Фандом: Хранители снов. C некоторыми страхами нужно бороться — в этом убеждён даже Повелитель Кошмаров. Но как именно, и к чему это может привести в итоге? Джек пьёт с Кромешником чай и гоняет тени посохом. Хранители беспокоятся, и не только за своего новобранца. А кошка… кошка просто есть.
Добавить в моё избранное
62 мин, 45 сек 10389
— Чуть-чуть ошибся.
— Чуть-чуть? — Зубная Фея, не прекращая сновать вокруг него с сантиметром, бросила короткий взгляд на брошенные на пол шубу и свитер. — Насквозь прогорело! Повезло хоть, сам не обжёгся… Нельзя же так неаккуратно!
Северянин только буркнул что-то невнятное насчёт того, что шубе уже вторая сотня лет пошла, так что её не особо и жалко. Учитывая, что он всегда говорил йети про соблюдение техники безопасности, возразить по сути дела ему было нечего.
— Ну вот, всего-то пять минут… — Хранительница записала в блокнот несколько цифр и аккуратно сложила мерную ленту. — Я раскрою ткань, а уж с шитьём, надеюсь, твои подручные справятся?
— Справятся, конечно, — Северянин уверенно кивнул. Шить-то йети умели, просто необходимость сделать выкройку на кого-то, кто ростом выше метра с кепкой, вгоняла их в ступор.
От помощи Фея отказалась, так что ему осталось только наблюдать, как она перепархивает над расстеленным на ковре куском красного сукна, вычерчивая кусочком мела ровные линии. Сейчас — сосредоточенно-внимательная, хотя иногда, когда находило подходящее настроение, она могла вести себя так же несерьёзно, как зубные крохи сегодня.
Наконец, она перебрала раскроенные куски, убеждаясь, что никакая нужная деталь не попала в обрезки, и, сложив на столе две стопки ткани, опустилась в кресло.
— Над чем ты раздумывала последние полчаса? — поинтересовался Северянин, который не мог не заметить, что её сосредоточенность только отчасти была связана с настоящим моментом.
Она ответила почти сразу:
— Я недавно виделась с Джеком. И теперь не уверена — хороший ли совет я ему дала? Или лучше было промолчать?
— Какой совет?
Фея, опустив глаза, вертела в пальцах кусочек красного сукна. Северянин мягко усмехнулся:
— С Джеком всё будет в порядке, я уверен. И с Кромешником, — ты ведь и за него беспокоишься, верно? — тоже.
— Да, но… я не знаю… а если это неправильно, то, что происходит?
— Почему бы, Туф? Точно не более неправильно, чем…
— Ш-ш-ш, — Фея, вспорхнув в воздух, торопливо прижала пальчик к его губам. — Не надо, не говори.
Он не стал говорить. Только с тихим смешком отметил:
— У тебя холодные руки. Растоплю-ка камин пожарче. Садись ближе…
Йети целеустремлённо топал по коридору, балансируя горой коробок в лохматых лапах и что-то бубня себе под нос. Считал двери, похоже, потому что ни табличек, ни номеров на них предусмотрено не было. Найти нужную, если не хочешь распахивать все подряд, можно было только по счёту.
— Шестнадцать, восемнадцать… Во!
Йети остановился, подождал, пока неустойчивая пирамида коробок обретёт равновесие, и пихнул дверь пяткой. Распахнулась она во всю ширь — уж чем, а силой природа его не обделила.
Зато, кажется, обделила везением.
Что там было внутри комнаты, йети не разглядел: коробки совершенно загораживали обзор. Однако сердитого рыка Северянина: «Сколько раз я вам говорил, что нужно стучать?!» хватило, чтобы даже то, что обе лапы заняты рассыпающейся ношей, не помешало захлопнуть дверь обратно.
Наблюдая, как невезучий йети выкапывается из кучи рухнувших коробок, сидящие рядком над дверью зубные крохи сочувственно защебетали. Они-то знали, что после «шестнадцати» идёт ещё«семнадцать». Просто не успели предупредить.
Повелитель Кошмаров провёл ладонью по белым волосам. Костяшками полусогнутых пальцев — по щеке, от скулы к подбородку.
— Чего ты ждёшь? — быстрым, нервным шёпотом выдохнул юный Хранитель.
Кромешник еле заметно улыбнулся и ничего не ответил вслух. Оперевшись на стол, наклонился к нему. Легко и коротко коснулся холодных губ. Джек не шевельнулся, только резко вздохнул; пожалуй, человек от его дыхания вполне мог бы получить обморожение.
Новое прикосновение — чуть более настойчивое и уверенное. Чуть более долгое: достаточно, чтобы успеть почувствовать. Чтобы захотеть запустить пальцы во встрёпанные волосы, гладить по плечам, убеждая расслабиться. Чтобы захотеть поддаться эмоциям… Прежде, чем снова прервать касание, Повелитель Кошмаров провел языком по нижней губе ледяного духа.
Джек еле слышно всхлипнул. Накрыл лежащую на столе ладонь Кромешника своей и отчаянно-крепко сжал. Через несколько секунд неподвижности и тишины попросил:
— Ну, продолжай.
Кромешник покачал головой:
— Нет, Джек, я так не могу…
— Почему? — Джек открыл глаза, но взгляд не поднял.
— Ты реагируешь, как ребёнок. Просто напуганный ребёнок.
