Для обычного подростка жизнь не готовит ничего особенного просто по определению. Однако, когда ты с самого начала обладаешь довольно странными качествами, жизнь просто обязана преподнести тебе что-то крутое. Нет, не соседа в теле. Нет, не клоуна-убийцу. Нет, нет, нет, жизнь, ты слышала?
Добавить в моё избранное
278 мин, 28 сек 4290
Мужчина оживился, бесцеремонно садясь передо мной на кровать, придавливая своим телом ногу. Сморщившись от боли, я пнул его свободной ногой, чтобы незваный гость хотя бы понял, что делает мне больно, но он, казалось, даже не почувствовал этого.
— Эй, вы не могли бы…?
Прежде, чем я смог возмутиться, мужчина подался вперед, прикладывая ладонь мне к губам.
— Ты обещал представление. Выполняй свои обещания, иначе я могу подумать, что ты очень плохой друг.
Отчего-то мне показалось, что с ним точно что-то не так. Возможно, потому что в его глазах плескалось чистое безумие. Настолько безумное безумие, что…
Я поспешно закивал, отчего мужчина тут же принял прошлое положение, будто и не вытворял все это.
— С вами же все хорошо, верно? — решил спросить я на всякий случай, но тут мужчина захотел снова проделать то же, что и секунду назад, поэтому я поспешно продолжил. — Ладно-ладно, представление.
Потенциальный псих закивал, разулыбавшись. Ну, хорошо, пока он выглядит не слишком страшно. В любом случае, если что, то с человеком я всегда смогу справиться. Вот если бы в вагончик вошло что-то наподобие Цербера…
— Вам пожонглировать? Или… я еще гадать умею, вот.
Казалось, мои способности вовсе не впечатлили мужчину. Или он просто скривил рот в странной гримасе.
— И все? Скучно.
Пришлось пожать плечами. Меня гимнастом брали, а не клоуном.
— Увы. Если хотели чего-то крутого, то нужно было зайти к другим циркачам. Может, вы так и поступите?
— Глупости. Сделаем так: ты признаешь, что не сможешь показать веселое представление?
— Если вас только не привлечет мужской стриптиз, — хохотнул я, надеясь, что мужчина тоже засмеется, а потом продолжит излагать свою мысль о том, как же мы сделаем.
Но вновь разжегшийся интерес был неприятным сюрпризом.
— Мужской стриптиз? Что это?
Он сейчас серьезно, да? Неужели в 21 веке еще можно не знать о стриптизе? Нет, в принципе, мужчины вообще обычно не интересуются мужским стриптизом, но женский-то они должны знать.
— Ну… это обнажение под музыку…
Интерес в глазах недо-психа наконец-то потух, хотя… на самом деле это меня даже немного задело. И вовсе не то, что я извращенец какой-то, который только и мечтает станцевать стриптиз перед незнакомым человеком, но все-таки немного задевало за живое то, что он счел меня… непривлекательным?
— Скучно. Тогда перейдем к самой трапезе.
Я уже думал, что этот мужчина принес еще что-то «к чаю», вроде конфет или печенья, но он вытащил из кармана нож. Самый настоящий нож. Вот тут-то я и понял, что это был как раз тот тип людей, с которыми «нужно справляться».
— Давайте вы уберете эту штуку, пожалуйста.
— Скучно. Когда друзья становятся скучными — они мне больше не нужны.
Видит Мерлин, я этого не хотел.
— А когда люди начинают мне угрожать, мне больше не нужны они…
В детстве проснуться с хвостом, растущим из копчика, было не таким уж и событием. Вроде бы я даже смог списать все произошедшее на детское воображение.
Да и не стоило мне заботиться о том, что произошло глубокой ночью, когда я просто проснулся для того, чтобы сходить в туалет. Сны мне и не такие реальные снились.
Но когда это повторилось в 12 лет, после того, как мама с папой сильно поругались, больше обманывать себя не было смысла. Как оказалось, у меня действительно мог вырастать мерзкий голый хвост со стрелочкой на конце.
Думаю, все и так поняли, в какую истерику я впал поначалу. Но бежать к родителям, которые как раз выясняли что-то по поводу финансов, было самой глупой затеей, которую я мог бы придумать. Поэтому я убежал в свою комнату, заперся там, а потом еще три часа ощупывал хвост, пока он не пропал, оставив меня в полном недоумении.
Но у детей довольно гибкая психика, поэтому очень скоро я привык к тому, что этот голый ужас появлялся всякий раз, когда меня что-то пугало. В шестнадцать лет я понял, что этим нужно как-то управлять, потому что девушка, с которой я до жути боялся заговорить, убежала от меня с криками, увидев этого «стрельчатого красавца».
Это было сложно. Я потратил целый месяц на то, чтобы заставлять его появляться не только тогда, когда я испуган. Вы когда-нибудь видели мальчика, который в шестнадцать лет приказывает своей заднице «высунуть хвост»? Нет? Вам повезло. Я за этим наблюдал в зеркало.
Но, как бы смешно это не выглядело, этот способ действительно подействовал. Я начал вытаскивать это голое недоразумение голосом, а потом смог делать это без звукового сопровождения. На это у меня ушел месяц.
