Для обычного подростка жизнь не готовит ничего особенного просто по определению. Однако, когда ты с самого начала обладаешь довольно странными качествами, жизнь просто обязана преподнести тебе что-то крутое. Нет, не соседа в теле. Нет, не клоуна-убийцу. Нет, нет, нет, жизнь, ты слышала?
Добавить в моё избранное
278 мин, 28 сек 4291
Он менял… честно говоря, я не знаю, что именно он менял. Единственным существом, которое убежал при виде него, оказалась как раз та девушка. Все остальные… начинали странно на меня реагировать после того, как он появлялся. Примерно поэтому я и хотел сделать так, чтобы он не вытащился в самый неподходящий момент.
Странность реакции состояла в том… что меня хотели. Меня хотели все люди, которые видели этот хвост или просто проходили мимо. Не хотелось бы вспоминать, но благодаря этому жуткому отростку меня затащил в раздевалку один из бугаев, который до этого хотел размазать мою тушку по шкафчику.… А перед этим он уложил всех остальных, кто тоже хотел затащить меня в ту же раздевалку. Убежал я оттуда целым и невредимым только потому, что каким-то образом уронил стеллаж для сменной обуви прямо на бугая, после свалив домой, чтобы собраться с мыслями.
Научился извлекать пользу из этого я много позже, когда прекратил считать отвратительными любые мысли о том, что «покупаю» чью-то любовь или желание.
В семнадцать был мой первый раз с девушкой. Это единственный день, который я бы совершенно точно хотел забыть.
Возможно, он показался мне таким ужасным от того, что она отдалась мне из-за этого несчастного хвоста, может потому, что мне не нравился такой тип девушек…
Только вот эти предположения не объясняли бы того, что с остальными тремя девушками у меня тоже ничего не получилось. А говорю я так обобщенно потому, что даже в воспоминаниях все эти ситуации откровенно дерьмовые.
Примерно так я перестал рассматривать девушек как потенциальных партнеров.
В восемнадцать, как законопослушный гражданин, я в первый раз посетил гей-клуб. Сейчас моя фраза может показаться странной или смешной, но… я только в тот момент понял, сколько же от девушек проблем!
Чтобы привлечь внимание симпатичного парня, мне нужно было просто подойти к нему и сказать привет. И никаких высокомерных взглядов, никаких шепотков за спиной от тех, кто сидел рядом. Черт, да я ведь только в этом несчастном гей-клубе понял, что не так уж и плох собой.
Моим первым и последним парнем стал Эдвард, с которым мы познакомились в том самом гей-клубе. На самом деле, у нас с ним не зашло ничего дальше поцелуев и объятий, но эти короткие отношения были гораздо приятнее, чем секс с теми четырьмя девушками вместе взятыми.
Эд оставил мне номер телефона утром, когда пришло время возвращаться каждому домой, но после не звонил три дня. Когда я сам решился набрать его, вдруг мой номер потерял, с кем не бывает, то его мать — по крайней мере, так она мне представилась — рыдая в трубку, сообщила, что Эдварда сбила машина.
Наверное, это и стало причиной, по которой я больше не встречался с парнями. Может быть, я даже винил себя за смерть Эда, ведь если бы я не подсел к нему в баре, то он мог бы пойти потом совсем в другое место, а то и уйти домой пораньше, и тогда все закончилось бы хорошо. Но…
После этого случая я не пользовался хвостиком целый год, но сейчас, когда меня явно хотели прирезать ножом, приходилось идти на уступки в угоду собственному телу.
Выражение лица незнакомца было бесценно. Сначала там было бешеное удивление, которое за долю секунды сменилось обожанием. Мда, а теперь нужно выпроводить его подальше от цирка.
— Лапушка, хочешь, мы развлечемся с тобой в отделении полиции? — промурлыкал я ему на ухо, мягко вынимая нож из руки.
Тот издал странный звук, а потом резко закивал, хватая меня руками за пояс. Грх, придется действовать быстрее, потому что его прикосновения меня только раздражают.
— Идем-идем, пуся, нам нужно успеть до рассвета, д…
Я попытался встать, но хватка незваного гостя была чересчур сильной. Упершись руками ему в грудь, я попробовал хоть как-то отодвинуться подальше, но и эта попытка провалилась.
Он не должен быть таким сильным!
— С-слушай, ты не мог бы…
Мужчина тут же ясно дал понять, что он не мог бы, приникая губами к моим, каким-то образом отводя свой клоунский нос в сторону.
Зажмурившись, я предпринял еще одну попытку, чтобы оттолкнуть его, но на это незнакомец только агрессивно прикусил мою нижнюю губу, продолжая играться.
То есть осталось всего два варианта: дать пропасть хвосту равно быть прирезанным в вагончике, продолжить весь этот ужас = дать себя изнасиловать маньяку, который до этого хотел прирезать меня ножом. Жизнь, ты уверена, что меня любишь?
