Фандом: Гарри Поттер. Темные ритуалы надо проводить с большой осторожностью — особенно, если от твоей души остался маленький огрызок. Мало ли кто может подселиться…
Добавить в моё избранное
9 мин, 29 сек 1669
Мамонтобой, сын Молчаливой, был хорошим охотником. Такое имя плохому охотнику не дадут! Ну кто еще в стойбище мог похвастаться тем, что убил мамонта? Правда, мамонт уже и сам был на последнем издыхании — упасть с Клыков Злого Духа верная смерть! Да и, признаться, мамонт был очень молод. Месяца два от роду, не больше. Так что Мамонтобой свой дубиной его просто добил. Как учил старый Медведь — не мучай зверя зазря, добивай сразу, чтобы легким путем он ушел в края Вечной Охоты. И ожерелье из клыков и когтей убитых зверей Мамонтобой по праву дополнил еще и обломком зуба мамонта. Ох и пришлось же с ним повозиться… И копья Мамонтобой делал самые крепкие, и каменные наконечники у него долго не ломались, и молодняк он учил толково… да вот не заладилось у него у него с шаманом.
Хитрый Змей, их шаман, под старость совсем обленился. Если Старый Медведь, потеряв на последней охоте руку, продолжал обучать молодых повадкам зверей и тонкостям обработки камня, то Хитрый Змей особо себя не утруждал. Злые духи все ближе подбирались к стойбищу, выпивая жизни родившихся детей и унося охотничью удачу, и все чаще охотники возвращались без добычи, с пустыми руками. И тогда Мамонтобой пошел говорить с шаманом.
В общей пещере шаман жить не хотел. Чуть ниже по горной тропинке была маленькая пещера, которую и занимал Хитрый Змей. Мальчишки таскали ему горючий камень — сам шаман пещерку покидал редко. Из пещерки веял сладковатый травяной запах — похоже, старый бездельник опять жег дурман-траву. И нет бы по делу — просить духов предков помочь, а то ведь без толку!
— Я вижу тебя, Хитрый Змей, — поприветствовал шамана Мамонтобой. Шаман зыркнул на него из-под занавесивших маленькие глазки седых косичек, в которые были вплетены кожаные ремешки. И неохотно ответил:
— И я тебя вижу, Мамонтобой. Садись к огню.
Некоторое время они молчали. Наконец Мамонтобой тяжело сказал:
— Ночью умер младший детеныш Тихой Воды. Уснул — и не проснулся.
— Ночь — время злых духов, — сокрушенно ответил шаман.
— Злым духам не место в стойбище.
— Ты хочешь указывать духам? Твое дело — охота.
— С духами должен говорить шаман, — кивнул Мамонтобой. — Почему ты сидишь здесь, а не гонишь злых духов прочь от стойбища? Почему ты не зовешь на помощь духов наших предков? Твой бубен молчит. Зачем нужен такой ленивый шаман?
— Берегись, Мамонтобой. Не лезь в дела шамана и духов — и тогда духи не тронут тебя.
— Духи больше не слышат тебя, — покачал головой Мамонтобой. — Раньше на твоих клыках был яд — и духи понимали тебя. Теперь ты бесполезен, и имя тебе отныне — Ленивый Змей. Ты должен найти ученика, которого услышат духи. Иначе отправишься к Нижним людям. Я сказал.
Мамонтобой поднялся и вышел из пещеры, не слушая, как шаман злобно прошипел ему вслед:
— На моих клыках достаточно яда, чтобы отправить к Нижним людям тебя, Мамонтобой.
Когда наутро под ногами Мамонтобоя поползла бывшая такой надежной каменная тропа, он успел только оттолкнуть с нее идущего следом Медвежонка. Там, в краях Вечной Охоты, его ждали отец и учитель. И бескрайние угодья, полные славной добычи — а еще тот несчастный детеныш мамонта, который смог вырасти.
Края Вечной Охоты оказались обманом. Он был в какой-то непонятной пещере, залитой светом и полной странных и опасных запахов. Сородичи, видимо, не смогли его достойно проводить в последний путь — под рукой не было ни копья, ни каменного ножа, ни даже дубины. Зато была какая-то неудобная одежда из холодных и гладких черных шкур. Нижний мир, с ужасом подумал Мамонтобой. Это Хитрый Змей приманил к нему злых духов, и они утащили его в Нижний мир — туда, где духи правят безраздельно, мучая попавших к ним людей. Но он так просто не сдастся! Если под рукой нет оружия — значит, его нужно сделать! Вон там, у стены, какая-то увесистая штука. Ну берегитесь теперь, злые духи. Он мужчина и лучший охотник, его так просто не заешь.
— Я Мамонтобой! — издал он предупреждающий крик и изо всех сил ударил непонятной штуковиной по стене.
Злые духи черными тенями стали появляться в пещере.
Вчера Повелитель традиционно пребывал в дурном настроении, так что когда он удалился к себе, предупредив, что собирается проводить очередной непонятный ритуал и чтобы его никто не смел отвлекать, пока не позовут, УПСы только облегченно вздохнули. Никого не пытает, новые дикие идеи не озвучивает — ну и слава Мерлину и Моргане. Поэтому, когда из покоев Повелителя послышался страшный грохот и неразборчивый рев, его верные слуги опасливо переглянулись. Проверять, что так разгневало Темного Лорда, никому не хотелось.
