Для обычного подростка жизнь не готовит ничего особенного просто по определению. Однако, когда ты с самого начала обладаешь довольно странными качествами, жизнь просто обязана преподнести тебе что-то крутое. Нет, не соседа в теле. Нет, не клоуна-убийцу. Нет, нет, нет, жизнь, ты слышала?
Добавить в моё избранное
278 мин, 28 сек 4289
«… Клоун Джекки подарил Исааку веселую собачку, которая держала в зубах пакет конфет. Когда Исаак взял собачку в руки, то понял, что и внутри ее находятся разноцветные конфетки»…
Моргнув, я снова прочитал эти два предложения, понимая, что плечи свело, выдавая крайнюю степень волнения. Еще с детства, когда родители ругались на меня — или когда Хлоя обижалась за что-то — мое тело воспринимало все сильнее, чем мозг. Страшно не было, но плечи болели, а это значит, что все достаточно плохо.
— Собачка…
В горле пересохло. Неужели «собачка с конфетами» означает именно то, что я думаю?
И нет, черт возьми, я не собираюсь думать, что это совпадение, как те тупые герои ужастиков, которые умирают спустя 10 минут после того, как поняли, что «это просто совпадение».
Судорожно перелистнув несколько страниц, я жадно углубился в чтение, теперь окрыленный идеей о том, что эта книга точно хранит в себе что-то очень важное.
«… Сможешь найти мой подарок в шатре. Но поспеши, иначе вместо моего дружочка получит подарок кто-то другой»…
Эту книгу запросто мог найти кто-то другой. Вот только, что же она дает? Кто я в этом ужастике? Герой, который останется в конце фильма живым? Герой, который умрет первым? Герой, который в конце фильма свалит… домой?
Я замер с книгой в руках. Домой. Все, что со мной происходит сейчас — всего лишь последствия того, что я ушел из дома. Если Хлоя сказала, что я сейчас тусуюсь где-нибудь с друзьями, то я смогу заявиться домой как ни в чем не бывало. Просто сказать: «Привет, ма, па, я вернулся. Да, я стану адвокатом. Да, я буду поступать так, как вы захотите». Просто сказать это, а после все войдет в норму.
Мне не придется волноваться об отношениях с Коулом, не придется думать о том, что огроменный тигр делает со своим дрессировщиком, не придется думать о книгах и мертвых собаках. Я просто смогу стать обратно девятнадцатилетним подростком, который только готов пойти по дорожке во взрослую жизнь.
И я не буду больше воображать себя героем ужастика, не буду волноваться о программе, даже питона не вспомню. Может… это то, что мне нужно?
Я попробовал жить самостоятельно, но жизнь обернулась так… может, это что-то да значит? Может, мне кто-то говорит о том, что нужно вернуться домой?
Перелистнув еще одну страницу, скорее из задумчивости, чем действительно читая, я все отчетливей понял, что если продолжу думать в том же духе, то точно соберу вещи и прямо сейчас вернусь домой. Гмх, последнее, что мне нужно — это вернуться туда просто потому, что кто-то выкинул дурацкую шутку с собакой и книгой.
Плевать на этого «Лучшего друга Смеющегося Джека», плевать на «Джекки» и плевать на«Исаака». Ужастики — лишь выдумка, монстров — не существует, совпадения — всего лишь совпадения. И закончим на этом.
Захлопнув книгу, я положил ее на столик, гася лампу. Лягу сейчас спать, а завтра, на свежую голову, уже все обдумаю.
Укрывшись одеялом, я уже прикрыл глаза, готовясь провалиться в сон, как услышал, что сам собой щелкает замок на двери вагончика, а после дверь отворяется с тихим скрипом.
Нужно ли мне говорить, что сердце забыло, что ему положено биться?
Несмотря на то, что я тысячу раз успел сказать себе, что ужастики нереальны, а так же то, что я сильный и уверенный в себе мужчина, все равно захотелось трусливо укрыться одеялом с головой и представить, что открывшаяся дверь — всего лишь сон.
Но дверь так же аккуратно закрылось, с тихим скрипом, а потом послышались тихие, но отчетливые шаги.
— К… — я хотел спросить, «кто тут?», но голос сорвался с первого же звука.
«Это может быть любой, у кого есть ключи от второго замка вагончика. Это всего лишь кто-то из труппы, и»…
Прежде, чем я успел убедить себя в том, что все хорошо, лампа в вагончике загорелась, осветив помещение. А еще показав прямо на стене передо мной большую тень.
Сглотнув, я резко повернул голову, чтобы не изводить себя пустыми ожиданиями и предположениями.
— Вы…?
— Наконец-то я тебя достал, дружоооочек Больше не сбежишь
— Что вы здесь делаете? Снова ждете представления?
Некто заинтересованно посмотрел на меня, будто впервые услышал о том, что так можно, но ему эта идея понравилась. Какой-то он странный, честное слово. Сначала на представление приходит за три часа до начала, хотя расписание можно увидеть рядом с шатром. Потом в вагончики врывается, надеясь на какое-то представление.