— Стой-стой-стой! — когда мужчине потребовался глоток воздуха, я снова попытался ослабить его хватку, сам жадно глотая до невозможности горячий воздух.
— Ты слишком надоедливый. Несмотря на то, что ты довольно силен в подчинении сознания, я все равно смогу взять нож, а потом трахнуть твой труп. Что выберешь?
Я почувствовал, как бледнею. Что он такое?
— Я…
Странность реакции состояла в том… что меня хотели. Меня хотели все люди, которые видели этот хвост или просто проходили мимо. Не хотелось бы вспоминать, но благодаря этому жуткому отростку меня затащил в раздевалку один из бугаев, который до этого хотел размазать мою тушку по шкафчику.… А перед этим он уложил всех остальных, кто тоже хотел затащить меня в ту же раздевалку. Убежал я оттуда целым и невредимым только потому, что каким-то образом уронил стеллаж для сменной обуви прямо на бугая, после свалив домой, чтобы собраться с мыслями.
Научился извлекать пользу из этого я много позже, когда прекратил считать отвратительными любые мысли о том, что «покупаю» чью-то любовь или желание.
В семнадцать был мой первый раз с девушкой. Это единственный день, который я бы совершенно точно хотел забыть.
Возможно, он показался мне таким ужасным от того, что она отдалась мне из-за этого несчастного хвоста, может потому, что мне не нравился такой тип девушек…
Только вот эти предположения не объясняли бы того, что с остальными тремя девушками у меня тоже ничего не получилось. А говорю я так обобщенно потому, что даже в воспоминаниях все эти ситуации откровенно дерьмовые.
Примерно так я перестал рассматривать девушек как потенциальных партнеров.
В восемнадцать, как законопослушный гражданин, я в первый раз посетил гей-клуб. Сейчас моя фраза может показаться странной или смешной, но… я только в тот момент понял, сколько же от девушек проблем!
Чтобы привлечь внимание симпатичного парня, мне нужно было просто подойти к нему и сказать привет. И никаких высокомерных взглядов, никаких шепотков за спиной от тех, кто сидел рядом. Черт, да я ведь только в этом несчастном гей-клубе понял, что не так уж и плох собой.
Моим первым и последним парнем стал Эдвард, с которым мы познакомились в том самом гей-клубе. На самом деле, у нас с ним не зашло ничего дальше поцелуев и объятий, но эти короткие отношения были гораздо приятнее, чем секс с теми четырьмя девушками вместе взятыми.
Эд оставил мне номер телефона утром, когда пришло время возвращаться каждому домой, но после не звонил три дня. Когда я сам решился набрать его, вдруг мой номер потерял, с кем не бывает, то его мать — по крайней мере, так она мне представилась — рыдая в трубку, сообщила, что Эдварда сбила машина.
Наверное, это и стало причиной, по которой я больше не встречался с парнями. Может быть, я даже винил себя за смерть Эда, ведь если бы я не подсел к нему в баре, то он мог бы пойти потом совсем в другое место, а то и уйти домой пораньше, и тогда все закончилось бы хорошо. Но…
После этого случая я не пользовался хвостиком целый год, но сейчас, когда меня явно хотели прирезать ножом, приходилось идти на уступки в угоду собственному телу.
Выражение лица незнакомца было бесценно. Сначала там было бешеное удивление, которое за долю секунды сменилось обожанием. Мда, а теперь нужно выпроводить его подальше от цирка.
— Лапушка, хочешь, мы развлечемся с тобой в отделении полиции? — промурлыкал я ему на ухо, мягко вынимая нож из руки.
Тот издал странный звук, а потом резко закивал, хватая меня руками за пояс. Грх, придется действовать быстрее, потому что его прикосновения меня только раздражают.
— Идем-идем, пуся, нам нужно успеть до рассвета, д…
Я попытался встать, но хватка незваного гостя была чересчур сильной. Упершись руками ему в грудь, я попробовал хоть как-то отодвинуться подальше, но и эта попытка провалилась.
Он не должен быть таким сильным!
— С-слушай, ты не мог бы…
Мужчина тут же ясно дал понять, что он не мог бы, приникая губами к моим, каким-то образом отводя свой клоунский нос в сторону.
Зажмурившись, я предпринял еще одну попытку, чтобы оттолкнуть его, но на это незнакомец только агрессивно прикусил мою нижнюю губу, продолжая играться.
То есть осталось всего два варианта: дать пропасть хвосту равно быть прирезанным в вагончике, продолжить весь этот ужас = дать себя изнасиловать маньяку, который до этого хотел прирезать меня ножом. Жизнь, ты уверена, что меня любишь?
— Стой-стой-стой! — когда мужчине потребовался глоток воздуха, я снова попытался ослабить его хватку, сам жадно глотая до невозможности горячий воздух.
— Ты слишком надоедливый. Несмотря на то, что ты довольно силен в подчинении сознания, я все равно смогу взять нож, а потом трахнуть твой труп. Что выберешь?
Я почувствовал, как бледнею. Что он такое?
— Я…
Страница 15 из 76