— Что, профессиональные рефлексы срабатывают?
— Чуть-чуть? — Зубная Фея, не прекращая сновать вокруг него с сантиметром, бросила короткий взгляд на брошенные на пол шубу и свитер. — Насквозь прогорело! Повезло хоть, сам не обжёгся… Нельзя же так неаккуратно!
Северянин только буркнул что-то невнятное насчёт того, что шубе уже вторая сотня лет пошла, так что её не особо и жалко. Учитывая, что он всегда говорил йети про соблюдение техники безопасности, возразить по сути дела ему было нечего.
— Ну вот, всего-то пять минут… — Хранительница записала в блокнот несколько цифр и аккуратно сложила мерную ленту. — Я раскрою ткань, а уж с шитьём, надеюсь, твои подручные справятся?
— Справятся, конечно, — Северянин уверенно кивнул. Шить-то йети умели, просто необходимость сделать выкройку на кого-то, кто ростом выше метра с кепкой, вгоняла их в ступор.
От помощи Фея отказалась, так что ему осталось только наблюдать, как она перепархивает над расстеленным на ковре куском красного сукна, вычерчивая кусочком мела ровные линии. Сейчас — сосредоточенно-внимательная, хотя иногда, когда находило подходящее настроение, она могла вести себя так же несерьёзно, как зубные крохи сегодня.
Наконец, она перебрала раскроенные куски, убеждаясь, что никакая нужная деталь не попала в обрезки, и, сложив на столе две стопки ткани, опустилась в кресло.
— Над чем ты раздумывала последние полчаса? — поинтересовался Северянин, который не мог не заметить, что её сосредоточенность только отчасти была связана с настоящим моментом.
Она ответила почти сразу:
— Я недавно виделась с Джеком. И теперь не уверена — хороший ли совет я ему дала? Или лучше было промолчать?
— Какой совет?
Фея, опустив глаза, вертела в пальцах кусочек красного сукна. Северянин мягко усмехнулся:
— С Джеком всё будет в порядке, я уверен. И с Кромешником, — ты ведь и за него беспокоишься, верно? — тоже.
— Да, но… я не знаю… а если это неправильно, то, что происходит?
— Почему бы, Туф? Точно не более неправильно, чем…
— Ш-ш-ш, — Фея, вспорхнув в воздух, торопливо прижала пальчик к его губам. — Не надо, не говори.
Он не стал говорить. Только с тихим смешком отметил:
— У тебя холодные руки. Растоплю-ка камин пожарче. Садись ближе…
Йети целеустремлённо топал по коридору, балансируя горой коробок в лохматых лапах и что-то бубня себе под нос. Считал двери, похоже, потому что ни табличек, ни номеров на них предусмотрено не было. Найти нужную, если не хочешь распахивать все подряд, можно было только по счёту.
— Шестнадцать, восемнадцать… Во!
Йети остановился, подождал, пока неустойчивая пирамида коробок обретёт равновесие, и пихнул дверь пяткой. Распахнулась она во всю ширь — уж чем, а силой природа его не обделила.
Зато, кажется, обделила везением.
Что там было внутри комнаты, йети не разглядел: коробки совершенно загораживали обзор. Однако сердитого рыка Северянина: «Сколько раз я вам говорил, что нужно стучать?!» хватило, чтобы даже то, что обе лапы заняты рассыпающейся ношей, не помешало захлопнуть дверь обратно.
Наблюдая, как невезучий йети выкапывается из кучи рухнувших коробок, сидящие рядком над дверью зубные крохи сочувственно защебетали. Они-то знали, что после «шестнадцати» идёт ещё«семнадцать». Просто не успели предупредить.
#6 (Кромешник/Джек; слэш, PG-13)
Поцеловать его Джек попросил сам, не дожидаясь от Кромешника совета или предложения. Замер, сидя на краю стола с напряжённо-прямой спиной, упрямо вздёрнув подбородок и по-детски зажмурив глаза.Повелитель Кошмаров провёл ладонью по белым волосам. Костяшками полусогнутых пальцев — по щеке, от скулы к подбородку.
— Чего ты ждёшь? — быстрым, нервным шёпотом выдохнул юный Хранитель.
Кромешник еле заметно улыбнулся и ничего не ответил вслух. Оперевшись на стол, наклонился к нему. Легко и коротко коснулся холодных губ. Джек не шевельнулся, только резко вздохнул; пожалуй, человек от его дыхания вполне мог бы получить обморожение.
Новое прикосновение — чуть более настойчивое и уверенное. Чуть более долгое: достаточно, чтобы успеть почувствовать. Чтобы захотеть запустить пальцы во встрёпанные волосы, гладить по плечам, убеждая расслабиться. Чтобы захотеть поддаться эмоциям… Прежде, чем снова прервать касание, Повелитель Кошмаров провел языком по нижней губе ледяного духа.
Джек еле слышно всхлипнул. Накрыл лежащую на столе ладонь Кромешника своей и отчаянно-крепко сжал. Через несколько секунд неподвижности и тишины попросил:
— Ну, продолжай.
Кромешник покачал головой:
— Нет, Джек, я так не могу…
— Почему? — Джек открыл глаза, но взгляд не поднял.
— Ты реагируешь, как ребёнок. Просто напуганный ребёнок.
— Что, профессиональные рефлексы срабатывают?
Страница 6 из 18
