздуха палаш. — Всего я от тебя ожидал, кузен, но не предательства.
— Я не знал, что речь идет о Джодоке, — Ганконер беспомощно посмотрел на него. — Если хочешь, убей меня. Я всё равно ее не переживу.
— Приятно, что ты в меня веришь, — хмыкнул Джарет. Кончик клинка замер у горла Ганконера.
— Просто я знаю, что Шейла ничего тебе не сделает, — Ганконер печально улыбнулся. — Она поклялась.
— Подождите! — к Шейле вдруг кинулся Арак. — Ну зачем ты дразнишь Джарета? Я ведь знаю, ты не враг. Просто расскажи всё…
— Всё? — Шейла звонко рассмеялась. — Милый мальчик, всё на знает даже Лабиринт. Хотя, если соединить мои и его знания… — она мечтательно прижмурилась, — тогда по сравнению с нами даже Перекресток со всей библиотекой покажется всего лишь детской энциклопедией.
Злость в раскосых глазах Джарета сменилась пониманием.
— Ах вот как… Но я всё равно не желаю больше участвовать в ваших играх! Ни как пешка, ни как фигура!
— А вступить в игру наравне с нами согласен?
Джарет опустил клинок.
— Что именно ты предлагаешь?
— Здесь не место для серьезных переговоров. Лучше нам всем переместиться в Лабиринт, — Шейла усмехнулась. — Твои гоблины создают такой замечательный шум, Джарет, что подслушать нас не сможет никто.
Собраться на совет удалось далеко не сразу. В Лабиринте Джарет первым делом кинулся разбирать накопившиеся без него дела, прихватив с собой нервно кусающую губы Уну. Про скоропалительное обручение своей дочери король гоблинов словно бы забыл. Пользуясь общей суетой, Дара и Арак незаметно исчезли.
— Надеюсь, она догадается заглянуть с ним в Галерею владык, — Шейла с ногами забралась на подоконник стрельчатого окна библиотеки.
Ганконер присел рядом.
— Я помню похожий на Арака портрет, но не подпись. Кто на нем изображен?
— Кернунн. Первый владыка сидов. Древний, выбравший для себя путь фейри. Арак — его прямой потомок. Сильная кровь, хотя и разбавленная.
Ганконер тихо присвистнул.
— Ты прочишь его на Великий трон?
— Нет, — Шейла усмехнулась. — Разве что, как запасной вариант.
— Если откажется Джарет? Однажды он отверг похожее предложение.
— От Джодока? Разумеется, марионеточный владыка — это не для Джарета.
— Нет, я о другом. После той битвы ему предлагали трон одного из дворов.
— К счастью, он не попался в эту ловушку, — Шейла внимательно посмотрела на Ганконера.
— Понимаю… — он потер бровь. — Если бы Джарет принял трон Благого или Неблагого двора, ему бы ни за что не позволили их объединить. Тут же поднялся бы вопрос о его происхождении. И началась бы новая война.
— Верно. Квартерон с демонской кровью еще может быть королем и даже владыкой целого мира, но не повелителем над всеми фейри. Джарет правильно сделал, что выбрал обходной путь. Ты не замечал, а я внимательно следила, как он медленно, но верно мостит себе дорогу к вершине власти. И едва ли остановится сейчас, когда осталось положить всего пару плиток.
Ганконер задумался.
— Ты уверена, что за последними интригами дворов стоит именно Джарет?
— Абсолютно. Как и в том, что ты сейчас душой на Авалоне. У каменных ворот. Не вздрагивай, я никогда тебя не ревновала, и странно было бы вдруг начинать.
Ганконер виновато улыбнулся.
— Я только туда и обратно. Мне действительно нужно… попрощаться, — он передернул плечами под холщовой рубашкой. — И переодеться.
Шейла кивнула.
— У тебя есть час. Раньше Джарет с делами не распутается. Пока его не было, Лабиринт кое-что изменил в себе.
Оставшись одна, Шейла закрыла глаза и погладила каменную стену.
«Ты так и остался самым странным из нас, Лабиринт. По-прежнему не желаешь воплотиться?»
«Не вижу необходимости».
«Дождешься, что эти паникеры с Перекрестка возьмутся за тебя всерьез».
«Как возьмутся, так и надорвутся. Я тоже не бездельничал последние сто лет. Кстати, в чем смысл твоего финта с Джодоком? Не боишься, что» эти паникеры«сговорятся с ним против нас?»
«Маловероятно.
— Ты так уверен в своих силах? — Шейла склонила голову набок.
— Он не один, — Дара шагнула к отцу.
— Я тоже с вами, — бледная Уна, старательно не глядя на Джарета, положила руку на плечо подруге.
— Грехи замаливаешь? — Джарет ожег ее бешенным взглядом. — Ладно, с тобой я потом разберусь. Арак, отойди подальше. А ты на чьей стороне, Музыкант?