Интересно, а он не сбегал из психиатрической клиники или подобного заведения?
— Представление было бы хорошей закуской перед трапезой.
Моргнув, я снова прочитал эти два предложения, понимая, что плечи свело, выдавая крайнюю степень волнения. Еще с детства, когда родители ругались на меня — или когда Хлоя обижалась за что-то — мое тело воспринимало все сильнее, чем мозг. Страшно не было, но плечи болели, а это значит, что все достаточно плохо.
— Собачка…
В горле пересохло. Неужели «собачка с конфетами» означает именно то, что я думаю?
И нет, черт возьми, я не собираюсь думать, что это совпадение, как те тупые герои ужастиков, которые умирают спустя 10 минут после того, как поняли, что «это просто совпадение».
Судорожно перелистнув несколько страниц, я жадно углубился в чтение, теперь окрыленный идеей о том, что эта книга точно хранит в себе что-то очень важное.
«… Сможешь найти мой подарок в шатре. Но поспеши, иначе вместо моего дружочка получит подарок кто-то другой»…
Эту книгу запросто мог найти кто-то другой. Вот только, что же она дает? Кто я в этом ужастике? Герой, который останется в конце фильма живым? Герой, который умрет первым? Герой, который в конце фильма свалит… домой?
Я замер с книгой в руках. Домой. Все, что со мной происходит сейчас — всего лишь последствия того, что я ушел из дома. Если Хлоя сказала, что я сейчас тусуюсь где-нибудь с друзьями, то я смогу заявиться домой как ни в чем не бывало. Просто сказать: «Привет, ма, па, я вернулся. Да, я стану адвокатом. Да, я буду поступать так, как вы захотите». Просто сказать это, а после все войдет в норму.
Мне не придется волноваться об отношениях с Коулом, не придется думать о том, что огроменный тигр делает со своим дрессировщиком, не придется думать о книгах и мертвых собаках. Я просто смогу стать обратно девятнадцатилетним подростком, который только готов пойти по дорожке во взрослую жизнь.
И я не буду больше воображать себя героем ужастика, не буду волноваться о программе, даже питона не вспомню. Может… это то, что мне нужно?
Я попробовал жить самостоятельно, но жизнь обернулась так… может, это что-то да значит? Может, мне кто-то говорит о том, что нужно вернуться домой?
Перелистнув еще одну страницу, скорее из задумчивости, чем действительно читая, я все отчетливей понял, что если продолжу думать в том же духе, то точно соберу вещи и прямо сейчас вернусь домой. Гмх, последнее, что мне нужно — это вернуться туда просто потому, что кто-то выкинул дурацкую шутку с собакой и книгой.
Плевать на этого «Лучшего друга Смеющегося Джека», плевать на «Джекки» и плевать на«Исаака». Ужастики — лишь выдумка, монстров — не существует, совпадения — всего лишь совпадения. И закончим на этом.
Захлопнув книгу, я положил ее на столик, гася лампу. Лягу сейчас спать, а завтра, на свежую голову, уже все обдумаю.
Укрывшись одеялом, я уже прикрыл глаза, готовясь провалиться в сон, как услышал, что сам собой щелкает замок на двери вагончика, а после дверь отворяется с тихим скрипом.
Нужно ли мне говорить, что сердце забыло, что ему положено биться?
Несмотря на то, что я тысячу раз успел сказать себе, что ужастики нереальны, а так же то, что я сильный и уверенный в себе мужчина, все равно захотелось трусливо укрыться одеялом с головой и представить, что открывшаяся дверь — всего лишь сон.
Но дверь так же аккуратно закрылось, с тихим скрипом, а потом послышались тихие, но отчетливые шаги.
— К… — я хотел спросить, «кто тут?», но голос сорвался с первого же звука.
«Это может быть любой, у кого есть ключи от второго замка вагончика. Это всего лишь кто-то из труппы, и»…
Прежде, чем я успел убедить себя в том, что все хорошо, лампа в вагончике загорелась, осветив помещение. А еще показав прямо на стене передо мной большую тень.
Сглотнув, я резко повернул голову, чтобы не изводить себя пустыми ожиданиями и предположениями.
— Вы…?
— Наконец-то я тебя достал, дружоооочек Больше не сбежишь
Странные друзья
Несмотря на то, что в комнату так бесцеремонно вломился тот мужчина из шатра, который уже зарекомендовал себя как странный чудик, мне стало чуть легче, потому что это всего лишь человек, а не какой-нибудь монстр вроде Пирамидхэда.— Что вы здесь делаете? Снова ждете представления?
Некто заинтересованно посмотрел на меня, будто впервые услышал о том, что так можно, но ему эта идея понравилась. Какой-то он странный, честное слово. Сначала на представление приходит за три часа до начала, хотя расписание можно увидеть рядом с шатром. Потом в вагончики врывается, надеясь на какое-то представление.
Интересно, а он не сбегал из психиатрической клиники или подобного заведения?
— Представление было бы хорошей закуской перед трапезой.
Страница 13 из 76
