Эксперимент Северуса Снейпа

Глава 1

Каждый год учебы в Хогвартсе готовил Гарри Поттеру свои, порой довольно неприятные, сюрпризы. Встреча с Лордом на первом курсе, с василиском — на втором, с дементорами — на третьем. Четвертый и пятый вообще слились в один непрерывный кошмар — возрождение Волдеморта, смерть Седрика, гибель Сириуса. Собственно поэтому от своего шестого года обучения Поттер не ждал уже ничего хорошего. Приняв сигнал тревоги от своей интуиции с чисто философским спокойствием, Гарри здраво решил не поддаваться ни на какие провокации судьбы, а заняться учебой и, по возможности, как-нибудь разнообразить личную жизнь. Все же Гарри было уже шестнадцать, и юношеские гормоны давали о себе знать. И всем был бы хорош намеченный план, если бы его выполнение ожидаемо не наткнулось на полосу препятствий. И главным из них был профессор зельеварения Северус Снейп. Ну вот кто захочет стараться и упираться, грызя гранит науки, если по малейшему поводу и без оного вас называют «безмозглым идиотом, единственным достоинством которого оказалась повышенная живучесть»?

Но Гарри Поттер не был бы самим собой, если бы сдался так легко. К тому же, у него появился азарт иного рода — подначивать Снейпа, доводя его до бешенства. И если раньше Гарри весь в растрепанных чувствах пулей вылетал из класса, то сейчас же, напротив, получал от подначек какое-то мрачное болезненное удовлетворение. Сам Поттер сравнивал это ощущение с тем, которое возникает, когда трогаешь больной зуб — вроде и больно, и остановиться не можешь.

Навязчивые идеи не давали ему покоя. Что-то в его отношении к ненавистному слизеринскому декану неуловимо изменилось, и теперь Поттер даже под веритасерумом не смог бы ответить на вопрос: что он чувствует к Снейпу? Нет, он его по-прежнему раздражал до рези в глазах, но вот ощущения после стычек стали другими.

Казалось бы, ответ на этот вопрос так близко, нужно только ухватить мысль за хвост, но чертовка всегда ускользала из сознания быстрее, чем он умудрялся ее запомнить. Эффект перманентного обливиэйта раздражал Гарри до такого состояния, что у него начинал дергаться левый глаз.

Так прошло месяца три и, казалось бы, жизнь вошла в привычную колею. Поттер старательно учился и еще старательнее доводил профессора до состояния легкой невменяемости. И все бы было ничего, не случись одно знаменательное событие — Гарри Поттеру приснился тот злополучный сон. Сон, так похожий на реальность, в котором он и Снейп занимались жарким бесстыдным сексом. С того момента жизнь Поттера изменилась кардинально. В тот день Снейп впервые не пришел на урок, а Гарри понял, что зависим от него. Буквально. И не только эмоционально, но и физически. Хотелось сорвать с его тела ненавистную черную мантию, с лица — непроницаемую маску, а с губ — полный страсти стон. В душе зрело раздражение и обида, а тело содрогалось от предвкушения. Новые ощущения были тщательно проанализированы, но легче от этого не стало. Гарри вдруг осознал, что если Снейп не появится на занятиях в ближайшую пятницу, то у него начнется самая настоящая истерика.

Он появился. Как всегда, в своей неизменной манере. Резко распахнув дверь, влетел в класс, взметнув полами черной мантии. От неожиданности Гарри едва сумел подавить восхищенный вздох. Восхищенный?! Что-о? Не-е-е-т! С этим надо что-то делать! Гарри моргнул два раза, и предательские красные пятна выступили на щеках и шее.

— Эй, дружище, что с тобой?

— Гарри! Тебе нехорошо?

Друзья участливо смотрели на него.

— Да, брат, лафа закончилась, мерзкий змей снова выполз из своей норы. Небось, злющий, как мантикора, — Рон утешил друга как мог.

— Ничего, все в порядке, — пролепетал Гарри заплетающимся языком.

Спустя две недели

Все то время, прошедшее с момента странного сна, Гарри упорно пытался найти ответ на вопрос — что для него значит Снейп? Человек, который его ненавидел все эти годы. Которого он сам терпеть не мог… Не мог? А теперь, выходит, может? И ему даже доставляют удовольствие их взаимные подначки.

Удовольствие… Снейп…

По телу разлилось странное теплое ощущение. Магия волной прошла от кончиков пальцев на ногах до затылка. Тонкие волоски на руках встали дыбом.

Снейп? Стоп! Какое на хрен удовольствие! Это же старый, мрачный, сальноволосый урод, с бледной кожей и горящими глазами… глазами… у него такие глаза…

Живот скрутило спазмом так, что пришлось согнуться пополам и резко выдохнуть.

Что? Что, черт побери, это было?

Отныне чувство нелепейшего смущения стало спутником всех занятий по зельям. Стоило Снейпу посмотреть на Поттера, обратиться к нему или просто подойти ближе, чем на пару шагов, Гарри начинало бить мелкой дрожью, у него отшибало память, и пропадала способность связно изъясняться.

Терзаясь приступами болезненного желания, Гарри почти перестал есть, практически не спал, а выглядел и вовсе отвратительно.