Казалось, что побледнеть сильнее, чем Уна, уже невозможно. Но Ганконеру это удалось.
— Ты же сказала, что всё объяснишь, — он умоляюще протянул к Шейле руки. — Пожалуйста, не молчи!
— Ты что-то знал?! И не предупредил меня? — Джарет отстранил от себя Дару и взмахнул рукой, выхватывая из воздуха палаш. — Всего я от тебя ожидал, кузен, но не предательства.
— Я не знал, что речь идет о Джодоке, — Ганконер беспомощно посмотрел на него. — Если хочешь, убей меня. Я всё равно ее не переживу.
— Приятно, что ты в меня веришь, — хмыкнул Джарет. Кончик клинка замер у горла Ганконера.
— Просто я знаю, что Шейла ничего тебе не сделает, — Ганконер печально улыбнулся. — Она поклялась.
— Подождите! — к Шейле вдруг кинулся Арак. — Ну зачем ты дразнишь Джарета? Я ведь знаю, ты не враг. Просто расскажи всё…
— Всё? — Шейла звонко рассмеялась. — Милый мальчик, всё на знает даже Лабиринт. Хотя, если соединить мои и его знания… — она мечтательно прижмурилась, — тогда по сравнению с нами даже Перекресток со всей библиотекой покажется всего лишь детской энциклопедией.
Злость в раскосых глазах Джарета сменилась пониманием.
— Ах вот как… Но я всё равно не желаю больше участвовать в ваших играх! Ни как пешка, ни как фигура!
— А вступить в игру наравне с нами согласен?
Джарет опустил клинок.
— Что именно ты предлагаешь?
— Здесь не место для серьезных переговоров. Лучше нам всем переместиться в Лабиринт, — Шейла усмехнулась. — Твои гоблины создают такой замечательный шум, Джарет, что подслушать нас не сможет никто.
Собраться на совет удалось далеко не сразу. В Лабиринте Джарет первым делом кинулся разбирать накопившиеся без него дела, прихватив с собой нервно кусающую губы Уну. Про скоропалительное обручение своей дочери король гоблинов словно бы забыл. Пользуясь общей суетой, Дара и Арак незаметно исчезли.
— Надеюсь, она догадается заглянуть с ним в Галерею владык, — Шейла с ногами забралась на подоконник стрельчатого окна библиотеки.
Ганконер присел рядом.
— Я помню похожий на Арака портрет, но не подпись. Кто на нем изображен?
— Кернунн. Первый владыка сидов. Древний, выбравший для себя путь фейри. Арак — его прямой потомок. Сильная кровь, хотя и разбавленная.
Ганконер тихо присвистнул.
— Ты прочишь его на Великий трон?
— Нет, — Шейла усмехнулась. — Разве что, как запасной вариант.
— Если откажется Джарет? Однажды он отверг похожее предложение.
— От Джодока? Разумеется, марионеточный владыка — это не для Джарета.
— Нет, я о другом. После той битвы ему предлагали трон одного из дворов.
— К счастью, он не попался в эту ловушку, — Шейла внимательно посмотрела на Ганконера.
— Понимаю… — он потер бровь. — Если бы Джарет принял трон Благого или Неблагого двора, ему бы ни за что не позволили их объединить. Тут же поднялся бы вопрос о его происхождении. И началась бы новая война.
— Верно. Квартерон с демонской кровью еще может быть королем и даже владыкой целого мира, но не повелителем над всеми фейри. Джарет правильно сделал, что выбрал обходной путь. Ты не замечал, а я внимательно следила, как он медленно, но верно мостит себе дорогу к вершине власти. И едва ли остановится сейчас, когда осталось положить всего пару плиток.
Ганконер задумался.
— Ты уверена, что за последними интригами дворов стоит именно Джарет?
— Абсолютно. Как и в том, что ты сейчас душой на Авалоне. У каменных ворот. Не вздрагивай, я никогда тебя не ревновала, и странно было бы вдруг начинать.
Ганконер виновато улыбнулся.
— Я только туда и обратно. Мне действительно нужно… попрощаться, — он передернул плечами под холщовой рубашкой. — И переодеться.
Шейла кивнула.
— У тебя есть час. Раньше Джарет с делами не распутается. Пока его не было, Лабиринт кое-что изменил в себе.
Оставшись одна, Шейла закрыла глаза и погладила каменную стену.
«Ты так и остался самым странным из нас, Лабиринт. По-прежнему не желаешь воплотиться?»
«Не вижу необходимости».
«Дождешься, что эти паникеры с Перекрестка возьмутся за тебя всерьез».
«Как возьмутся, так и надорвутся. Я тоже не бездельничал последние сто лет. Кстати, в чем смысл твоего финта с Джодоком? Не боишься, что» эти паникеры«сговорятся с ним против нас?»
«Маловероятно.
Страница 62 из 66