Сделать так, чтобы хвост не появлялся тогда, когда я боюсь, было гораздо более важным делом.
Дело в том, что это был не просто бесполезный отросток, который был еще у нескольких представителей человечества, которых вовсю транслировали по каналам под слоганом «Удивительные люди».
— Эй, вы не могли бы…?
Прежде, чем я смог возмутиться, мужчина подался вперед, прикладывая ладонь мне к губам.
— Ты обещал представление. Выполняй свои обещания, иначе я могу подумать, что ты очень плохой друг.
Отчего-то мне показалось, что с ним точно что-то не так. Возможно, потому что в его глазах плескалось чистое безумие. Настолько безумное безумие, что…
Я поспешно закивал, отчего мужчина тут же принял прошлое положение, будто и не вытворял все это.
— С вами же все хорошо, верно? — решил спросить я на всякий случай, но тут мужчина захотел снова проделать то же, что и секунду назад, поэтому я поспешно продолжил. — Ладно-ладно, представление.
Потенциальный псих закивал, разулыбавшись. Ну, хорошо, пока он выглядит не слишком страшно. В любом случае, если что, то с человеком я всегда смогу справиться. Вот если бы в вагончик вошло что-то наподобие Цербера…
— Вам пожонглировать? Или… я еще гадать умею, вот.
Казалось, мои способности вовсе не впечатлили мужчину. Или он просто скривил рот в странной гримасе.
— И все? Скучно.
Пришлось пожать плечами. Меня гимнастом брали, а не клоуном.
— Увы. Если хотели чего-то крутого, то нужно было зайти к другим циркачам. Может, вы так и поступите?
— Глупости. Сделаем так: ты признаешь, что не сможешь показать веселое представление?
— Если вас только не привлечет мужской стриптиз, — хохотнул я, надеясь, что мужчина тоже засмеется, а потом продолжит излагать свою мысль о том, как же мы сделаем.
Но вновь разжегшийся интерес был неприятным сюрпризом.
— Мужской стриптиз? Что это?
Он сейчас серьезно, да? Неужели в 21 веке еще можно не знать о стриптизе? Нет, в принципе, мужчины вообще обычно не интересуются мужским стриптизом, но женский-то они должны знать.
— Ну… это обнажение под музыку…
Интерес в глазах недо-психа наконец-то потух, хотя… на самом деле это меня даже немного задело. И вовсе не то, что я извращенец какой-то, который только и мечтает станцевать стриптиз перед незнакомым человеком, но все-таки немного задевало за живое то, что он счел меня… непривлекательным?
— Скучно. Тогда перейдем к самой трапезе.
Я уже думал, что этот мужчина принес еще что-то «к чаю», вроде конфет или печенья, но он вытащил из кармана нож. Самый настоящий нож. Вот тут-то я и понял, что это был как раз тот тип людей, с которыми «нужно справляться».
— Давайте вы уберете эту штуку, пожалуйста.
— Скучно. Когда друзья становятся скучными — они мне больше не нужны.
Видит Мерлин, я этого не хотел.
— А когда люди начинают мне угрожать, мне больше не нужны они…
В детстве проснуться с хвостом, растущим из копчика, было не таким уж и событием. Вроде бы я даже смог списать все произошедшее на детское воображение.
Да и не стоило мне заботиться о том, что произошло глубокой ночью, когда я просто проснулся для того, чтобы сходить в туалет. Сны мне и не такие реальные снились.
Но когда это повторилось в 12 лет, после того, как мама с папой сильно поругались, больше обманывать себя не было смысла. Как оказалось, у меня действительно мог вырастать мерзкий голый хвост со стрелочкой на конце.
Думаю, все и так поняли, в какую истерику я впал поначалу. Но бежать к родителям, которые как раз выясняли что-то по поводу финансов, было самой глупой затеей, которую я мог бы придумать. Поэтому я убежал в свою комнату, заперся там, а потом еще три часа ощупывал хвост, пока он не пропал, оставив меня в полном недоумении.
Но у детей довольно гибкая психика, поэтому очень скоро я привык к тому, что этот голый ужас появлялся всякий раз, когда меня что-то пугало. В шестнадцать лет я понял, что этим нужно как-то управлять, потому что девушка, с которой я до жути боялся заговорить, убежала от меня с криками, увидев этого «стрельчатого красавца».
Это было сложно. Я потратил целый месяц на то, чтобы заставлять его появляться не только тогда, когда я испуган. Вы когда-нибудь видели мальчика, который в шестнадцать лет приказывает своей заднице «высунуть хвост»? Нет? Вам повезло. Я за этим наблюдал в зеркало.
Но, как бы смешно это не выглядело, этот способ действительно подействовал. Я начал вытаскивать это голое недоразумение голосом, а потом смог делать это без звукового сопровождения. На это у меня ушел месяц.
Сделать так, чтобы хвост не появлялся тогда, когда я боюсь, было гораздо более важным делом.
Дело в том, что это был не просто бесполезный отросток, который был еще у нескольких представителей человечества, которых вовсю транслировали по каналам под слоганом «Удивительные люди».
Страница 14 из 76