— Может, это он нас зовет? — с сомнением спросила Белла.
— Что-то не похоже, — произнес Руди. — По-моему, он чем-то недоволен. Лучше пока к нему не соваться.
— А вдруг ему нужна помощь? — не унималась Беллатрикс. — Вы как хотите, а я пойду посмотрю.
Хитрый Змей, их шаман, под старость совсем обленился. Если Старый Медведь, потеряв на последней охоте руку, продолжал обучать молодых повадкам зверей и тонкостям обработки камня, то Хитрый Змей особо себя не утруждал. Злые духи все ближе подбирались к стойбищу, выпивая жизни родившихся детей и унося охотничью удачу, и все чаще охотники возвращались без добычи, с пустыми руками. И тогда Мамонтобой пошел говорить с шаманом.
В общей пещере шаман жить не хотел. Чуть ниже по горной тропинке была маленькая пещера, которую и занимал Хитрый Змей. Мальчишки таскали ему горючий камень — сам шаман пещерку покидал редко. Из пещерки веял сладковатый травяной запах — похоже, старый бездельник опять жег дурман-траву. И нет бы по делу — просить духов предков помочь, а то ведь без толку!
— Я вижу тебя, Хитрый Змей, — поприветствовал шамана Мамонтобой. Шаман зыркнул на него из-под занавесивших маленькие глазки седых косичек, в которые были вплетены кожаные ремешки. И неохотно ответил:
— И я тебя вижу, Мамонтобой. Садись к огню.
Некоторое время они молчали. Наконец Мамонтобой тяжело сказал:
— Ночью умер младший детеныш Тихой Воды. Уснул — и не проснулся.
— Ночь — время злых духов, — сокрушенно ответил шаман.
— Злым духам не место в стойбище.
— Ты хочешь указывать духам? Твое дело — охота.
— С духами должен говорить шаман, — кивнул Мамонтобой. — Почему ты сидишь здесь, а не гонишь злых духов прочь от стойбища? Почему ты не зовешь на помощь духов наших предков? Твой бубен молчит. Зачем нужен такой ленивый шаман?
— Берегись, Мамонтобой. Не лезь в дела шамана и духов — и тогда духи не тронут тебя.
— Духи больше не слышат тебя, — покачал головой Мамонтобой. — Раньше на твоих клыках был яд — и духи понимали тебя. Теперь ты бесполезен, и имя тебе отныне — Ленивый Змей. Ты должен найти ученика, которого услышат духи. Иначе отправишься к Нижним людям. Я сказал.
Мамонтобой поднялся и вышел из пещеры, не слушая, как шаман злобно прошипел ему вслед:
— На моих клыках достаточно яда, чтобы отправить к Нижним людям тебя, Мамонтобой.
Когда наутро под ногами Мамонтобоя поползла бывшая такой надежной каменная тропа, он успел только оттолкнуть с нее идущего следом Медвежонка. Там, в краях Вечной Охоты, его ждали отец и учитель. И бескрайние угодья, полные славной добычи — а еще тот несчастный детеныш мамонта, который смог вырасти.
Края Вечной Охоты оказались обманом. Он был в какой-то непонятной пещере, залитой светом и полной странных и опасных запахов. Сородичи, видимо, не смогли его достойно проводить в последний путь — под рукой не было ни копья, ни каменного ножа, ни даже дубины. Зато была какая-то неудобная одежда из холодных и гладких черных шкур. Нижний мир, с ужасом подумал Мамонтобой. Это Хитрый Змей приманил к нему злых духов, и они утащили его в Нижний мир — туда, где духи правят безраздельно, мучая попавших к ним людей. Но он так просто не сдастся! Если под рукой нет оружия — значит, его нужно сделать! Вон там, у стены, какая-то увесистая штука. Ну берегитесь теперь, злые духи. Он мужчина и лучший охотник, его так просто не заешь.
— Я Мамонтобой! — издал он предупреждающий крик и изо всех сил ударил непонятной штуковиной по стене.
Злые духи черными тенями стали появляться в пещере.
Вчера Повелитель традиционно пребывал в дурном настроении, так что когда он удалился к себе, предупредив, что собирается проводить очередной непонятный ритуал и чтобы его никто не смел отвлекать, пока не позовут, УПСы только облегченно вздохнули. Никого не пытает, новые дикие идеи не озвучивает — ну и слава Мерлину и Моргане. Поэтому, когда из покоев Повелителя послышался страшный грохот и неразборчивый рев, его верные слуги опасливо переглянулись. Проверять, что так разгневало Темного Лорда, никому не хотелось.
— Может, это он нас зовет? — с сомнением спросила Белла.
— Что-то не похоже, — произнес Руди. — По-моему, он чем-то недоволен. Лучше пока к нему не соваться.
— А вдруг ему нужна помощь? — не унималась Беллатрикс. — Вы как хотите, а я пойду посмотрю.
Страница 1 из 3
